Новелла по мотивам серии «Армагеддон». Игрок

Бурносов Юрий Николаевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Новелла по мотивам серии «Армагеддон». Игрок (Бурносов Юрий)

ПРОЛОГ

Ростислав Шибанов лежал, укрывшись за толстым стволом упавшего бука. Он не мог поднять головы, потому что на малейшее движение стрелок, засевший в охотничьем домике, реагировал моментально. Последняя пуля вспорола кору совсем недалеко от его головы, и теперь хоккеист вжимался в землю, чтобы спрятаться от снайпера.

Рядом, у вывороченного корневища, свернулся клубком Манчини. Коп был ранен — собственно, с его ранения и начался обстрел, когда они осторожно пробирались по тропинке. Втягивая сквозь зубы холодный воздух, полицейский пытался определить, насколько опасна полученная рана. Весь бок его темно-зеленого свитера стал черным от крови.

— По-моему, сквозное... — прошипел Манчини, глядя на окровавленные пальцы. — Надеюсь, внутренности не задеты... только почему же так больно, черт его подери?! Кровь темная... по-моему, это означает, что повреждена печень...

— Держись, Рик... Может, это кто-то из твоих любителей пикников?

Полицейский помотал головой.

— Я не знаю...

— Эй, там! — заорал Шибанов, надеясь, что в домике его слышно. — Это Рик Манчини из управления полиции Лас-Вегаса!

Ответом ему был еще один выстрел, на этот раз не прицельный, осыпавший их сбитой хвоей.

— Перестань, Расти, — прохрипел коп. — Я не полицейский...

Шибанов опешил.

— Не полицейский?! Но форма...

— Все наоборот, Расти. Я карточный шулер и преступник. Меня вез в участок коп по имени Рик Манчини после того, как поймал меня во время ограбления бутика «Тиффани»... Но потом в машину врезался грузовик, копа выбросило наружу, он свернул шею... Я открыл наручники, надел его одежду, влез в другую полицейскую машину и поехал к границе, слушая переговоры по рации...

Он тяжело дышал, на губах показалась кровь.

— Мое настоящее имя — Джерри Романо... Но коп из меня получился неплохой, правда? Отец был бы рад, он всегда хотел видеть меня в форме, но увидел только в хлопчатобумажном костюме исправительной колонии для мальчиков...

Романо закрыл глаза.

— Джерри! — позвал хоккеист.

Романо молчал. Потянувшись к его руке, Ростислав попытался нащупать пульс, но пульса не было.

Рик Манчини, он же Джерри Романо, соврал даже перед смертью. Потому что звали его совершенно не так, а своего отца он вовсе не помнил.

Не Рик и не Джерри, нет. На самом деле его звали Антонио Альбиони и никакой бутик «Тиффани» он не грабил. Все было иначе.

* * *

* * *

— Ни с места! Всем лечь на пол! Это ограбление! — закричал Мактирнан и в качестве иллюстрации выстрелил в потолок из своей «беретты». Сверху посыпались куски пластика и штукатурка, посетители банка загомонили и послушно улеглись на плиточный бежевый пол.

И сразу же все пошло наперекосяк, потому что нашелся герой. Куда же без героя.

Это был толстый охранник, который вышел из-за стойки и принялся палить в грабителей из своего блестящего «смит-энд-вессона». Из шести выстрелов он не попал ни разу, а седьмая пуля угодила в плечо Билла Свантессона.

— Твою мать! — заорал Билл, падая на пол.

Мактирнан аккуратно пристрелил охранника, лихорадочно пытавшегося перезарядить барабан револьвера, и наклонился к товарищу.

— Сука, он меня ранил! — стонал Свантессон, зажимая рукой рану. Сквозь пальцы сочилась кровь, капая на плитки.

— Ничего страшного, — заметил Антонио, быстро осмотрев рану. — Потом заштопаем тебя у какого-нибудь дока. Потерпи.

— Больно же!

— Потерпи! — повторил Антонио. — Кость, по-моему, не задета, а значит, все в порядке. Просто дырка.

Повернувшись к кассам, он крикнул:

— Эй, дамы! У вас есть аспирин?

— Есть, — из-за перегородки поднялась миловидная белокурая девушка. — Вот, возьмите, сэр...

Она протянула Антонио аптечку, в которой тот обнаружил и аспирин, и стерильный бинт. Пока Мактирнан высказывал свои требования, Антонио быстро перебинтовал плечо Билла и сыпанул ему в ладонь горсть таблеток. Из кулера набрал стаканчик холодной воды. Мертвый охранник лежал рядом с кулером, разбросав руки.

— Черт, черт, черт! — бормотал Мактирнан, глядя, как кассирша ссыпает в пластиковый пакет пачки долларов. — Копы вот-вот будут здесь! Кто-нибудь нажал кнопку тревоги? Признавайтесь?!

Все молчали.

— Еще бы, скажете вы, как же... Ур-роды... А ты пошевеливайся, тварь! Не волнуйтесь, парни, сейчас мы отсюда свалим!!!

Всхлипывающая кассирша продолжала бросать в пакет деньги, и в этот момент снаружи раздался усиленный мегафоном властный голос:

— Внимание! С вами говорит полиция Лас-Вегаса! Сдавайтесь! Выходите по одному с поднятыми руками!

Билл Свантессон глубоко вздохнул, потрогал намокшую кровью повязку и, хрустя аспирином, сказал:

— Я так и думал, что все это плохо кончится. Лучше бы я поехал с кузеном на рыбалку, ловил бы форель в горном ручье, пил ледяное пивко... Мак, какого хрена я тебя послушал, а?!

— Заткнись, — сердито велел Мактирнан, вставляя новую обойму. — У нас куча заложников. Свиньи будут делать все, что мы скажем, и выполнят все наши требования. Они тоже не дураки, им лишняя кровь не нужна.

— И что ты хочешь у них попросить? — сухо осведомился Антонио. — Самолет до Кубы? Я думаю, что Кастро с радостью нас примет и с не меньшей радостью расстреляет прямо в аэропорту Гаваны. Коммунисты не любят грабителей точно так же, как и капиталисты.

— Пошел ты в задницу со своей гребаной политикой и философией! — окрысился Мактирнан. — Я читал, что один хрен ограбил банк, сел в вертолет, а потом выпрыгнул с парашютом где-то в Канзасе, и копы остались с носом. Или у тебя есть иные варианты?

— Нет, нет. Ты — босс, — примирительно сказал Антонио. — К тому же затея с вертолетом мне в принципе нравится.

— А мне нет! — крикнул сидевший на полу Свантессон. — Мой папаша работал на аэродроме механиком, и я видел, как у одного чувака не раскрылся парашют! Когда он упал, то напоминал отбивную. А кишки вылетели и валялись футах в десяти от него.

— Если хочешь, можешь сдаться, — пожал плечами Мактирнан, забирая пакет с деньгами у кассирши. — Мы поделим добычу на двоих, не вопрос.

Билл умолк. Антонио подошел к автомату, бросил в щель монетку и вытащил из лотка банку холодной колы.

Все шло наперекосяк. Когда Мактирнан в баре «Лепрекон» подошел к нему и предложил без шума и пыли взять банк, Антонио согласился, потому что сидел на мели. Ограбления банков не были его коньком — совсем другое дело угоны машин, маленькие магазинчики, которые держат китайцы и вьетнамцы... Но он все равно согласился. Судя по всему, зря, но сожалеть об этом было уже слишком поздно.

Отбросив в сторону сорванное с банки колечко, Антонио прислушался к доносящимся с улицы уговорам полицейских. Они вещали все о том же: сдавайтесь, выходите с поднятыми руками... Штурмовать пока не начинали, но кто знает, что у них на уме. Возможно, сотрудники SWAT уже пытаются проникнуть в здание банка через крышу или через канализацию. Хотя вряд ли: вначале копы попробуют договориться миром, здесь ведь не террористы, а простые грабители... Черт, зря Мак застрелил охранника.

Антонио на всякий случай проверил пульс у лежащего толстяка. Увы, мертв. Окончательно и бесповоротно.

— Надо было нам взять казино, — сердито пробормотал Свантессон.

— Ты насмотрелся фильмов про друзей Оушена, — сказал Мактирнан, поспешно закрывая все жалюзи и осторожно выглядывая в окно из-за колонны. Он опасался снайперов. Вполне разумно. — В настоящей жизни казино не грабят. Это нереально, Билли. А вот банки грабят со времени их основания, и в половине случаев — а то и больше — вполне успешно.

— Вы, ребята, лучше вообще занялись бы чем-­нибудь другим, — глухо произнес один из заложников, лежащий на полу. Здоровяк с короткой стрижкой, как у морского пехотинца. Говорил он со странным акцентом, и Мактирнан не преминул обратить на это внимание.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.