Он же капрал Вудсток

Горчаков Овидий Александрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Он же капрал Вудсток (Горчаков Овидий)

Часть первая

1. ВЗРЫВ НАД «БРАТСКОЙ МОГИЛОЙ»

Это случилось во время смены часовых на посту, и потому-то потайной люк землянки был открыт и все в «братской могиле» сразу услышали внезапно возникший гул. Несколькими секундами раньше никто не обратил особого внимания на этот отдаленный вибрирующий гул. Ведь немецкие и советские самолеты нередко пролетали над лесом. Но на этот раз гул нарастал, рокоча, так стремительно, словно на лес, включив для устрашения сирены, пикировал «юнкерс». И не просто на лес, а прямо на землянку. И не один «юнкерс», а сразу несколько, сразу целое звено или даже эскадрилья.

Странно растягивается время, когда летит на тебя бомба или снаряд. С замиранием сердца отмечаешь уже не секунды, а миллисекунды, и чем ближе к роковому взрыву, тем медленнее тянется время. Время как бы останавливается, замирает, как замирает и сердце.

Все стихло вокруг: говор, шорох осыпающегося песка в землянке, вздохи ветра в соснах. А гул нарастал, переходил в органный гром, распадался на грохочущую дробь сотен и тысяч барабанов. Евгений Кульчицкий невольно съежился, прочно уверовав в эти леденящие кровь мгновения, что землянка вот-вот взлетит на воздух и все в ней превратится в прах, и она впрямь станет «братской могилой».

Взрыв сильнее тысячи ударов грома был так оглушителен, что его не услышали разведчики, хотя у них едва не лопнули в ушах барабанные перепонки. Землянка заходила как при землетрясении. Евгений видел, как толстые сосновые жерди прогнулись будто ивовые прутья. С минуту оглушенные разведчики неподвижно сидели или стояли, согнувшись, в абсолютной тишине. Потом Евгений — глаза его успели привыкнуть к полумраку в подземелье — увидел, как шевелятся губы у Константа, и сквозь звон в ушах услышал:

— Что это? Что это?

Округлившиеся глаза командира разведгруппы «Феликс» тускло блестели. Евгений впервые видел друга без его обычного панциря невозмутимости. А на самого Евгения уже нахлынула, как всегда в первые минуты после избавления от грозной опасности, пьянящая, окрыляющая радость.

— «Но пока что пуля мимо пролетела, — пропел он слова популярнейшей среди разведчиков его части песни, — но пока что подступ смерти отдален...»

— Ничего себе «пуля»! — тряским голосом проговорил Олег.

— Что это? — опять спросил Констант.

Тут заговорили все разом.

— Огромный снаряд?

— Подбитый бомбардировщик свалился и взорвался со всеми бомбами рядом с землянкой!

— Я уж думал, конец света...

— Может, многотонная бомба?..

Но Констант уже принял решение.

— Пойдем узнаем. Петрович и Пупок, останетесь с радисткой. Пошли!

Евгений выкарабкался из «братской могилы» вслед за командиром и остановился, пораженный. Невдалеке над лесом вырос невероятно высокий столб дыма и серой пыли. Шапка его медленно расплывалась в чисто-голубом небе, и оттого облако становилось похожим на исполинский гриб. У подножия этого гриба самые высокие сосны казались ниже травы.

— Сроду не видал ничего похожего! — в изумлении пробормотал Констант.

Поглядывая на «гриб» над лесом, разведчики почти бегом направились к месту взрыва, скользя меж сосен неслышным шагом бывалых партизан-лесовиков. Впереди с автоматом наготове шел Констант Домбровский. Движения его мускулистого, гибкого тела были легки и мягки, как у рыси. Через час ходу разведчики добрались до места.

Посреди сосняка кратером курилась огромная воронка, метров десять в глубину и диаметром почти полсотни метров. Вокруг же простиралась усыпанная землей, дерном и песком широкая прогалина. Взрыв испепелил ближайшие сосенки, снес под корень деревья подальше, далеко окрест расшвырял их, воздушной волной сорвал с отдаленных сосен всю хвою, навалил высокие горы бурелома у границ образованного взрывом пустыря. За завалами деревья легли огромным веером в сторону от взрыва.

— Ух ты! — только и выговорил Димка Попов.

— Может быть, шаровая молния? — вполголоса проговорил Домбровский, потирая кулаком слезящиеся от дыма глаза.

— Постой! — вдруг звонко хлопнул себя ладонью по бедру Евгений. — А вдруг это то самое «чудо-оружие» Гитлера, его «оружие возмездия»?!

Домбровский быстро взглянул исподлобья на своего заместителя.

— «Фау-1»? «Фау-2»? Зачем же немцам выстреливать ракеты в этот лес?

— Возможно, они начали обстрел освобожденных городов Восточной Польши, — все больше веря в свою догадку, ответил Евгений Кульчицкий. — Или уже бомбардируют ракетами наши города?! А это промах или недолет?

Домбровский молча оглядел кратер, стоя в своей излюбленной позе — ноги расставлены, автомат ППШ висит на груди, левая рука на кожухе, правая — на шейке приклада.

— А может, это экспериментальный запуск? — продолжал фантазировать Евгений, стоя рядом в той же позе.

— Может, скажешь, что Гитлер решил своим «чудо-оружием» по нашей землянке шарахнуть? — недоверчиво усмехнулся Димка Попов.

— Не исключено, — медленно, не слушая Димку, продолжал Домбровский, что имеется связь между выселением поляков с подлесных хуторов и гестаповским запретом ходить в этот лес.

— Конечно! Факт! — азартно подхватил Евгений, радуясь поддержке своей догадки. — Может быть, немцы сделали наш лес вовсе и не заповедником, а... полигоном!

Домбровский заметил, что дно кратера на глазах заплывало водой. Час-два, и громадная воронка чуть не до краев наполнится подпочвенными водами — местность низменная...

— Дима! Олег! — встрепенувшись, скомандовал он. — Ведите наблюдение — не пожаловали бы гости! Остальным искать в воронке и вокруг воронки осколки этой бомбы, снаряда, ракеты, метеорита, — приказал Домбровский. — Мы должны выяснить, что это такое. За дело, ребята!

Минут через пять Олег обнаружил метрах в десяти от воронки синий кусочек листовой стали размером с пятак. Еще через три минуты Констант Домбровский поднял с опаленной взрывом земли кусок алюминиевой трубки не длиннее мундштука, тоже синего цвета. Димка нашел короткий обрывок пучка закоптелых разноцветных проводов...

— Видишь, Костя, — волновался Евгений, подбегая к Домбровскому с рваным куском синего дюраля в руках, — значит, не метеорит, не снаряд и вряд ли бомба... Смотри, ясно видна клепка!

— Тихо! — вдруг поднял руку, вскинув голову, Домбровский.

Над лесом послышался вибрирующий гул мотора. Он становился все громче, нарастая с севера.

— Скорее в лес! — почти крикнул Домбровский, срываясь с места.

Разведчики едва успели продраться сквозь завал и укрыться под сосенками, как над прогалиной появился низко, почти на бреющем полете летевший самолет. Домбровский сразу определил его марку: «физелер-шторьх», разведчик-наблюдатель.

— Ложись! — скомандовал он.

Самолет не спеша сделал несколько кругов над кратером и над прогалиной, над которой уже почти рассеялся дым. Он летел так низко, что разведчики ясно видели лица летчика и наблюдателя. Дмитрию Попову показалось даже, что сквозь плексигласовый иллюминатор он увидел у наблюдателя расшитый золотом воротник генеральского мундира. Неожиданно для разведчиков, облюбовав сверху ближайшую пятидесятиметровую, хорошо расчищенную просеку, самолет пошел на посадку.

Попов привстал и, задохнувшись от жаркого волнения, проговорил:

— Костя! Давай захватим их в плен! По-моему, один из них генерал!

Соблазн, конечно, был велик. Генерал не генерал, но уж, наверное, он знает, что за штука взорвалась в этом лесу!

Но в лесу возник вдруг многоголосый гул автомобильных моторов. Итак, гости пожаловали. Необходимо познакомиться с ними поближе. Домбровский выдвинулся с разведчиками почти к краю просеки. Вскоре они увидели целый кортеж автомашин: «опели», штабные «мерседесы», две бронемашины. Номера машин армейские, люфтваффе и СС. На некоторых машинах красовался желтый слон — эмблема химических войск вермахта. Два мотоциклиста-автоматчика в голове автоколонны остановились у самолета. Из кабины самолета вылез пилот. Он помог спуститься на землю единственному пассажиру «шторьха».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.