Микельанджело (др.изд.)

Дживелегов Алексей Карпович

Серия: Жизнь замечательных людей [213]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Микельанджело (др.изд.) (Дживелегов Алексей)

Микеланджело

1475 — 1564

Автор этой книги Алексей Карпович Дживелегов (1875-1952) — крупный советский ученый. Вся его жизнь, большая и плодотворная, была посвящена глубокому и многостороннему изучению истории и культуры народов Западной Европы, пропаганде величайших достижений западноевропейского искусства — особенно итальянского. Доктор искусствоведческих наук, член-корреспондент Академии наук Армянской ССР А. К. Дживелегов вел научно-исследовательскую работу в Институте мировой литературы имени А. М. Горького, возглавлял кафедру зарубежного театра в Институте театрального искусства имени А. В. Луначарского. Дживелегову принадлежит серия работ, посвященных гуманистической культуре эпохи Возрождения: «Начало Возрождения в Италии» (1908, 1924), «Очерки итальянского Возрождения» (1929), «Итальянская народная комедия» (1954, посмертное издание) и др. Дживелегов участвовал в коллективных переводах «Жизнеописания наиболее знаменитых итальянских живописцев, ваятелей и зодчих» Д Вазари (Academia, 1933), т. I, II, а также «Избранных произведений» Леонардо да Винчи (Academia, 1935), т. I и II. Специальные исследования были посвящены А. К. Дживелеговым Макиавелли, Гвиччардини, Мазуччо, Гольдони. Комедии Гольдони в переводах Дживелегова идут в советских театрах и в наши дни. В серии «Жизнь замечательных людей» вышли книги А. Дживелегова — «Данте» (1933), «Леонардо да Винчи» (1935), «Микельанджело» (1938).

Настоящее издание является вторым и печатается по тексту 1938 года с минимальными поправками.

ОТ АВТОРА

Книга, предлагаемая читателю, — не трактат по искусствоведению, а рассказ о жизни и творчестве великого художника. Этим объясняются ее особенности. От одинаковых по задачам работ буржуазных историков культуры (в этом отношении ближе всего к задачам автора настоящей книги стоит английский ученый Джон Аддингтон Симмондс) эта книга отличается тем, что является, как кажется, первой попыткой советского писателя создать работу о Микельанджело. И так как она, несомненно, не будет последней, то автор смотрел на свою задачу, как на расстановку первых вех для будущих, более обстоятельных работ в этом направлении, и не обольщал себя мыслью, что его книга свободна от ошибок.

Размеры книги не допускали подробного анализа многих сторон почти девяностолетней жизни великого художника и его творчества, столь разнообразного и богато разветвленного. Например, Микельанджело-архитектор рассмотрен в книге с гораздо меньшей обстоятельностью, чем он того заслуживает. Автор мог решиться на это потому, что уже в советское время вышла изданная Всесоюзной академией архитектуры переводная книга «Архитектурное творчество Микельанджело», которая, несмотря на многие недостатки (см. библиографию), заполняет этот пробел хотя бы сообщаемым ею фактическим материалом. Но и помимо архитектуры в настоящей книге опущены многие детали даже важных фактов из жизни и деятельности Микельанджело. Например, «Трагедия надгробия» (с исчерпывающей обстоятельностью рассмотренная у Карла Юсти) рассказана, быть может, более суммарно, чем это было нужно. И понятно почему. «Трагедия» эта тянулась сорок лет, и перипетии ее беспрестанно повторялись. При том способе изложения, который принят в настоящей книге, рассказывать ее подробно было бы томительно скучно и заняло бы чересчур много места.

А место автору нужно было для таких вещей, о которых в западной буржуазной литературе о Микельанджело говорить не любят и о которых необходимо, в интересах научной полноты и объективности, говорить подробно. Микельанджело как художник-гуманист, связанный в своем творчестве с думами, настроениями и борьбою итальянского народа, не был бы правильно понят, если бы автор не говорил о таких фактах, как политическая трагедия итальянской земли, в частности оборона Флоренции против сил итальянской и международной реакции 1529-1530 годов.

Насколько автору удалось сделать убедительными свою концепцию и свой метод, пусть судят читатели.

А. Д.

НА ЗАКАТЕ МЕДИЧЕЙСКОЙ СИНЬОРИИ

Детство

«Удостоверяю, что сего 1 апреля 1488 года, я, Лодовико ди Лионардо деи Буонарроти, поручаю сына своего Микельанджело Доменико и Давиду ди Томмазо ди Куррадо на ближайшие три года с условием и уговором, что означенный Микельанджело обязуется находиться у вышеназванных указанное время, обучаясь рисованию и упражняясь в названном ремесле и во всем, что вышеназванные ему поручат; а вышеназванные Доменико и Давид обязуются уплатить ему в течение трех лет 24 флорина: в первый год — 6, во второй — 8, а в третий — 10, всего же 96 лир».

Таким, далеко не художественным языком был сформулирован договор, положивший начало росту и развитию одного из величайших художников всех времен. Микельанджело Буонарроти в день подписания этого соглашения только что исполнилось тринадцать лет, так как родился он 6 марта 1475 года. Семья его отца была знатная; так, по крайней мере, гласили семейные предания, выводившие ее из рода графов Каносса. Отцу Микельанджело — Лодовико Буонарроти — всегда приходилось искать хлебных занятий, ибо семья увеличивалась гораздо быстрее, чем позволяли его достатки. Микельанджело родился в Капрезе, в Казентино, где Лодовико занимал должность подесты, дававшую некоторый доход. Он был вторым сыном. Старше него был Лионардо, моложе — еще трое: Буонаррото, Джовансимоне, Джисмондо. Вскоре после рождения Джисмондо умерла их мать Франческа деи Нери. Четыре года спустя Лодовико женился на Лукреции Убальдини (1485). У Лукреции детей не было, и она воспитывала пятерку молодых Буонарроти от первого брака своего мужа. Что представляли собою мальчики в детстве, мы не знаем. Можно предполагать с довольно большой вероятностью, что учили их так же, как учили вообще детей в небогатых семьях. Во Флоренции в то время было принято при излишке ртов одного-двух сыновей отдавать церкви. В доме Буонарроти эта участь выпала на долю первенца: Лионардо в восемнадцать лет (1491) был увлечен Савонаролою и сделался доминиканским монахом. Но и четверых оставшихся Лодовико нелегко было поставить на ноги. Заступивший место старшего, Микельанджело, незаурядные способности которого бросались в глаза, вызывал особенные заботы отца. Его отдали в школу одного из многочисленных уже в то время педагогов, обучавших детей грамматике, то есть итальянской грамоте, арифметике да кое-каким начаткам латыни.

«Но хотя мальчик и делал успехи, его природная наклонность, с которой трудно было бороться, влекла его к живописи; он не мог заставить себя проводить время за уроками, бегал рисовать то туда, то сюда и искал общения с художниками», так рассказывает Асканио Кондиви, ученик и биограф Микельанджело, составлявший жизнеописание учителя, можно сказать, под его диктовку. То, что он сообщает о ранних годах Микельанджело, особенно ценно потому, что других свидетельств об этом времени сохранилось чрезвычайно мало.

Поиски общения с художниками, конечно, не могли привести сразу к серьезным связям. Микельанджело был слишком молод, чтобы обратить на себя внимание настоящих мастеров. Но ему посчастливилось встретить чуткого сверстника, уже вступившего на тот путь, к которому тянуло его. Это был Франческо Граначчи, ученик Доменико Гирландайо. Франческо носил Микельанджело рисунки своего учителя, водил в его мастерскую и в другие места, где можно было видеть художественные произведения. Под влиянием Граначчи, а еще больше — повинуясь врожденной склонности к искусству, Микельанджело совершенно забросил учение. Отец и дядья не одобряли его увлечения, а так как, очевидно, уговоры и увещевания помогали мало, то мальчику приходилось испробовать и более увесистые «аргументы». Но и они не сломили его. Он только и мечтал о том, чтобы поскорее взяться за карандаш и краски. Наконец, убедившись, что ни добром, ни побоями невозможно отклонить мальчика от выбранного им пути, и слыша отовсюду похвалы его способностям, Лодовико сдался. Он повел сына к Гирландайо и заключил с ним приведенное выше условие, ибо Доменико ди Томмазо ди Куррадо, о котором говорится в контракте, — не кто иной, как славный флорентийский художник Доменико Гирландайо. После отъезда из Флоренции Андреа Верроккио и Леонардо да Винчи он занял положение лучшего мастера в городе, а его боттега — лучшей школы для начинающего художника.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.