Интрузия

Дубровский Виктор

Серия: Ворон [4]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Интрузия (Дубровский Виктор)

Глава 1.

   Барго Кисьядес, по кличке "Кочегар". Занят делом.

   Барго вытащил из топки длинным багром спёкшийся раскалённый блин шлака на поддон и оставил дверцу открытой. Всё. Отопительный сезон закончился, слава Всевышнему. Плохо только то, что он закончился в его смену. Не свезло. Побрызгал водой на пол и начал его подметать. Порядок должен быть во всём, хоть некоторые этого не понимают. Сгрёб на лопату пыль, куски шлака, угольную крошку, вывалил всё на поддон и утащил к бункеру с отходами.

   Стих вой насосов, прекратилось нескончаемое бульканье воздуха в расширительных баках, и, сквозь внезапно наступившую тишину, послышался щебет какой-то пичуги. Весна в разгаре. Барго встал на крыльце котельной и подставил лицо яркому солнцу. Сдать дела завхозу и можно быть свободным до осени. Завхоз, старый хрен, славился своим занудством и умением свои убытки повесить на кочегаров. Вот же угораздило попасть на закрытие сезона в мою смену, еще раз лениво подумал Барго и пошёл переодеваться.

   Явился Игрим, опоздал на полчаса, паскуда, проверил манометры, термометры, выключатели и задвижки, заставил сдать не только спецовку и сапоги, но и старые дырявые верхонки. Три лома, четыре лопаты - совковые и штыковые, вагонетку, кайло, лежак и прохудившийся матрас. По описи багры, топоры, вёдра, огнетушители и кошму с противопожарного щита. В углу котельной стояла сломанная тачка - с виду совсем целая, но прикасаться к ней Барго не хотел. Колесо было вставлено в сломанную ось, а завхоз мог содрать за неё как за всю тачку в целом, а это в планы кочегара не входило.

   - Износ матраца больше положенного!
- хрипел астматик, - вычту у тебя из зарплаты.

   - Ни хрена, - заявил Барго, - на всех поровну поделишь.

   На сапоги были свои планы, но завхоз хотел Барго продать их за почти полную стоимость. Эта овчинка не стоила выделки - на толкучке можно было бы взять не хуже, но дешевле. Всё равно обувь больше одного сезона в поле не выдерживают.

   - Так, что у нас тут еще по списку...

   - Ты, Игрим, давай быстрее, у меня смена закончилась, мне ваще похрен твои накладные. Мне ещё к начальнику с отчётом. Кстати, я ему про сапоги и верхонки могу намекнуть.

   Завхоз наверняка делился с кем надо, поэтому пропустил замечание мимо ушей, но тот факт, что какой-то кочегар может вот так запросто заходить к бугру, его смутила. Видно было, что он тоже тяготился занудным учётом ломов и лопат. На таком барахле много не сделаешь, то ли дело поставки угля. А "отчёт" Барго нес в конверте, проставиться начальнику котельной, чтоб не забывал его на следующий сезон, оно ведь лето длинное, соискателей много. Работа имела, помимо зарплаты, ещё одно немаловажное преимущество: летом можно было отдыхать. Некоторые кочегары выезжали по деревням, наниматься к фермерам, пять-шесть мешков риса, картошки, муки или проса было хорошим подспорьем в зимнюю пору. Но Барго на фермерскую работу не ходил. Мало того, что за ломовую работу платили сущие таньга, так ещё и минус подоходный. Налоги Барго не любил, точнее, не понимал, зачем нужно их платить. Поэтому всю свою летнюю деятельность организовывал так, чтобы обойтись наличными, из рук в руки, и исключительно с проверенными людьми. Зимой тоже свободного времени навалом - сутки через трое, есть время на личные дела. На всё хватает, и на курсы ездить, и книжки почитать, и отремонтировать всё сломанное, а потом его продать.

   Барго шёл в дом, через весь блок, по диагонали, по дороге здороваясь со знакомыми, и обдумывая новость, что ему сообщил начальник котельной. "Капо блока под тебя роет", - сообщил он, - "не помнишь, может быть, но твой дед когда-то оскорбил деда нынешнего капо. Ты же знаешь, какие эти чебуреки злопамятные. Так что остерегись". А что там остерегаться? Ладно, капо, и не таких строили, но вот дочка его с каждым днём всё наглее и наглее. И ходы у этой семейки совершенно прозрачные. Не сможет капо переселить его так, так теперь хочет под Барго свою дочку подложить, чтоб, значит, заставить его жениться. Не Барго им нужен, а его квартира. Что за зловредная семейка! Своё жильё довели до паскудного состояния, так теперь на чужое зарятся. На фамильную Баргову квартиру о пяти комнатах, где спокон веку жили Кисьядесы, семейство в городе уважаемое и почтенное. Хоть теперь Барго сейчас и один там жил, но отдавать своё никому не собирался. Тем более, что именно эта квартира имела свой собственный подвал, переделанный из бывшего бомбоубежища, и вход был отдельный, а не как у всех, через подъезд. Так что жениться на это плоской и рябой доске - это себя не уважать. Тестюшку в дом пустить - это как козла в огород. Барго смутно представлял себе, что такое огород, но насчёт козла знал точно. Однако прошмантовка вела себя все более откровенно, всем своим видом показывая, что готова отдаться Барго прям сейчас, в кустах возле лавочки, где обычно вечерами собирались ребята, попить дешёвой бархушки и потрындеть о своём, о пацанском. То плечом прижмётся, то вздыхает томно, то бельма свои мутные закатывает, разве что ширинку ему сама не расстёгивает. Барго уже ловил на себе жадные взгляды заинтересованных лиц: когда же он сорвётся и поставит её в позу "мама моет пол". А папаша так и вовсе ждёт, не дождётся. Квартира ему покоя не даёт. Ишь, губу-то раскатали. Хрена вам во всё лицо. На всю вашу плоскую косоглазую морду.

   - Велика ли дорога, Барго? Куда ведёт тебя твой путь?
- оппа-на, Кочегар задумался и чуть не пропустил важную встречу.

   - Здравствуйте, дедушка Панчай! Да вот, поеду, на ферму наймусь, риса заработаю, - поклонился Барго.

   - Ну-ка, поворотись-ка, сынку, - старик стал крутить парня, ощупывая его мышцы, - совсем сильный стал. Да!

   За зиму Барго стал тощий, жилистый, и, несмотря на то, что в спортзал не ходил, торс его, без единой капли жира, рельефно прорисовывался мышцами. На котельном труде много жира не накопишь.

   - Совсем старика забыл, в гости не заходишь, чай не пьёшь, - продолжал дед, не отпуская Барго из рук, - в спортзал не пришёл ни разу.

   - Вы же знаете, Учитель, я в котельной так уматывался, что едва ноги таскал.

   И то! Первые три месяца Барго вообще хватало сил только дойти до дома и упасть в койку. И трое суток выходных он только спал и ел, ни на что другое сил не хватало. Потом, правда, втянулся, и даже пару раз пригласил в гости девушку. Хм.

   - Понимаю, понимаю. Но ты зайди сегодня вечером, я из уважения к твоему отцу, по старой памяти, помогу. Массаж сделаю, мышцы растяну, попрыгаешь, побегаешь, станешь быстрый, как барс, ловкий, как обезьяна! На танцы, небось, с ножиком ходишь, поди, и не с одним? Ай-яй-яй! Сколько я тебе говорил, сколько учил, а всё не впрок. Бестолковый совсем, это тебя в армии испортили.

   - Я за зиму, дедушка, на танцы ни разу и не вышел.

   - И правильно! Нечего там делать, среди попрыгуний парковых путних девок нет!
- безапелляционно заявил дедушка Панчай, - ничего, мы тебе найдем девушку из хорошей семьи, добрую, хозяйственную. У меня вот у племянника дочка - загляденье! Женишься, детишки пойдут. Совсем уважаемый человек станешь.

   Что же это они все, сговорились, что ли? Что за напасть? Стоило придти из армии, как проходу не стало, и всяк норовит, если не прямым текстом сказать, то уж намекнуть - точно. Про то, что у него, и только у него, есть на примете подходящая пара для такого славного парня, как Барго. Эксклюзив, не иначе. Специально для него берегли невестушку, невинность её блюли! Тьфу. Барго ничуть не обольщался насчёт состояния нравственности в его восьмом и соседних блоках, да во всём остальном городе, сам участвовал в вечерних посиделках с бархушкой, которые сами знаете, чем кончались. Никто из девок никогда и не ломался особенно, а уж те, кто чуть постарше - не брезговали зашибить таньгушку, оказывая услуги на стороне. А некоторые и вовсе...

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.