Экипаж Ковчега

Турченко Вячеслав Михайлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Экипаж Ковчега (Турченко Вячеслав)

Экипаж Ковчега.

Научно-фантастическая повесть.

Жанр: альтернативная история, постапокалипсис.

Автор: Турченко Вячеслав Михайлович.

Все права защищены. © 2012.

Глава 1.

Высокая волна.

2012, декабрь, 13. Атлантический океан.

Все этого ждали, но никто по-настоящему не верил. Слишком много концов света было обещано в последние годы. Ни Нострадамусу, ни слепой Ванге, ни календарям Майя, ни даже всероссийскому шарлатану Глобе ввести народ в заблуждение не удалось. Граждане уже не верили никому. Каждый занимался своим делом. Если грянет, будем встречать, но если нет – надо заботиться о куске хлеба на завтра. И о месте под Солнцем.

У каждого своё представление об этом местечке под светилом пятой звёздной величины. Один мечтает о горсти варёного риса, другой – о власти если не над самой звездой, то для начала над отдельно взятой планетой в её системе. Вот эти последние что-то и перемудрили. Или коллайдер в разгон пошёл, или "Арпу" в резонанс вогнали, а может, яйцеголовые ещё что-нибудь такое врубили. Никто уже этого не расскажет. Рассказчиков не сыскать, а слушателей осталось немного.

Всё произошло буднично и почти незаметно.

Мы с Максом и Евой завешали плановое погружение на подводное плато в семидесяти милях севернее Азорского архипелага. Только что его очертания растаяли под нами во мраке - сегодняшняя программа была выполнена, и я переключил органы управления аппарата на всплытие. Мы висели в толще тёмной океанской пучины, потревоженной только лучами мощных светильников. Системы «Дельфина» работали нормально. Я взглянул на указатель заряда батарей – оставалось 30%, на пару часов нормальной работы. Макс докладывал на «Петергоф» наши координаты и глубину – 2380 метров. Ева просматривала записи наружной видеокамеры. Словом, нормальная рабочая обстановка на борту научно-исследовательского глубоководного аппарата. Угадайте следующее слово! Совершенно верно. ВДРУГ.

В окружающем мраке раздалось глухое мощное гудение, едва слышимое скорее даже не ухом, а всем телом, на грани инфразвука. Запищал зуммер предупредительной сигнализации. Жёлтая лампочка «Скорость погружения» тревожно замигала. Я бросил взгляд на глубиномер. Стрелка прибора резво вращалась: 2400, 2450, 2500… Такое зрелище я видел на приборной доске спортивного самолёта, когда мой друг и фанатик высшего пилотажа Алекс однажды решил взять меня на "слабо" в пикировании с полупереворота. Скорее тебя стошнит, дружище. Старого моряка непросто довести до задуманного тобой эффекта. Поштормуй пару недель подряд, тогда посмотрим на твой вестибулярный аппарат.

- Какого чёрта, Фэд? – рявкнул Макс.

- Судя по приборам, мы резко погружаемся, или же датчик глубины накрылся.

- Экстренное всплытие!

- Есть!

- Пилоты, в чём дело?
- подала голос Ева.

Система аварийного автоматического управления уже сработала без моего участия. Безопасная глубина погружения "Дельфина" составляет 3000 метров. В нормальном, ручном режиме мы иногда даже превышали этот порог на 30 – 50 метров безо всяких последствий. Но сегодня ситуация попала под контроль электроники из-за резкого возрастания показаний глубиномера. На значении 2750 зажёгся красный сигнал, и взвыла сирена аварийного оповещения. Сбросился аварийный металлический балласт, активировались пиропатроны экстренного всплытия, и в клубах пузырей и жёлтой мути отработанной химии наш "Дельфин" пробкой устремился к поверхности. В бормотании газов за бортом и визге алярмов, я еле разобрал ободряющую фразу Макса:

-Фэд, я тебе оборву все внешние признаки пола.

То, что он сказал, было сказано сгоряча, но по голове мне настучать следует. Готовил аппарат к погружению я, подпись бортинженера об этой готовности стояла моя, стоимость аварийного всплытия описывается числами с несколькими нолями. В общем, укрощая взбесившуюся электронику и переводя системы в режим сближения с кораблём-маткой, я, как говорится, намыливал одно место.

«Дельфин» ухнуло на первой после прибытия на поверхность волне, затем стало мерзко болтать в верхнем слое океанской зыби. Даже опытным морякам такая беспорядочная качка не всегда сходит с рук. Морской геолог Ева Светлова резко сменила цвет симпатичного личика на инопланетно-зелёный и потянула авиационный пакет из-под сидения.

- "Петергоф", я "Дельфин", экстренное аварийное всплытие. Мы в порядке, ложная тревога. Дайте курсовой. Координаты… Фэд, мать твою, что с сонаром, нет базы! "Петергоф", у меня проблемы с навигацией, дайте маяк. Приём. Фэд, что ты себе позволяешь? Вообще ничего не работает!

Я и сам видел, что экран гидроакустической навигации пуст. Нет ни зелёной «нулевой» точки судна-матки, ни отметок навигационных буёв. Ни на гидроакустическом, ни на УКВ каналах связи не было слышно голосов дежурного оператора или вахтенного помощника "Петергофа". Электроника сегодня явно бастовала, и этот саботаж грозил мне крупными неприятностями.

- Уравнять давление. Открыть люк. Поднять антенны радара и GPS!

Я высунулся по пояс из люка. Набежавшая волна без промедления окатила мой торс. Благо, на этот случай все мы были облачены в водонепроницаемые комбинезоны. Открываю лючок вспомогательного отсека и высвобождаю телескопические мачты навигационных антенн. Обзор из миниатюрной рубки "Дельфина" почти никакой, да и волна какая-то рваная, короткая и высокая, прямо тебе не Атлантика, а Чёрное море. Макс дёргает меня снизу и протягивает портативную радиостанцию:

- Свяжись с базой, пусть засекают нас и ведут, я врубаю радиомаяк.

- "Петергоф", "Петергоф", я "Дельфин", даём маяк, у нас проблемы с электроникой, встречайте. Приём.

Строго по Высоцкому: а в ответ – тишина.

- Вымерли они там, что ли? На радаре лишь мелкая шелуха, эфир пуст, ни одного спутника на GPS! Ни матки, ни буёв на экране. Фэд, объясни мне, что это значит?! Где мы находимся? Они что, во времени провалились?

Похоже, что таки да, как выражаются жители южной Пальмиры. Двадцать минут обсервации, попыток связи, визуального и радионаблюдения выдают нам лишь один результат: горизонт чист, если не считать незначительной метки на экране радара в полутора милях. Корабль-носитель "Петергоф" водоизмещением 7 тысяч тонн, десяток навигационных буёв, несколько американских спутников системы глобальной навигации и даже геостационарный спутник связи, который мы пытались задействовать для вызова экстренной помощи – все они дружно покинули наше пространство и время.

- Если быть объективными, то скорее мы, как наименее крупный и важный объект, покинули привычный континуум, - я пытался перевести в шуточки. Максим включил ходовой двигатель «Дельфина» на экономход и выруливал на единственное эхо-отражение на экране радара. Вскоре я снова высовываюсь из люка. Наш аппарат качается возле спасательного надувного плота, на резиновом понтоне которого набито: "Petergof, St. Petersburg". А из тента плота перепугано выглядывает мой подчинённый, электронщик и акустик Петро Гарбуз из службы базового техобеспечения. Вот ты-то мне сейчас и нужен, ты-то и ответишь за эти электронные шутки! Но почему плот?

- Петруччо, принимай конец! Крепи! Двигай сюда!

В тесноватом обитаемом отсеке "Дельфина" с прибытием мокрого Петра жить становится почти невыносимо, но мы, следуя поговорке, не в обиде. Люк закрыт. Мы все – слушаем. И пытаемся осознать. Ибо то, что мы слышим, больше похоже на злую шутку, или бред разболевшегося Петиного воображения.

- Волна до неба. Примчалась, как ветер. Я на корме настраивал радиобуй. Судно перевернулось и покатилось по вертикальной стене воды на правый борт. Как игрушка со спинки дивана. Грохот, крики. Я со страху прыгнул подальше за борт. Чуть не захлебнулся. Когда вынырнул – увидел пару обломков и гору воды. Какой-то Эльбрус! Она цепляла вершиной облака и мчалась за горизонт. Вскоре недалеко всплыл самонадувной плот. Забрался на него, а тут и вы подошли. Это что-то нереальное, таких волн не бывает.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.