Скандинавские сказания

Светланов Юрий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Скандинавские сказания (Светланов Юрий)

Часть первая

Сказания о богах

ПУТЕШЕСТВИЕ КОРОЛЯ ГЮЛЬФИ В АСГАРД

Однажды в те далекие времена, когда в Швеции царствовал мудрый и добрый король Гюльфи, к нему пришла из чужих земель никому не ведомая странница. Она так очаровала Гюльфи своими дивными песнями, что он предложил ей в награду за них столько земли, сколько четыре быка вспашут за один день и одну ночь. Гюльфи не знал, что Гифеон — так звали странницу принадлежит к роду великих богов, Асов, и наделена их чудесной силой. До того, как прийти к Гюльфи, она долгое время жила в стране великанов, Йотунхейме, где родила четырех могучих сыновей, принявших образ исполинских быков. Когда Гифеон привела их из Йотунхейма и запрягла в плуг, они оторвали от Швеции большой кусок земли и унесли его в море. Там он образовал остров, который стоит и поныне и называется Селунд [1] .

Удивленный Гюльфи стал расспрашивать Гифеон о ее происхождении; услышав же, что она из рода Асов, глубоко задумался.

«Как велики и мудры должны быть эти Асы, если все в мире вершится по их желанию! — говорил он себе. — Но кто скажет мне, откуда берется их сила? Нет ли и над ними богов еще более великих и еще более мудрых, которым они служат и которые за это наделяют их своим могуществом?»

Так думал Гюльфи, и чем больше он думал, тем сильнее росло в нем желание узнать истину. Наконец он решил оставить свой дворец и до тех пор странствовать по свету, пока не найдет Асов и не получит от них ответа на свои вопросы. Чтобы никто не узнал, кто он такой, Гюльфи, который, как и многие другие мудрецы, постиг тайны колдовства, превратился в старика, надел жалкое рубище, взял в руки посох и под видом бедного странника отправился в путь. Долго бродил по свету король Швеции, много разных народов перевидел, был и на юге, и на севере, и на западе, и на востоке, но, к кому он ни обращался, у кого ни спрашивал, никто не мог ему сказать, где находится Асгард, чудесная страна Асов, и как в нее попасть. Так и вернулся бы Гюльфи домой, ничего не узнав, но сами великие боги, которым всегда все известно, проведали о его путешествии и решили удовлетворить его любопытство. И вот однажды, когда Гюльфи, усталый и уже потерявший всякую надежду найти тех, кого искал, одиноко шел полями, перед ним словно из-под земли, вырос замок необыкновенной величины и красоты. Его крыша поднималась к самому небу и ярко сверкала на солнце. Приглядевшись, Гюльфи увидел, что вместо черепицы она выложена большими круглыми щитами, сделанными из чистого золота.

«Видно, я уже пришел в Асгард, — подумал он. — Ни один земной царь не может быть так богат. Тут живут боги, и мои скитания окончились».

Он приблизился к замку и увидел на его пороге какого-то человека, который так ловко перебрасывал из одной руки в другую девять ножей, что семь из них все время были в воздухе. Заметив Гюльфи, он отложил ножи в сторону и спросил шведского короля, кто он такой и что ему здесь надо.

— Я бедный странник, и меня зовут Ганглери, — с низким поклоном отвечал тот. — Вот уже несколько дней, как я сбился с дороги, и теперь и сам не знаю, куда я забрел и как мне вернуться в свою страну. Я устал и ослабел от голода и жажды.

— Хорошо, Ганглери. Входи в этот замок и будь в нем гостем, — сказал человек с ножами. — Я отведу тебя к нашим королям. Они добры, и от них ты получишь все, что тебе нужно.

Он встал со своего места и предложил Гюльфи следовать за ним.

«Войти-то я войду, а вот удастся ли мне выйти?» — со страхом подумал мнимый странник, тревожно оглядываясь по сторонам.

Они прошли целый ряд роскошно убранных залов. Каждый из них был величиною с городскую площадь, и в каждом стояли длинные столы, за которыми сидело великое множество людей разных племен и народов. Эти люди ели, пили или играли в кости и даже не заметили шведского короля и его провожатого. Наконец, когда глаза Гюльфи уже устали от всего виденного, они вошли в зал еще больше и роскошнее прежних. Посередине его стояли три трона, а на них сидели три человека величавой наружности.

— Вот три наших царя, — сказал Гюльфи человек с ножами. — Того, кто сидит на самом низком троне, зовут Хар, сидящего на среднем троне — Яфнхар, а на самом высоком — Триди.

Тем временем Хар знаком приказал Гюльфи приблизиться и спросил его, кто он такой и зачем пришел. Тот повторил дрожащим голосом, что он бедный странник, что его зовут Ганглери и что он сбился с пути.

— Не бойся нас, чужестранец, — заметив его смущение, милостиво произнес Хар. — Входи в любой зал, садись за любой стол, ешь и пей что хочешь, а потом ложись спать. Утром тебя проводят и покажут, куда идти, чтобы найти свою страну.

Ласковая речь Хара ободрила мнимого Ганглери, и он, набравшись смелости, сказал:

— Я уже несколько дней ничего не ел и не пил, я совершил длинный путь, но сильнее голода и жажды, сильнее усталости меня мучает любопытство. Позволь сначала задать тебе несколько вопросов.

— Спрашивай, чужестранец, — ответил Хар, — и пусть я не встану живым с этого места, если хотя бы один твой вопрос останется без ответа.

— Спрашивай, чужестранец, — повторили за ним оба других царя. — Спрашивай, и ты узнаешь все, что хотел узнать.

И Гюльфи стал спрашивать. Час проходил за часом, солнце начало склоняться к западу, а он все задавал и задавал свои вопросы и на каждый из них сейчас же получал ответ. Так он услышал о том, как был создан мир, как произошли великаны, боги и люди, как двигаются по небу луна и солнце, услышал о славных делах и подвигах Асов и отой жестокой борьбе, которую они ведут с великанами Гримтурсенами; услышал о страшных детях бога Локи, о волке Фенрисе и о предсказании пророчицы Валы, услышал, наконец, о последнем дне мира, о сумерках богов. Когда же он услышал это, внезапно раздался страшный удар грома, и он увидел, что стоит опять один, в чистом поле.

И тогда Гюльфи понял, что цари, с которыми он говорил, были боги, и решил вернуться домой, чтобы рассказать людям обо всем, что он узнал во время своего путешествия в страну Асов. Его рассказ передавался от отца к сыну, от деда к внуку и наконец дошел и до наших дней.

А узнал Гюльфи вот что…

СОЗДАНИЕ МИРА

Сначала не было ничего: ни земли, ни неба, ни песка, ни холодных волн. Была лишь одна огромная черная бездна Гиннунгагап. К северу от нее лежало царство туманов Нифльхейм, а к югу — царство огня Муспельхейм. Тихо, светло и жарко было в Муспельхейме, так жарко, что никто, кроме детей этой страны, огненных великанов, не мог там жить, в Нифльхейме же, напротив, господствовали вечный холод и мрак.

Но вот в царстве туманов забил родник Гергельмир. Двенадцать мощных потоков, Эливагар, взяли из него свое начало и стремительно потекли к югу, низвергаясь в бездну Гиннунгагап. Жестокий мороз царства туманов превращал воду этих потоков в лед, но источник Гергельмир бил не переставая, ледяные глыбы росли и все ближе и ближе подвигались к Муспельхейму. Наконец лед подошел так близко к царству огня, что стал таять. Искры, вылетавшие из Муспельхейма, смешались с растаявшим льдом и вдохнули в него жизнь. И тогда над бескрайными ледяными просторами из бездны Гиннунгагап вдруг поднялась исполинская фигура. Это был великан Имир, первое живое существо в мире.

В тот же день под левой рукой Имира появились мальчик и девочка, а от его ног родился шестиголовый великан Трудгельмир. Так было положено начало роду великанов — Гримтурсенов, жестоких и коварных, как лед и пламя, их создавшие.

В одно время с великанами из таявшего льда возникла гигантская корова Аудумбла. Четыре молочные реки потекли из сосков ее вымени, давая пищу Имиру и его детям. Зеленых пастбищ еще не было, и Аудумбла паслась на льду, облизывая соленые ледяные глыбы. К концу первого дня на вершине одной из этих глыб появились волосы, на другой день — целая голова, к исходу же третьего дня из глыбы вышел могучий гигант Бури. Его сын Бер взял себе в жены великаншу Беслу, и она родила ему трех сыновей-богов: Одина, Вили и Ве.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.