Ни слова о Брэдбери

Леж Юрий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Ни слова о Брэдбери…

Памяти мастера…

… – Господин офицер, господин офицер…

Артем, лениво созерцающий бесконечный поток разноцветных, изящных, наглухо задраенных, экологически чистых, безопасных автомобилей, от ядреных выхлопов которых его спасал массивный разовый респиратор и широкие, похожие на маску для подводного плавания, очки, нехотя повернулся на звонкий девичий голос. Ну, так и есть… малолетка, не больше семнадцати, по виду – явно не из Старого города, здесь таких бесформенных длинных юбок не носят уже года два, значит – приезжая, и хорошо, если просто спросит дорогу, а то ведь – «ограбили», «обобрали», «обидели», «изнасиловали»… одна только морока будет вместо спокойного окончания смены.

Позади девчонки переминался с ноги на ногу такой же худенький, бледный, будто в последней стадии непонятной болезни, но с удивительно красивыми, как с картины старых мастеров, карими глазами-сливами, чуть выпуклыми, живыми, но – боязливыми, опасающимися всех и всегда, а в настоящий момент – плечистого, высокого и мощного сержанта полиции, которого девчонка по-американски назвала офицером.

– Чипы есть? – лениво взмахнул дубинкой в левой руке Артем вместо приветствия указывая своим спецсредством на странную парочку.

– Конечно, конечно, – закивала, засуетилась девчонка, задирая повыше рукав старенькой, давно немодной блузки и протягивая к полицейскому тыльную сторону правой ладони.

Следом за ней, будто повторяясь отражением в зеркале, точно так же протянул руку паренек. Под длинноватым, неуклюжим пиджачком у него виднелась застиранная футболка с надписью «Destalinizatsia today» «Какая, на хрен, десталинизация? Напридумывают эти америкосы всякой фигни, – машинально подумал Артем, привычно сунув дубинку в петлю на ремне и извлекая левой рукой из набедренной кобуры сканер. – У нас-то эту кампанию очередную на тормозах спустили, кто посмелее – посмеялись даже, а на периферии, видать, всерьез развлекаются. Сто лет, как тот Сталин помер, а они все за тенью отца Гамлета гоняются…» Для полицейского сержанта Артем был неплохо образован и во всемирной Паутине просматривал не только выдающиеся формы вскарабкавшихся на шоу-небосклон очередных порнозвезд, но интересовался и классической литературой в её киноинтерпретации. Он готовился в ближайшее время перейти с уличной патрульной службы в розыскное отделение, а там разносторонние знания ценились на вес «голубых фишек».

Интуиция и наметанный глаз не подвели полицейского – ребята, обратившиеся к нему, оказались из большого Нового города, всего несколько десятилетий назад присоединенного к столице. На сканере мигнул зеленый, спокойный огонек, оповещая патрульного об отсутствии опасности со стороны проверяемых и одновременно отсылая в участок данные о времени и месте проверки.

– Так что ты хочешь? – демонстративно не обращая внимания на паренька, который продолжал стоять чуть в сторонке, спросил Артем.

– Мы тут… это… не подумайте, господин офицер, – заволновалась девчонка, переходя к сути своего обращения к представителю власти. – Мы, как бы, молодожены с Павликом, у нас почти свадебное путешествие… мы просто гуляли, смотрели на город, и случайно забрели…

Сержант скосил глаза на экранчик сканера – всё верно, пробный брак, да и не семнадцать девчонке, полные девятнадцать, скоро её «тины» закончатся, да и парень просто выглядит хиляком, близок к англосаксонскому законному совершеннолетию. Наверное, поэтому и решились на пробный, первый брак, совсем-то молодые формальностями пренебрегают, даже несмотря на частые плачевные последствия…

– Куда забрели и зачем? – строго спросил Артем, стараясь погромче выговаривать нужные слова через респиратор, чтобы звучали они весомо, деловито и солидно, как полагается представителю власти.

– Вон там… – девчонка махнула рукой на обнесенные высокими легкими металлическими панелями строения за спиной сержанта. – Ну, мы не хулиганить, мы просто… ну, захотелось как-то вдруг, резко, вот и подумали, что там никто не увидит, и мы никому не помешаем…

– Что не увидят и чему не помешаете? – строго уцепился за последние слова полицейский, уже догадавшийся, о чем идет речь.

– А, ладно, – в сердцах махнула рукой девчонка, будто прощаясь с остатками собственных комплексов. – Ну, потрахаться мы забрались туда, на стройку…

– Там не стройка, реставрация национального достояния, – уточнил полицейский, с иронией хмыкнув под респиратором – это достояние из полудесятка старинных каменных корпусов реставрировали уже лет десять, а то и больше, никак не находились богатые спонсоры, а городского бюджета хватало, разве что, на забор и периодические инспекции то от мэрии, то от округа.

– Вообщем, мы провалились, – вновь махнув рукой, мол, какая разница – стройка ли, реставрация, сообщила девчонка, распахнув глаза и скорчив удивительную обезьянью гримаску. – А там, внизу…

Артем еще разок, повнимательнее, осмотрел парочку. И в самом деле, на длинной юбке девчонки, на брюках-дудочках парня присутствовали неопрятные следы соприкосновения с землей и еще чем-то белесо-влажным, неприятным на взгляд.

– …там внизу такое, что мы не поняли – к кому обращаться, – подхватил молодожен из-за спины пробной супруги, наконец-то, поняв, что общение с грозным на вид и явно физически сильным полицейским им обоим на данный момент ничем особо неприятным не грозит.

– Мы хотели, чтоб вы глянули, – смело предложила девчонка Артему. – Может быть, это так и положено, а мы просто не знаем всех порядков…

«Бойкая, нравятся мне такие, – лениво подумал полицейский. – Не зря её этот Павлик первой ко мне запустил, с ним бы я, пожалуй, и разговаривать не стал…»

– Где это? – поинтересовался сержант, прикинув, что никакой опасности прогулка за ограду не представляет, да и территория реставрируемых особняков – его, так что при любой ведомственной проверке Артем оказывается чистым, как слеза младенца, а подозревать какую-то сверхизощренную хитрость и засаду именно на себя – это уже паранойя.

– Сразу за первым домом, – попыталась рукой указать девчонка. – Тут всего пара минут…

– Пошли, – кивнул полицейский, на всякий случай отключая прямую связь с участком, зачем давать сотрудникам лишний повод позлословить над бдительностью провинциалов и доверчивостью будущего сыскаря? Впрочем, регистратор на шлеме продолжал работать в штатном режим, накапливая информацию, а в случае переполнения флэш-памяти, которой хватало обычно на пару, а то и тройку смен, он автоматически перекинет все записанное на центральный сервер, тут уж никакое отключение не поможет.

…всего-то было два-три десятка шагов в сторону от бесконечного потока автомобилей, за высокий металлический забор, но Артему показалось, что он перенесся на другую планету – здесь ничто не мельтешило перед глазами, не старалось обогнать другого, не показывало из окон яростные, озлобленные и раздраженные физиономии. Полицейский стянул вниз, на шею, намордник респиратора, здесь даже воздух, пусть и наполненный строительной пылью, поднятой молодоженами, идущими на шаг впереди, казался свежее, естественнее, чем возле проспекта. А вот сами здания представляли унылое, жалкое зрелище – который год брошенные без ухода, присмотра, без человеческого внимания, они обветшали, поникли к земле, казалось, гораздо больше, чем за все предыдущие, как бы даже, и не столетия с момента постройки.

«Пожалуй, сюда я девчонку не поволок, даже если совсем невтерпеж было бы, – подумал Артем, аккуратно посматривая под ноги на обломки старинного кирпича, на куски проржавевшей едва ли не насквозь арматуры, на странные бетонные кубы. – Видать, сама задорная своего Пашу сюда затянула… ишь, экзотики им захотелось, уютная постелька в кредитной квартирке уже не удовлетворяет…» Полицейский понимал, что в чем-то завидует расшалившейся юной парочке, но все-таки ворчать про себя не переставал до того самого момента, пока они не уткнулись в зияющий разлом давно подгнивших, полузасыпанных землей и мусором толстенных досок.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.