Лаборатория зла

Черкасова Анастасия

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Лаборатория зла (Черкасова Анастасия)

Вступление

Огромный мир. Просторные дали. Большие города со множеством горящих огней, в каждом из которых – чья-то жизнь. Небо – такое большое, что его видно отовсюду, из любого уголка планеты – и эти облака, окрашенные багрянцем солнечных лучей, освещающих так же все, абсолютно – все. Леса, многочисленные деревья, бескрайние поля. Моря – огромные, необъятные для человеческого глаза. И эти блики на воде, рожденные все тем же солнцем – одним для всех. Цветы, запахи растений. Сколько в мире запахов? Целая гамма. Сколько их? Миллиарды? Больше? Не сосчитать. Не представить. Макушки гор, кажущиеся издали такими крошечными, словно игрушечными, а на самом деле – все таким же огромными, что ни одному из людей, лицезреющих их макушки, не хватит и целой жизни на то, чтобы обойти их все, заглянуть в каждую из ложбинок искрящегося камня. Сколько тропок на свете, сколько дорожек – не пройти. Никогда не пройти, и даже не представить. Множество зверей. И птиц. Чаек, латающих над этим морем. Маленьких черточек, парящих в этом небе – одном для всех. Птица издали – это тоже крупинка, такая маленькая, что не пройдет и минуты, как она скроется вдали, потерявшись навсегда в этом мире, скрывшись от глаз человека, наблюдающих за ней. Степи. Бескрайние пустыни. Теплый песок. Запах листьев. Запах моря. Привкус морской пены, осязаемой где-то внутри так явно, что кажется, словно кусочек моря умещается на кончике человеческого языка. И везде – звери. Сколько их? Таких разных, таких непохожих друг на друга. И везде, везде в этом мире – люди. Столь же разные, несмотря на некоторое внешнее сходство. Множество лиц. Множество отражений человеческих душ. Словно блики на воде. Словно искорки на многогранном хрусталике. День – и ночь. Темнота и свет. Холод – и тепло. Многочисленные блики. Многочисленные оттенки миллиардов запахов. Все это – мир. Все это – наша жизнь.

Возможно, мир не имел бы столь громадного количества оттенков одних и тех же вещей, на первый взгляд кажущихся таким похожими, такими одинаковыми. Он был бы проще и однозначней, если бы не существовало в нем этих разных человеческих душ, порождающих такое разное восприятие окружающего. Даже эти блики на воде – каждый человек видит их по-своему. Чувствует. Или не чувствует совсем. Представить только: внутри каждого человека есть это все – и чайки, и сверкающая гладь воды, и легкий шум крон могучих деревьев, и многоголосное цоканье зверьков. И опять же – души, эти разные человеческие лица. Каждый человек – все чувствует по-своему, воспринимает по-своему. Внутри каждого – такой вот огромный мир, окрашенный своими собственными цветами. Пропитанный запахами и звуками, и каждый из этих миров – уникален. Все это, все – все умещается внутри одного-единственного человека, даже самого маленького. Внутри каждого из нас – целый мир, единственно уникальный.

В серии книг «World Inside» я хочу поделиться с читателями своим собственным миром, открыть глазам других свое восприятие. Каждую из книг я постараюсь сделать так же особенной, отличной от других, дабы открыть разные грани, разные отблески своей души.

Третья книга серии «Лаборатория зла» посвящена истории девушки Леры, жизнь которой приняла неожиданный оборот. Обстоятельства сложились таким образом, что страх поглотил девушку полностью, став единственным руководителем всех ее помыслов и поступков. Просто в один день Лера проснулась в незнакомом месте и, очнувшись ото сна, вспомнила все, что произошло с ней – как она заметила за собой слежку и, невзирая на все свои усилия, оказалась схваченной врачами-шарлатанами, которые похитили ее для того, что подвергнуть научным опытам в подпольной лаборатории. Обезумевшая от страха и отчаяния девушка твердо решила не покоряться своей судьбе и всеми оставшимися силами бороться за свою жизнь. Убежать или совершить суицид – но только не подвергнуться ужасным надругательствам, на которые ее хотят обречь ее похитители.

Глава 1. Пробуждение

Она проснулась.

Страх опутал ее тут же, почти сразу – страх сильный, сковывающий, вопиющий от ужаса, заставляющий дрожать всем телом, кожу – выделять липкий пот, а сердце колотиться так сильно, так отчаянно, что, казалось, еще немного, и оно разорвется, и остановится, и останется истекать крупными каплями крови, коченеющими в бездыханном теле.

Страх. Она боялась пошевелиться, боялась даже открыть глаза, и даже сглатывать слюну, которой стало почему-то очень много, казалось для нее большой трудностью – не было сил, и звук глотания отдавался во всем теле ужасным грохотом, и казалось, словно грохот этот распространяется по всей округе, становясь отчетливым для любого, кто окажется в радиусе пары сотен метров.

Страх. Надо успокоиться.

Пить, как же хочется пить. Во рту пересохло, но слюна течет. Сердце колотится.

Надо успокоиться.

Голова болит. Куски ее, отлетающие друг от друга, колются на еще более мелкие, мельчайшие части. Больно, так больно. И так хочется пить, что сосредоточиться абсолютно не представляется возможным. Мысли, как и эти раскалывающиеся кусочки внутреннего содержимого головы, как и удары коченеющего от страха сердца, кажется, разлетаются по сторонам, разрушаясь, беспомощно ударяясь о стенки истончившегося черепа, и рассыпаются в прах, не успев даже стать прочувствованными, осознанными, не то что бы иметь какой-то адекватный смысл. Мысли эти были словно чужими, ненастоящими, и крутились в голове, болезненно отдаваясь в ней, не имея под собой ровно никакого смысла, и вызывая одно лишь только раздражение. И боль.

Страшно, как же ей было страшно.

Она вздохнула. Вздох этот дался ей с трудом, он тут же отдался где-то в глубине тела ноющей болью, словно у нее были переломаны все ребра, дыхание перехватило, и ей потребовалось время, чтобы унять разошедшееся сердце и заглушить эту сильную боль, затрудняющую дыхание, и следующий вздох ее дался ей уже легче, грудь впустила воздух уже спокойнее, ровнее, хотя боль не проходила. Быть может, у нее и правда действительно были сломаны ребра – она не помнила во всех подробностях, что с ней произошло, так что не могла понять этого абсолютно точно, но исключить этот вариант, особенно ввиду случившихся с ней обстоятельств, было все же никак нельзя.

Что ребра… Она не могла понять даже в полной мере, что случилось с ее конечностями, и есть ли они вообще до сих пор. Она абсолютно не чувствовала ни рук, ни ног, и было совершенно непонятно, находятся ли они каждая по-прежнему на своем месте или их действительно у нее уже нет. Открыть глаза и посмотреть было все так же страшно, и, к тому же, что-то подсказывало ей, что делать этого не стоит.

Она вздохнула в третий раз и тут же испуганно затаила дыхание, прислушиваясь к окружавшей ее тишине, боясь случайно выдать себя. Никто не должен знать, что она пришла в сознание. Даже если у нее и вправду больше нет ни рук, ни ног, ни даже каких-либо других частей тела, невзирая и на то, что у нее переломаны все ребра, и сердце ее бьется так больно, ударяясь о жалкие обломки этих самых костей – даже если так, все равно, все равно она не сдастся! Если они поймут, что она очнулась, они тут же начнут ее пытать, будут пытать, а затем убьют. Нет, ошибки совершить никак нельзя, любая ее ошибка сейчас станет последней. Она должна выжить. Она жива, она приходит в себя, ее пробуждения пока еще никто не заметил – значит, можно еще что-то поделать, значить, можно придумать, как ей быть. Думай, думай, думай… Да, мысли, кажется, начали собираться из отдельных крупинок в кусочки побольше, кажется, она что-то начала понимать… Да, способность мыслить определенно возвращается. Значит, надо думать. Думай, пока можешь, думай, пока есть время, думай, пока жива, думай, чтобы жить дальше. Думай, думай, думай… Тогда обязательно найдешь выход. Время еще есть, она до сих пор никем не замечена, но кто знает, сколько она еще может пролежать вот так, не выдавая себя. Может быть, у нее есть еще несколько часов, а может, все лишь пара минут. Думай, думай… Жива, можешь соображать – значит, выживешь, значит, можешь. Должна. Главное – не сдаваться. Никогда.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.