Умраж

Коханова Ирина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Умраж (Коханова Ирина)

=Начало=

- Подойди, сын, – Владыка поманил изящным длинным пальцем с аккуратным маникюром стоящего позади старшего брата пепельноволосого демона.

- Да? – стараясь не трястись от страха перед гневом отца, спросил он.

- Умраж, – недовольно покачал головой Владыка. – Сколько можно с тобой нянчиться? Ты же третью сотню лет разменял.

- Отец, я…

- Ты!!! – удар кулаком по не выдержавшему его силы и разлетевшемуся щепой вокруг ног Владыки подлокотнику трона моментально прервал готовые сорваться с языка молодого демона оправдания.

- Он давно нуждается в наказании, – вставил свое змеиное слово средний брат. Он всегда делал мелкие пакости младшему. Умраж злобно глянул на него, взглядом пообещав после отыграться.

- Ты прав, Декрис. Наверное, пора осознать Умражу, что сила подразумевает ответственность. К тому же, как оказалось, он намного сильнее даже вас, старших братьев, поэтому я решил показать, как бывает по-другому.

Умраж весь сжался, зная не понаслышке, что отец изобретателен в наказаниях.

- Умраж, за постоянное разгильдяйство, за драки с другими демонами и за последний взрыв в дворцовом саду, где по твоей милости все выжжено дотла, ты приговариваешься к лишению демонических сил и отправляешься в ссылку к людям на месяц.

- Отец! – Умраж был в панике. Даже всегда противный Декрис побледнел. – Назначь мне другое наказание, прошу тебя! Как я буду жить в слабом человеческом теле?

- Владыка, может, хотя бы демонический огонь ему оставить? – постарался смягчить наказание старший брат.

- Нет. Исполнять, – по губам Владыки скользнула улыбка. И даже не трепыхавшегося Умража подвели к Владыке. Отец, коснувшись его рогов, что торчали в причудливом изгибе ото лба к затылку, и прошептав какое-то заклинание, под крик боли сына забрал у того демонические силы вместе с рогами, хвостом и крыльями.

20 декабря

=20= декабря.

Я теперь знаю, почему понедельник день тяжелый. Потому что пить надо в субботу, а не в воскресенье, как я. Я сейчас еле ноги переставляю, а идти надо. Утром на работу, чтоб этот офис куда–нибудь делся. И ведь завтра опять начнется. «Сергей, принесите кофе. Сергей, рассортируйте почту. Сергей, а почему от вас настолько сильно пахнет перегаром?» И ведь не скажешь: «Отвалите от меня! А прёт от меня перегарищем потому, что Вашими стараниями, Светлана Дмитриевна, у меня один выходной, и я только и успеваю, что нажраться, чтобы забыть о работе. К тому же подай-принеси – это вообще не моя обязанность. Я экономист, а не секретарша, которая только и делает, что красит ногти целыми днями. Отчего, между прочим, у меня раскалывается голова. Ацетона я, наверное, уже вдохнул не меньше цистерны». Но ведь не скажешь… Придется выслушать нотации, пообещать, что впредь этого не повторится, и, улыбаясь, притащить кофе и пришедшую с утра почту.

- Блять! – споткнувшись обо что-то, я упал на колени. Отметив своим пьяным мозгом, что теперь еще и колени болеть до кучи будут, причем было бы от чего, а то от падения, даже обидно. Развернулся глянуть ну и пнуть для отвода души то, за что зацепился.

- Ни фига себе! – присвистнул я, когда взгляд остановился на босых ногах в темных штанах и постепенно стал ползти дальше, приведя к обнаженному торсу совсем не хрупкого мужчины, причем с таким замечательным загаром, что сразу вызывает зависть и говорит, что тот явно не местный. Мой взгляд застыл на лице. Нет, такие черты лица бывают только у ангелов, потому что они совершенны. Интересно, какого цвета у него глаза? Волосы, сразу видно, подстрижены модельной стрижкой, рваными прядями обрамляя лицо, опускаясь до плеч. Наверное, парень при деньгах, потому что уж больно холеным он выглядит.

- Эй, – ткнул я его в плечо. – Просыпайся, замерзнешь. Декабрь на улице, а ты голышом валяешься. Морж, что ли? Эй, парень! Ты меня слышишь?

- Ммм… – схватился незнакомец за голову. – Где я?

А глаза-то какие черные, даже жутко.

- Тебя что, по голове ударили? Да? И ограбили? Ты вставай давай, я тебя к себе отведу. Замерз совсем. А я тут рядом живу. Вон в том доме. На третьем этаже, – кажется, я даже протрезвел, как появилась надобность спасать пострадавшего от замерзания. Парень поднялся, все еще постанывая и держась за голову, при этом глядя на меня совершено удивленными глазами.

- Уф… – поежился я, смотря на его босые ноги. Снял с себя куртку и накрыл плечи спасенного, надеть ее все равно бы не получилось, она ему что распашонка по размеру. И здоровый же он, не ниже двух метров точно, не то, что мои метр восемьдесят. Да и я сам по себе не атлет, но и не доходяга, что радует. Хотя на фоне этого качка как то совсем меркну.

- Ты кто? – выдал он.

- Я Сергей. Давай пробежимся до моего дома, а то ты босиком.

Парень пожал плечами и побежал рядом со мной. Скажу сразу, оказывается бегать пьяным, это не только странно, но и травмоопасно. Перед самым домом я отступился и больно растянулся на асфальте, содрав ладони до крови. «Вот выпал бы снег, не было бы так больно», – мелькнула мысль и тут же пропала.

- Ох, – выдал незнакомец, когда саданулся головой о дверной проем.

- Наклоняйся сильнее. Двери в подъезде не рассчитаны на таких, как ты.

- А света почему нет?

- Никанора Глебовна выкручивает, думает это сэкономит электричество.

- Ты что, в темноте видишь? – обиженный голос спасенного заставил хихикнуть.

- Нет. Я на ощупь все помню, – сказал и сам оступился, снова упав на многострадальные коленки, взвыл. – Блять, как больно-то! Ну, Никанора Глебовна, чтоб Вам икалось три дня!

- Ага. «На ощупь», значит, – ехидно заметил парень.

- Пошли, – прошипел я, прикидывая, сколько мне теперь надо льда для моих коленей, чтобы они перестали так гореть. Выпитое стремительно испарялось, даже обидно.

На третьем этаже, как всегда горел свет. Спасибо, что соседи хотя бы на моем этаже вменяемые.

- Заходи, гостем будешь, – широко распахнул я дверь, входя в квартиру первым.

Кинув ключи на полку в коридоре, скинул обувь и повернулся к замершему в нерешительности парню.

- Проходи, – повторил я, закрывая за ним дверь на замок. – Ванная – справа. Иди, я сейчас полотенце и одежду какую-нибудь подберу.

- Тебя как звать-то? – спросил я парня, стягивая с него свою куртку и вешая ее, а то он как был, так и пошел.

- Умраж.

- Странное имя, – хмыкнул я.

- Тебя что-то не устраивает, человек? – грозно глянув на меня своими черными глазищами, сказал он.

- Да мне до звезды. Тебе лет сколько?

- А тебе? – словно издеваясь, спрашивает он.

- Мне? Двадцать пять.

- А мне двести тридцать два.

- Мда… вляпался, – тоскливо буркнул я. – А в реальности?

- По человеческим меркам? – переспросил он.

- Ну, давай по ним, родимым, – или я настолько пьян, или мне повезло наткнуться на ненормального. Вот же «подфартило»!

- Как и тебе, – сказал он и громко чихнул.

- Будь здоров. Всё, давай в ванную, греться, а то простынешь. А мне не хочется потом с температурой бороться.

- Я не могу простыть. Этим только люди болеют.

- Да? А ты кто? – становится все интереснее и интереснее.

- Я? Демон.

- Вот как? Это по сути, что ли? Если по виду, то ни рогов, ни копыт я не наблюдаю, – у него такое недовольно лицо, главное – не заржать, а то кто его знает, вдруг он буйный, когда обижается.

- Теперь нет, – так горько ответил парень, что я почти поверил, что он их лишился совсем недавно. А уж как он понуро опустил голову, так и захотелось прижать к себе и утешить. – Я на месяц человеком буду.

- Ясно, – вздохнул я, кляня нашу распространившуюся фэнтези-манию. Вот до чего увлечения довели такого красивого парня. Эх, такое чудо и с катушек слетело, жаль. – Иди в ванную. Хотя идем-ка вместе.

Как обидно так трезветь. В голове, правда, еще шумит, но это лишь отголоски пьянки.

- Сам воду включить сможешь? – зря спросил, вон как глазами сердито сверкнул. – Это так, для проверки. Вот шампунь, здесь гель для душа. Мыло. Если надо, станок. Хотя тебе пока не надо. В общем, бери, что хочешь.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.