Бизнес-ланч для Серого Волка

Луганцева Татьяна Игоревна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Бизнес-ланч для Серого Волка (Луганцева Татьяна)

Глава 1

Сказать, что все пошло не так именно со вчерашнего дня, Аксинья не могла. Все неприятности начались давно, еще с весны. Какая-то она выдалась мерзостная, больше походила на зиму – холодными ветрами и ледяными дождями с острыми, как головки булавок, снежинками. На голых обледенелых ветках деревьев не спешили набухать почки. Темное небо с низко расположенными, тяжелыми, словно беременными тучами готово было разродиться в любой момент очередным неласковым дождем.

Именно тогда и зародилась в душе Аксиньи глубокая депрессия, которую она заливала большим количеством кофе, долгими вечерами не отрываясь то от телевизора, то от компьютера. Оставалась надежда на лето...

Аксинье, которую знакомые, чтобы не ломать язык, звали просто Асей, стукнуло тридцать шесть, что наводило на определенные размышления о жизни. Что-то уже должно быть достигнуто и создано. Самое главное, конечно, семья.

Коренная москвичка, Аксинья в данный момент обитала одна в трехкомнатной квартире в современном панельном доме, окнами в уютный дворик, недалеко от метро и не на окраине столицы. То есть с жильем было все в порядке, но оно все-таки не семья...

Свою жизнь вместе с мамой, Тамарой Леонидовной, они начинали в однокомнатной квартирке, доставшейся им после развода с отцом, когда Асе было всего семь лет. Она смутно помнила нескончаемые глухие крики за стеной. Так родители скандалили, думая, что она уже спит и ничего не услышит. Она же, наоборот, боялась засыпать, свернувшись калачиком и вслушиваясь в доносящиеся голоса. Ей почему-то казалось: стоит задремать, и с кем-то из родителей что-нибудь случится. Так и дожидалась всегда окончания ссоры, а затем, немного поплакав в подушку от недопонимания и страха, засыпала.

Из детских воспоминаний остались также горы немытой посуды и неизменно опухшие мамины глаза. Но когда отец ушел, лучше не стало – мама запила на долгих восемь лет.

Аксинья жутко скучала по отцу, но видела его лишь дважды в год. Он неизменно приходил на ее день рождения с очередной куклой – и бездушным лицом с периодически стекленеющими глазами – и первого сентября, чтобы отвезти ее в школу. Всегда приносил безумно длинные, выше нее, гладиолусы, и она шла с этими цветами, несказанно счастливая от присутствия отца – высокого и, как ей казалось тогда, очень сильного.

Однажды папа пришел какой-то замученный и потерянный, внимательно посмотрел на нее и сказал: «А ты уже совсем большая... Больше моих цветов...»

А потом отец исчез, причем навсегда...

Как раз в то время маму хотели лишить родительских прав, а Аксинью определить на место жительства с отцом.

– И это правильно! – плакала Тамара Леонидовна.

Но известие, что отец не берет дочь к себе, сильно отрезвило ее в прямом и переносном смысле. Что-то проснулось в душе, а в сознании укоренилась главная мысль: нельзя, чтобы ее дочка, единственная и неповторимая, оказалась в интернате. И произошло чудо – Тамара Леонидовна взяла себя в руки. И до сих пор благодарила Асю за те долгие восемь лет терпения.

Маленькая девочка взвалила на свои плечи уборку квартиры, вынос мусора, походы в магазин. И при этом изо всех сил старалась учиться, чтобы никто никогда не сказал, будто у нее плохая мама или неважно обстоят дела в семье.

У Аксиньи с малых лет развилась жуткая самодисциплина. Она очень рано повзрослела, поняв, что рассчитывать в этой жизни может только на себя.

От учителей Ася всегда слышала только положительные характеристики. «И отличница! И умница! И послушная! И красивая!»

Когда Ася окончила школу, у матери начались проблемы со здоровьем. Отказывали печень, почки, а потом отнялись ноги из-за какого-то очень серьезного воспаления вен. Дошло до того, что Ася не смогла ходить в офис – мать нельзя было оставлять в одиночестве.

Нет, сначала они наняли сиделку – в уже расширившуюся до трех комнат квартиру, которую Ася заработала за десять лет неустанных трудов. Сиделка, увы, не помогла – постоянно вызывались «скорые», и Тамару Леонидовну отвозили в больницу.

– Сиделка, даже профессиональная, всего лишь медсестра. Но вашей маме нужна врачебная помощь, каждодневное наблюдение, а в периоды кризиса – и подключение к специальным приборам, – пояснили Асе врачи.

И тогда было принято непростое решение. С согласия мамы, Ася перевезла ее в частный дом для престарелых, где богатые люди могли очень достойно содержать своих родителей, нуждающихся в медицинской помощи. То есть инвалидов, которых нельзя было оставлять дома одних. Старики там жили в прекрасных условиях, в двухместных номерах, с постоянным наблюдением, сбалансированным, индивидуально разработанным диетическим питанием, ежедневным осмотром врача, прогулками и даже развлекательными мероприятиями.

Мама Аксиньи обитала в этом доме уже два года и чувствовала себя превосходно. Вынужденное решение стало для Тамары Леонидовны в конечном итоге очень даже неплохим. Она уже не впадала в панику при каждом повышении давления, так как сразу же прибегал очень доброжелательный доктор, обследовал клиентку, назначал лечение. Ей нравились новые друзья, питание и уход.

Аксинья приезжала к матери каждую неделю и ежемесячно переводила на счет фирмы «Уютная старость» кругленькую сумму, о которой Тамара Леонидовна даже не догадывалась.

Вначале Ася привозила матери кучу всяческих гостинцев. Но быстро выяснилось, что эти разносолы – лишнее. Ежедневное меню и так изобиловало фруктами, свежими овощами и всяческими деликатесами.

– Нам каждый день все эти йогурты дают! Не носи ты мне этого, дочка. Ведь пропадет же! – просила мать.

Ася, декоратор по специальности, сотрудничала с дизайнерской фирмой «Фауст». Та искала в Интернете или по своим каналам клиентов, жаждущих изменить интерьер жилья, и предлагала услуги своих дизайнеров, в частности Асины. А дизайнеры отдавали фирме двадцать процентов от суммы гонорара.

Аксинью, закончившую художественный институт, затем неоднократно повышавшую квалификацию на семинарах и тренингах, работа именно с этой артелью очень даже устраивала. Они успешно трудились уже восемь лет. Асю знали как честного, порядочного сотрудника, талантливого художника. Людей, которым она оформляла квартиры, загородные дома и дачи, так впечатляла ее фантазия, что они охотно рассказывали о гениальном дизайнере друзьям, а те, в свою очередь, делали заказ именно на художника Аксинью Александровну. Со временем у Аси скопилась виртуальная очередь из клиентов, желающих иметь дело только с ней.

Она сама писала маслом, умело реставрировала любой предмет, утерявший первоначальный лоск, вдыхала в него новую жизнь. Если надо, то Ася-искусница могла и шторы расписать в технике «холодный» или «горячий» батик, и стены разукрасить на заданную тематику и даже произвести на свет витраж с росписью по стеклу любой сложности.

Когда у нее складывалось видение будущего интерьера, она сочиняла эскиз, вызывала бригаду строителей, а потом контролировала каждый их шаг, сверяла цвета красок, структуру текстиля, обоев. Ни одна из деталей не проскакивала мимо внимания Аксиньи.

Она очень ответственно относилась не только к работе, но и ко всему в этой жизни, чему, как уже сказано, имелось объяснение. И единственным недостатком такой положительной со всех сторон девушки был ее совершенно невозможный, несносный характер. То ли здесь вмешалась генетика, то ли сказалась не очень-то легкая жизнь с проблемной матерью и ее вечными болезнями, так или иначе, но человеческие отношения с Аксиньей удавалось выстроить единицам.

В ее сердце, мысли и душу была впущена всего лишь одна подруга. С Ниной Изотовой они учились в школе, и девичья дружба вынесла проверку временем. Нина всегда тяготела к точным математическим наукам, ее ничуть не трогали ни литература, ни история... Учителя недоумевали: как можно выиграть общегородскую олимпиаду по алгебре с геометрией и не найти нескольких слов, чтобы связно рассказать о пестиках и тычинках?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.