Маркиз де Кюстин и его "Россия в 1839 году"

Кеннан Джордж

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Маркиз де Кюстин и его

ББК 63.3(2)51 К 33

ПРЕДИСЛОВИЕ

II. ЗАЧЕМ НУЖНО ЕХАТЬ В РОССИЮ?

III. ПУТЬ В РОССИЮ

IV. КЮСТИН В РОССИИ

V. КНИГА

VL ОТКЛИКИ

VII. МАРКИЗ ДЕ КЮСТИН: РЕТРОСПЕКТИВА

ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ТРУДЕ г-на де КЮСТИНА «РОССИЯ в 1839 году».

ПО ПОВОДУ СТАТЬИ В «JOURNAL DES DEBATS»

4 января 1844 г.

Мишель Кадо ОБРАЗ РОССИИ ВО ФРАНЦИИ1

ПРИМЕЧАНИЯ3

БИБЛИОГРАФИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

Кеннан Дж. Ф. Маркиз де Кюстин и его «Россия в 1839 году»

ББК 63.3(2)51 К 33

Кеннан Дж. Ф.

К 33Маркиз де Кюстин и его «Россия в 1839 году» /

Перевод и ком. Д. Соловьева. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006.— 240 с.

Монография известного американского дипломата и слависта Дж.Кеннана посвящена истории написа ния книги маркиза де Кюстина «Россия в 1839 году» и анализу ее значения не только для современников, но и для всей русской общественной мысли XIX и XX вв.

Книга снабжена углубленным комментарием и предназначена как для специалистов, так и для чита телей, интересующихся отечественной историей.

энциклопедия», 2006. © Princeton University Press , ISBN 5-8243-0560-9 1971

ПРЕДИСЛОВИЕ

В январе 1843 г. в Париже вышли в свет четыре тома книги «La Russie en 1839». Ее автор, французский аристократ Астольф Луи Леонор маркиз де Кюсгин, описал в ней свои впечатления и размышления после поездки в 1839 г. в Россию. Она сразу же стала сенсацией и всего за несколько лет была, по меньшей мере, шесть раз издана во Франции, не говоря уже о многих пиратских изданиях в Брюсселе. Вскоре последовали также немецкие и английские переводы. Хотя в то время она не только не была переведена на русский язык, но вообще за прещена в России, туда почти сразу просочились французские издания. Русские повсюду читали ее с жадаым интересом,испытывая при этом всю гамму чувств, от неохотногопризнания до яростного про теста. Александр Герцен назвал ее лучшей книгой о России, когда-либо написанной иностранцем, но, и это весьма характерно, его приводило в отчаяние то, что этого не смог сделать ни один русский. Император Николай I, прочитав несколько страниц, будто бы швырнул книгу на пол со словами: «Вся вина лежит только на мне, ведь я покровительствовал этому негодяю»1. Впрочем, любопытство взяло свое, и в долгие скучные вечера придворной жизни он даже читал вслух отрывки из нее для своего семейства.

Эта книга не только сильно повлияла на современников, но и оказалась весьма упорной долгожительницей. Лет через сорок, несмотря на все еще действовавший запрет, отрывки из нее стали появляться в русских исторических журналах3. А по прошествии почти семидесяти лет, в 1910 г., появился и сокращенный русский перевод [1]. Следующее издание последовало уже после Революции, но вскоре книга подверглась запрещению по причинам, о которых я скажу далее3. В 1930-х и 1940-х годах она была вновь открыта, и отрывки из нее с величайшим удовольствием читались иностранными дипломатами в Москве, в том числе и автором этих строк. Через 108 лет недавний американский посланник в Советском Союзе написал предисловие для сокращенного русского перевода, который был сделан супругой будущего посланника. (Это ни в коем случае не относится к моей персоне) [2].

Случайного знакомства оказалось достаточно, чтобы возбудить мой интерес к труду Кюстина, и когда в 1963 г. меня пригласили в качестве лектора в Белград (да еще, по моим прегрешениям, читать на сербском языке!), я за неимением лучшего избрал своей темой сравнение поездок Кюсгина в Россию и Токвиля5 в Соединенные Штаты несколькими годами раньше. Подобный опыт не только усилил мой интерес к Кюстину, но и обострил чувство некоторой таинственности, связанной с lacunae? в исторических свидетельствах о его личности и путешествии.

В 1969 г., когда я находился в Оксфорде, мне предложили прочесть там несколько лекций. Оказавшись перед проблемой выбора подходящей темы для столь ученой аудитории, я сначала снова подумал о сравнении Кюстина и Токвиля, но быстро сообразил, что угощать в Оксфорде своими рассуждениями об авторе «Демократии в Америке» это все равно, что тащить с собой в Ньюкасл мешок угля. Было решено остановиться на одном Кюстине и его книге, но с большей глубиной и подробностями. Это требовало тщательного прочтения текста и серьезных исследований как жизни самого автора, так и общего фона при написании им книги. Сами лекции не давали достаточных возможностей для представления результатов проделанного мною труда, и я посчитал уместным использовать их для монографии, которая могла бы оказаться полезной тем, кто пожелал бы узнать, что же действительно известно о Кюстине и его книге.

Такова скромная цель настоящего исследования, и читатель недолжен ожидать от него чего-то большего. Книга Кюстина все еще является предметом не только споров, но даже эмоций — например, один из моих русских знакомых столь низкого о ней мнения, что упрекал меня за излишнее к ней внимание. Я посчитал уместным высказать в заключительной главе свое мнение по поводу ведущихся вокруг нее дискуссий, чтобы объяснить мотивы, побудившие меня предпринять этот труд.

Кроме материалов, почерпнутых мною из двух небольших, но весьма ценных, хоть и малоизвестных работ о Кюстине, изданных в Монако в конце 1950-х годов3, мне очень помогла докторская диссертация сорбоннского профессора Мишеля Кадо

а Marquis de Custine. Souvenirs et portraits. Textes choisis et presents par Pierre de Lacretelle. Monaco, 1956; Marquis de Lupp6. Astolphe de Custine. Monaco ,1957. (См. также примеч. 3).

«Россия и интеллектуальная жизнь Франции. 1839—1856»а. Эта замечательная работа явилась плодом упорного исследовательского труда. Хронологически она начинается с поездки Кюстина и содержит две обширных и исчерпывающих главы собственно о путешествии и самой его книге. В третьей и четвертой главах моего труда я неукоснительно следовал по пути, проложенным г-ном Кадо (собственно говоря, у меня и не было иного выбора), и я почитаю своим долгом выразить ему свою искреннюю признательность.

Мой труд ни в каком смысле не может считаться завершенным. Осталось еще немало загадок и тайн, связанных с поездкой Кюстина в Россию, да и мои собственные суждения далеко не исчерпали всех требующихся разъяснений. Тем не менее, надеюсь, что сделанное мною при всей своей неполноте поможет более молодым исследователям, не отягощенным посторонними интересами и делами, пойти дальше в своих разысканиях, чем это удалось мне.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.