Стихотворения

Гюго Виктор

Серия: Собрание сочинений. В.Гюго [12]
Жанр: Поэзия  Поэзия    Автор: Гюго Виктор   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Стихотворения (Гюго Виктор)

ВОЗМЕЗДИЕ

1853

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

1853

В Брюсселе вышло в свет искалеченное издание этой книги, которой предпосланы были следующие строки:

«Нарушение присяги — преступление.

Заговор — преступление.

Произвольный захват чужой собственности — преступление.

Подкуп государственных чиновников — преступление.

Подкуп судей — преступление.

Грабеж — преступление.

Убийство — преступление.

Прискорбное недоумение наших потомков вызовут законы, появившиеся в самых как будто бы просвещенных странах, которые в черные для Европы дни сохранили свою конституцию и казались последними священными прибежищами честности и свободы, — законы, призванные защищать такие деяния, которые по всем человеческим законам, в согласии со всеми божескими законами, во все времена именовались преступлениями.

Всемирная Справедливость протестует против этих законов, покровительствующих злу.

Пусть, однако, патриоты, защищающие вольность, и доблестные народы, которым насилие старается навязать пороки, не отчаиваются; и пусть, с другой стороны, преступники, казалось бы всемогущие, не слишком спешат торжествовать победу при виде искаженных строк этой книги.

Что бы ни делали те, кто царят у себя с помощью тирании и в других странах — с помощью угроз, что бы ни делали те, кто мнят себя властелинами народов, а на самом деле являются лишь угнетателями независимых умов, — человек, борющийся за справедливость и правду, всегда найдет способ до конца выполнить свой долг.

Всемогущество зла обречено на поражение. Мысль всегда ускользает от того, кто пытается ее задушить. Она неуловима для насилия; она скрывается то под одним обличьем, то под другим. Факел пылает; если его гасят, если его поглощает тьма, он превращается в голос, а слово погасить невозможно; если затыкают рот кляпом, речь превращается в пламя, а заткнуть рот пламени невозможно.

Ничто не может победить человеческий разум, ибо человеческий разум — это помысел бога.

В. Г.».

Эти несколько строк — предисловие к изуродованной книге — содержали обещание опубликовать ее без пропусков. Мы теперь выполняем наше обещание.

В. Г.

Джерси, 1853

NOX  [1]

1 Вот срок, намеченный твоей мечтою скрытной. Проснись! Час пробил, принц! Мороз. Ни зги не видно. Почуяв, что во тьме предатели близки, Свобода, верный дог, оскалила клыки. Хотя и на цепи, но лает пес и рвется. Ждать больше незачем — вдруг умысел сорвется. Смотри, какой туман промозглый в декабре! Как хищный феодал, проснись в своей норе И сокруши врага негаданным налетом. В казармах ждут полки, чтоб стать твоим оплотом. Солдат уже вином и злобой покорён, И нужен только вор, могущий влезть на трон. Республика храпит спокойно. Тут удастся К добыче, пряча нож, в полночный час прокрасться. Зажги же свой фонарь, усмешку затая, Сейчас нарушится присяга, вор, твоя. Вскачь, кавалерия! Пехота, стройся! Грянем Свирепою ордой по выборным собраньям. Весь генеральный штаб уже сидит в тюрьме. Гони прикладами! Не бойся в кутерьме, Что наглость связана с каким-то слабым риском. Стань, рыцарь Франции, бандитом калабрийским! Смотрите, буржуа, презренные скоты, Какие демонские силы подняты, Как наш переворот сметает все и рушит. Трибуны борются за право? Их задушат! В бой, кондотьеры! В бой, наемники! Круши И саблями плашмя по головам глуши! Зачем на улицах толпятся эти люди? Открыть по сволочи огонь из всех орудий! Проголосуешь ты, наш властелин народ! Отменим право, честь! Долой закон! Вперед! Чтоб на бульварах кровь потоками хлестала, Чтобы для мертвецов носилок не хватало! Кто хочет водки, пей! Погода так мерзка, — Необходимо пить. Убейте старика, Ребенка малого! А это кто такая? Мать? Расстрелять ее! Рассейся, городская Толпа! Марай в крови лохмотья и дрожи! Париж, когда-то там рождавший мятежи, Еще почувствует, какое отвращенье Питаем мы к нему, насилье — к просвещенью! Чтил чужестранец вас? Мы сделаем умней: Привяжем ваш Париж к хвостам своих коней. Пусть издыхает, смят, разбит и искалечен! Плюй, артиллерия, ему в лицо картечью! 2 Страх и молчание господствуют. Конец. Будь славен, цезарь-вор и император-лжец! Сверкает фейерверк на мертвых баррикадах. Ворота Сен-Дени разбиты. В их аркадах Полночные костры трепещут на ветру. Почийте, павшие! Пусть, выиграв игру, В карманы денежки, а в ножны сабли прячут; Пусть банки о своих пустых подвалах плачут. Всем, кто не брезговал под кровом темноты Убийством и резней, присуждены кресты. Здесь победители танцуют, и гогочут, И мертвые тела по мостовой волочат. Пьян и свиреп солдат. Грузны его шаги. Той самой пятерней, что вышибла мозги, Он шарит по стене. Ему кабак обещан. Уводят на расстрел мужчин, детей и женщин. Поют, хохочут, пьют, бесчинствуют чуть свет. Гарцует в золоте весь генералитет. Пусть смотрят мертвые, кто пал на землю навзничь, На цезарский триумф, на этот наглый праздник! К дворцовым оргиям валом валит народ. Кровь хлещет в три ручья в домах и у ворот. И, лужи страшные с опаской огибая, Приподнял мантию судья. И всеблагая Докажет церковь нам усердие свое, Кровищи нацедив в чернильницу Вейо. Мерзавец наплевал на ваш надзор. Он весел. Прогнал он в шею вас с курульных ваших кресел. Но вы ободрились, чиновники, сейчас — Уверены вполне, что победитель вас К особой честности, конечно, не принудит; Что верной челяди Мандрен не позабудет; Что он с лихвой за все заплатит; что бюджет В его руках и вам отныне риска нет; Что, задушив закон, швырнет он напоследок Вам трапезы своей разбойничьей объедок. Сбегайтесь же к нему и славьте торжество, Простите наглую пощечину его! И если матерей, и старцев, и детишек Он убивал и в кровь замаран до лодыжек, Простритесь, ползайте пред королем воров, Слизав с подошв его запекшуюся кровь.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.