Рассказы о справедливом даймё

Кошкин Иван Всеволодович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Однажды на приеме у дайме, некий молодой самурай почувствовал, что фундоси пережало ему яйца. Не желая выказать неуважение к господину и опозорить предков, самурай терпел мучения, пока, в конце концов, не умер от перекручивания семенных канатиков. Когда это было обнаружено, среди вассалов разгорелся спор. Одни говорили, что молодой самурай поступил достойно и поддержал славу своих предков. Другие возражали, что молодой вассал должен был поправить яйца, даже если это угрожало ему позором и снижением оклада, чтобы продолжить служить господину. Спор разрешил сам дайме. Омочив рукава в слезах, он сказал так: «Счастлив господин, вассалы которого готовы умереть за него. Тем не менее, я не хочу впредь терять храбрых и верных самураев по таким незначительным поводам. Впредь пусть каждый свободно поправляет яйца в моем присутствии – этим он не нанесет мне оскорбления. И также будет и при моих потомках». Присутствовавшие при этом вассалы не могли скрыть свои чувства и омочили рукава в слезах. Когда эта история дошла до сёгуна, он похвалил даймё и сказал, что не худо бы завести такие порядки и в Эдо.

Однажды некий молодой самурай случайно пустил ветры в присутствии своего дайме. Вне себя от горя, он попросил разрешения удалиться, чтобы совершить сэппуку и смыть позор со своего имени. Дайме ничего не ответил, но незаметно напряг живот и тоже пустил ветры, заметив: «Поистине, не подобает нам всем в такой жаркий день завтракать бобами и рыбой». Молодой самурай понял, что господин не желает его смерти. Не в силах выразить свою признательность, он склонился перед ним, чтобы скрыть свои слезы. Присутствовавшие при этом вассалы были поражены мудростью и великодушием князя. Когда эта история дошла до сёгуна, он сказал так: «Счастлив господин, который имеет вассалов, что готовы умереть за него. Но стократ счастливее вассал, чей господин способен выставить себя на посмешище, чтобы спасти своего самурая. Не худо бы и нам прекратить завтракать бобами и рыбой в жаркие дни».

Один молодой самурай пил с друзьями, и, немного перебрав, чересчур вольно высказался о своем дайме. Протрезвев, юноша просил князя дать соизволение совершить сэппуку, чтобы все увидели чистоту его помыслов. Князь приказал привести неразумного вассала, и когда тот склонился перед господином, даймё сказал так: «В молодости, когда я был заложником в Эдо, я как-то гулял с хатамото и тоже напился пьян. В таком состоянии я лежал в луже посреди вевселого квартала и высказывался непочтительно о сёгуне. Стражники схватили меня и передали чиновникам сегуната. Наказанием за непочтительность была смерть, но сёгун сказал: «В молодости человек часто совершает глупости. Казнить его за это было бы жестоко». И наш господин велел отпустить меня. Твой же грех куда меньше моего. Поэтому я запрещаю тебе делать сэппуку. Искупи свою вину верной службой». Все присутствовавшие при этом не могли удержать слезы радости и громко славили князя. Когда эта история дошла до сёгуна, он одобрительно усмехнулся и сказал: «Было дело».

Однажды молодые самураи демонстрировали перед князем искусство верховой езды и стрельбы из лука. Один из юношей выступал лучше других, и поразил на скаку почти все мишени, когда его конь споткнулся и стрела ушла мимо цели. Быстро спешившись, самурай упал на колени перед князем и просил разрешения совершить сэппуку, чтобы смыть позор с себя и восстановить доброе имя своего рода. Вздохнув, князь взял железный, красиво украшенный веер и изо всех сил ударил юношу по уху. Когда на следующий день тот пришел в себя, ему передали слова даймё: «Каждую неделю я наблюдаю за тем, как молодые самураи нашего клана упражняются в воинских искусствах. При этом многие из них, особенно те, кто только вступил на Путь Воина, делают ошибки, падают, промахиваются и получают удары. Если бы после всех таких случаев они совершали сэппуку, через месяц наш клан остался бы без воинов! Перестань валять дурака!» Осознав, насколько неправ он был, и какое горе причинил своему господину, молодой воин прослезился, и с тех пор еще усерднее упражнялся в воинских искусствах. Когда о поступке даймё доложили сёгуну, тот глубоко вздохнул и сказал: «Как я его понимаю!».

Однажды, когда дайме ехал со своими ближайшими соратниками полюбоваться закатом в горах, на дорогу выбежало несколько крестьян. Упав ниц, они протянули князю письмо, в котором содержалась жалоба на наместника одной отдаленной местности. Прочитав письмо, князь нахмурился, и повернул коня, чтобы лично наказать негодяя. Он уже собрался послать коня в галоп, когда увидел, что крестьяне встали на колени у обочины, а двое молодых самураев из его свиты обнажили мечи. «Что вы собираетесь делать?» – спросил дайме. «Господин,» – с поклоном ответили самураи, – «Выбежав на дорогу, перед вашей особой, подав жалобу на своего начальника, эти люди злостно нарушили закон. Мы собираемся казнить их.» Дайме глубоко вздохнул, помолчал немного и сказал так: «Эти люди действителюно заслужили смерть. Однако вы, обнажившие без приказа мечи в присутствии своего господина, также совершили преступление. Поэтому, после казни крестьян, вам предписывается совершить сэппуку». Молодые воины побледнели, а дайме обернулся к своей свите. «Вы же, хоть и видели, что эти два самурая совершают преступление, не остановили их, и, таким образом, стали соучастниками. После того, как молодые самураи покончат с собой, вам следует также совершить самоубийство». Приближенные князя побледнели, а их господин продолжил: «Я же, хоть и являюсь главой целого клана, окружил себя преступниками, достойными смерти. Значит я – плохой господин и недостоин управлять провинцией. Чтобы смыть свой позор, я совершу сэппуку вслед за вами». Воины принялись умолять своего господина не лишать себя жизни, многие плакали о том, что их неразумие привело к тому, что светлый дайме хочет покончить с собой. Выслушав своих вассалов, князь сказал: «Ну, или мы можем просто сесть на коней и, приказав этим крестьянам показывать дорогу, поехать и наказать несправедливого наместника. И тогда завтра на обратном пути мы еще успеем полюбоваться закатом». Пристыженные, самураи сели на коней и поехали вслед за крестьянами. Когда сёгуну доложили об этом деле, он покачал головой и сказал так: «Воистину, в стране осталось два здравомыслящих человека, хорошо хоть один из них живет не в Эдо».

Старинная самурайская песня.

Для любителей попеть хором По зеленой траве Грохотали копыта Мчались отважные самураи(1) Такэда. Смелые асигару(2) шли в атаку С длинными копьями А молодого военачальника Несли верные вассалы. И голову его тоже несли. На пять сунов(3) уходили под доспех Бамбуковые стрелы. И аркебузы стреляли метко. Много трупов в алых доспехах Лежало на зеленой траве Возле убитых коней. А вечером на поле пришли крестьяне. Осторожно поднимали трупы – Доспехи и мечи стоят денег! И все остальное тоже.(4) Печальный господин придет В дом к погибшему вассалу. Раскажет, как храбро бился Самурай, подбирая рукою кишки.(5) Сурово кивнет отец – «Сын исполнил долг перед господином» И мать не прольет ни слезы – Она мать самурая! И жена тоже. И бабушка. А молодая жена Обреет голову. Пойдет в хижину из травы Искать путь в Чистую Землю.(6) И среди пыльных свитков «Алмазной сутры»(7) и «Трехсот пятидесяти трех стратагемм»(8) Будет пылиться Рисунок на шелке. В тосэй гусоку,(9) В хаори,(10) Но не будет он больше служить господину, ай! (повторить два раза)
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.