Логика социальных наук.

Поппер Карл Раймунд

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Поппер К. Логика социальных наук

В моем реферате о логике социальных наук я отталкиваюсь от двух тезисов, выражающих противоположность нашего знания и нашего незнания.

Первый тезис. Мы знаем достаточно много, причем не только мелкие подробности, обладающие лишь сомнительным интеллектуальным интересом, но также и, прежде

всего, вещи, которые наделены большим практическим значением - они дают нам глубокое теоретическое видение и способствуют достойному удивления миропониманию.

Второй тезис. Наше незнание безгранично, и это нас отрезвляет. Да, именно

замечательный прогресс естествознания (намек на него - в первом тезисе) вновь и вновь

открывает нам глаза на наше незнание, причем в области естественных наук. Тем самым

сократовская идея "незнания" оборачивается совершенно новой стороной. С каждым

шагом вперед, с каждой разрешенной проблемой мы обнаруживаем не только новые и

новые проблемы; мы открываем также, что там, где мы, казалось бы, стоим на твердой и

надежной почве, поистине все зыбко и шатко.

Оба эти тезиса о знании и незнании, конечно, лишь по видимости противоречат друг

другу. Видимость противоречия возникает главным образом потому, что слово "знание" в

первом тезисе употребляется в несколько ином значении, нежели во втором. Однако оба

значения важны, как важны и оба тезиса: настолько, что я хотел бы сформулировать

третий тезис.

Третий тезис. Основополагающей по своей важности задачей и даже пробным камнем

всякой теории познания является то, что она удовлетворяет требованиям этих двух

тезисов и проясняет отношения между нашим удивительным и постоянно растущим

знанием и нашим столь же растущим пониманием того, что мы, собственно, ничего не

знаем.

Если хоть немного над этим поразмыслить, то покажется чуть ли не само собой

разумеющимся - логика познания привязана к напряженной дуге между знанием и

незнанием. Важное следствие этого формулируется в моем четвертом тезисе; но перед

тем как его выдвинуть, я хотел бы извиниться за целый ряд моих следующих тезисов.

Извиняет их то, что мне было предложено дать этот реферат в форме тезисов, с тем

чтобы облегчить содокладчику остроту критических антитезисов. Я нашел предложение

очень полезным, хотя подобная форма может создать впечатление догматизма. Итак, следующим является четвертый тезис.

Четвертый тезис. Если вообще можно говорить о каком-то начале науки или познания, то

познание начинается не с восприятий или наблюдений, не со сбора данных или фактов, оно начинается с проблем. Без проблемы нет и знания - но и без знания нет проблемы.

Это значит, что познание начинается с напряжения между знанием и незнанием: нет

проблемы без знания - нет проблемы без незнания. Ибо всякая проблема происходит из

открытия, что в нашем предполагаемом знании что-то не в порядке; или, если сказать это

логически, из открытия внутреннего противоречия между нашим предполагаемым

знанием и фактами; либо, если выразить это еще точнее, из открытия видимого

противоречия между нашим предполагаемым знанием и предполагаемыми фактами.

В противоположность первым трем тезисам, которые своей абстрактностью могли

создать впечатление, будто они довольно-таки далеки от моей темы -логики социальных

наук, четвертым своим тезисом я подхожу, как мне кажется, как раз к центральному

пункту нашей темы. Я могу это так сформулировать моим следующим тезисом.

Пятый тезис. Как и все прочие науки, социальные науки успешны или безуспешны, интересны или пресны, плодотворны или неплодотворны — в прямой зависимости от

того значения или интереса, которые отдаются искомой проблеме; естественно, и в

прямой зависимости от честности, прямоты и простоты при доступе к проблеме. При этом

речь идет не обязательно о проблеме теоретической. Серьезные практические проблемы

- бедности, неграмотности, политического угнетения или бесправия - были важными

исходными пунктами для наук об обществе. Но эти практические проблемы ведут к

размышлению, к теоретизированию, а тем самым к теоретическим проблемам. Во всех

без исключения случаях от характера и качества поставленной проблемы - понятно, что и

от смелости и своеобразия предложенного их решения - зависят значимость или

незначительность научного результата.

Таким образом, в начале всегда находится проблема: и наблюдение лишь в том случае

является исходным пунктом, если оно ставит проблему. Или, иными словами, когда оно

нас поражает, когда оно нам показывает, что в нашем знании - в наших ожиданиях, в

наших теориях - что-то не совсем ладно. Наблюдения ведут к проблемам лишь в том

случае, если они противоречат некоторым нашим сознательным или бессознательным

ожиданиям. Исходным пунктом научной работы оказывается не столько наблюдение как

таковое, сколько наблюдение в его изначальном значении, а именно

проблемосозидающее наблюдение.

Тем самым я подхожу к моему главному тезису, который формулируется под шестым

номером. Шестой тезис (главный тезис):

а) метод социальных наук, как и наук естественных, заключается в испытании

предлагаемых для данных проблем решений - проблем, из коих они исходят.

Решения предлагаются и подвергаются критике. Если решение недоступно для

предметной критики, то уже поэтому оно исключается как ненужное, возможно, только на

некоторое время:

б) если оно доступно для предметной критики, то мы попытаемся его опровергнуть; в

таком случае всякая критика заключается в попытке опровержения; в) если одно решение было опровергнуто нашей критикой, то нам нужно испытать другое; г) если оно выдерживает критику, то мы предварительно его принимаем; а именно: мы

принимаем его, как заслуживающее дальнейшего обсуждения и критики; д) научный метод, следовательно, есть метод решения, контролируемый самой строгой

критикой. Это критическое развитие метода проб и ошибок ("trial and error"); е) так называемая объективность науки заключается в объективности критического

метода; это означает прежде всего, что ни одна теория не свободна от критики, а

логическое вспомогательное средство критики - категория логического противоречия -

объективна.

Главную идею, лежащую в основании моего главного тезиса, наверное, можно изложить

и следующим образом.

Седьмой тезис. Напряжение между знанием и незнанием ведет к проблеме и к попытке

решения. Но оно всегда остается непреодолимым.

Наше знание всегда состоит из предварительных решений и проб, тем самым в принципе

сохраняется возможность того, что оно ложно и может оказаться незнанием.

Единственная форма оправдания нашего знания лишь предварительна: она заключается

в критике, а точнее, в том, что наши попытки решения до сего времени выдерживали

нашу самую суровую критику.

Превосходящего данное оправдания не существует. В частности, наши попытки решения

нельзя представлять вероятностными (в смысле исчисления вероятностей).

Эту точку зрения, наверное, логично обозначить как критицистскую. Чтобы хотя бы

немного обрисовать мой главный тезис и его значимость для социологии, было бы

целесообразно противопоставить его некоторым иным тезисам, вытекающим из широко

распространенной и зачастую совершенно бессознательно усваиваемой методологии.

Примером могут служить промахи и недоразумения методологического натурализма или

сциентизма, который требует от социальных наук, чтобы они, наконец, научились у

естественных наук научному методу. Этот неудачливый натурализм выдвигает

требование такого рода: начинать с наблюдений и измерений; например, со сбора

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.