Чужая явь

Леж Юрий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

ЧУЖАЯ ЯВЬ

…в городе было светло. Пусть не горели уличные фонари, не лился свет из окон домов и витрин магазинов, но – непотушенные до конца пожары в зоне разрушения и странный желтоватый ореол над эпицентром взрыва освещали давно знакомые, но ставшие за несколько суток непривычными дома с выбитыми стеклами и сорванными балконами, пустынные улицы с почерневшими от ядерного огня деревьями, маленькие – одно название – площади с останками обгоревших машин и автобусов. А с неба, адской иллюминацией, на всё это смотрели какие-то совсем уж невероятные в здешних местах сполохи то ли далеких зарниц, то ли северного сияния.

При въезде в город Петрович предусмотрительно повел БМП, а за ним всю колонну автобусов по самому краю пострадавших районов. В душе он очень сочувствовал едущим на смену работягам, тем из автобусных окон кошмарное зрелище разрушенного города было видно отлично. У себя в боевой машине сержант приказал задраить герметично все люки, и старший из близнецов – Василий – вел машину по перископу, сильно сужающему угол зрения.

На помеченных гарью развалинах домов и рядом с ними не было видно ни одного человека, но – улицы оказались удивительно чистыми, ни разу БМП не наехал на кирпич, железобетонный обломок стены или балкона, не загораживали проезд и останки транспорта. Петрович успел рассмотреть в свой командирский перископ пару бульдозеров на перекрестках, убранных с проезжей части к полуразрушенным стенам домов, и понял, что работа на завалах и у поврежденных домов прекратилась недавно, видимо, только с наступлением темноты.

Пропетляв среди серьезных развалин, дорога привела автобусную колонну на уцелевшие улицы, где в домах стекла были выбиты только с одной стороны, да и то не на всех этажах, а кое-где в квартирах теплились огоньки керосиновых ламп и свечей. Неровный, слабый свет их давал надежду, что жизнь продолжается, что не все люди отсиживаются сейчас в бомбоубежищах и подвалах, ожидая помощи и спасения.

А ближе к заводу разрушенных и брошенных домов не осталось совсем, свет в окнах сделался привычным, даже люди на улицах начали появляться, правда, редко и одетые в защитные костюмы. И – наконец – заводские ворота, массивные, металлические, окрашенные темной охрой, они в свете маскировочных фар боевой машины показались каменными стенами фантастического рыцарского замка. А в длинном, приземистом здании заводской проходной, примыкавшей к воротам, трепетал слабенький керосиновый свет.

Хотя дозиметр показывал совсем небольшое отклонение от нормы, Петрович натянул противогаз, застегнул до конца ОЗК и быстро, на счет «два», выбравшись из БМП, отправился к автобусам, что бы с помощью так же одетого в защитный костюм и противогаз капитана гражданской обороны (того самого, что в первую военную ночь провел автобусный караван мимо сержантского поста за городом) проникнуть на завод.

В едва освещенном помещении проходной, поделенной пополам десятком будок-стаканов с турникетами при каждой из них, казалось никого не было. Но стоило Петровичу и капитану подойти поближе к турникетам, как их окликнул чей-то звучный в пустом и по-ночному тихом помещении голос:

– Можете снять противогазы, товарищи, здесь уже дезактивацию проводили… И документики приготовьте…

Противогаз Петрович содрал с лица с удовольствием, запах резины и ограниченная видимость раздражали его чрезвычайно, и тут же обнаружил сидящего за обычным конторским столом у стены за турникетами человека в военной форме без погон. А из темного угла, противоположного слегка освещенному столу, на вошедших нацелились три карабинных ствола. Бдительность у заводской охраны оказалась на высоте. И, как убедился чуть позже Петрович, не только бдительность.

– Здравствуй, Иван Сергеевич, – узнал капитана начальник караула, – кого это ты с собой привел?

– Сержант Октябрёв, отдельный стрелковый полк особого назначения, – самостоятельно представился Петрович.

– Здравствуй, Васильев, я смену привез, – пояснил капитан, – а они нашу колонну сопровождали от заводского пансионата…

– Вот и хорошо, с военными всегда надежнее, – обрадовался начкар, – а то мы уж и не знали, что про вас думать. Ну, как вы там устроились?

Знакомцы начали накоротке обмениваться между собой новостями, а трое ВОХРовцев, опустив карабины, подошли поближе к Петровичу. Но встали грамотно, друг за другом, что б ни кулаком, ни очередью одной всех троих сразу свалить было невозможно.

– Что это у вас за машинка такая? – спросил один из них, кивая на хорошо видимую сквозь широкие окна проходной БМП.

– Я с такой машинкой против пяти танков воевать смогу, – хвастливо усмехнулся Петрович.

– Новенькая, значит, – согласился с ним второй. – А нам БТРы пригнали, на каких еще, небось, Малиновский на фронте ездил…

– А в ОЗК-то чего нарядился? – спросил третий. – Через Октябрьский проспект ехали?

– А как еще проехать с юго-востока?

– И сильно там? ну, разбомбило-то? А то мы с завода-то ни на шаг… ничего не видели…

– Сильно-то сильно, но только и разгребли многое уже… в войну после бомбежек так быстро не поспевали, – отозвался Петрович, вспомнив немного не к месту, как оно было двадцать лет назад.

– Так туда, говорят, всю городскую технику бросили, она ж вся на ходу, бензина вдоволь, да и людей полным-полно, мобилизация еще не прошла, не то, что в войну, когда мужиков в тылу поискать было…

Короткий разговор Петровича с вохрой прервался распоряжением начальника караула:

– Давайте, проезжайте, сейчас ворота откроем и – сразу налево, в мойку, что б радиацию по территории не таскать. Ты, Иван Сергеевич, предупреди своих в автобусах, пусть окна задраят, как следует…

– Да их и предупреждать не надо, как к городу подъехали и сияние это увидели – сразу все окна на запор… – проворчал капитан.

– Я, наверное, здесь обратной колонны дождусь? – спросил Петрович. – У вас туалет-то для бойцов найдется?

– И верно, – поддержал его начкар, – чего тебе по заводу таскаться? Пусть бойцы сюда заходят, «химку» свою снимут, отдохнут, не только туалет, но и чаем напоим…

– И еще, – Петрович чуть понизил голос, – долго пересменка будет?

– Ну, за полчаса-час обернемся, думаю, – ответил ему капитан. – Вы ведь местный? Хотите домой заглянуть? Давайте у Васильева спросим, как оно – можно ли? Комендантский час уже ввели? А на улицах спокойно?

– Да хоть бы и ввели, – хмыкнул начальник караула. – Они ж люди военные, да на такой машинке, и, небось, все при таких же автоматах (он кивнул на оружие сержанта), что им грозит?

– А вам далеко от завода-то? – уточнил капитан.

– Это не мне, – прояснил ситуацию Петрович. – Со мной еще двое ребят местных, недели не прошло, как нас вместе на переподготовку призвали. Вот у них семьи, родители, всё, как положено, чин-чинарем… Думаю, минут за сорок мы управимся в оба места. Максимум – сорок пять.

– Тогда, товарищ сержант, жду вас у проходной через сорок пять минут, – и капитан протянул было Петровичу руку в прорезиненной перчатке, спохватился, негоже так вот, и принялся стягивать перчатку…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.