Чья земля, того и вера

Сальникова Татьяна Юрьевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Чья земля, того и вера (Сальникова Татьяна)

                                  ЧЬЯ ЗЕМЛЯ, ТОГО И ВЕРА

                                        *                    *                   *

 - Кончай трястись, как овечий хвост, придурок малохольный! – мощная длань Коли Наждака сгребла жалобно затрещавшую ткань старенькой сталкерской куртки где-то в районе шкирки. Зубы парня, удостоенного Колиного внимания, отчетливо клацнули. Выпученные глаза преданно и бессмысленно смотрели прямо перед собой, то есть на Колин небритый подбородок. Мало кто из сталкеров, даже немелких долговцев, мог посмотреть Коле в глаза, не задирая головы.

- Чё случилось-то с тобой? Чего кудахчешь, яйцо снес? – Коля начинал терять терпение, что было небезопасно для окружающих. –  Куда бежать, в кого стрелять-то?

- Там…туда…я…а они…пся…ой…псы…- парень на глазах терял остатки и без того, видимо, потрясенного разума. Честно пытаясь показать, куда бежать, он взмахнул рукой, охватив, без малого, всю видимую часть Зоны.

- А может, он зомби? – задумчиво предположил Митя Дуплет – второй долговец. Еще минуту назад скучавший вместе с Колей на посту, он с удовольствием предвкушал бесплатную потеху. – Просто свеженький еще, говорящий. Давай стрельнем, чтобы проверить, а?

      У парня от такой перспективы в буквальном смысле подкосились ноги. В результате он повис, удерживаемый в вертикальном положении только Колиной окорокообразной ручищей.

- Да ладно тебе, Митяй, шо ж мы, звери, что ли? – Наждаку стало жалко зеленого бедолагу.

- Говори яснее, чумичка. Здесь уже никто тебя не тронет.

- Собаки… - просипел полуудавленный Колиными заботами пацан – целая стая. И этот…чернобыльский с ними. Штук тридцать. А он – здоровый, сизый весь…и черный. Стоит, не шевелится…а глаза горят! Патроны кончились, я перед этим еще от бандюков на Свалке отбивался… Сашка они там грохнули... в шею попали, кровь фонтаном – и на меня. Вся спина у меня…в его кровище…мать…его. Ой, да что ж я тете Оле-то теперь скажу? – горестно выкрикнул он и окончательно сел на землю. Обхватив голову руками и качаясь, новичок взахлеб разрыдался.

- Мы с ним с детского сада…и сюда тоже…и теперь…Что я ей скажу? – он опустил руки и уставился на двух долговцев снизу вверх умоляющим, потерянным взглядом. Будто у них был в запасе готовый ответ на этот извечный вопрос.

- Да ты еще сам до нее доберись! – Как мог, утешил его Дуплет. Он поднял парня с земли, извлек из кармана разгрузки полбутылки водки и протянул сталкеру.

- Ну-ка, прими лекарство, а то мы никогда от тебя толку не дождемся.

С бульканьем отхлебнув, парень закашлялся, из глаз брызнули слезы. Слегка придя в себя, он высморкался, утер глаза и продолжил уже более связно:

- Славка я. Славка Задира. С детства так прозвали. Санька и прозвал. Мы с ним от Кордона шли. Сидорович нас послал…отправил то есть. С поручением к бармену вашему. Флешку передать велел. Нас четверо было, новичков. Сказал: хоть один, мол, но дойдет. Сначала кабаны эти. Черт, ну и зверюги! Они же с лошадь размером, а клычищи какие! Ромку догнали, он как раз дробовик заряжал. Они по нему - как газонокосилки, требуха во все стороны…Мы завалили одного, а пока остальные на жратву отвлеклись – сбежали к черту. Шли, с детектора глаз не спускали, гайки опять же… Стаю собак видели, но они далеко были – не заметили нас. Ближе к вечеру Андрюха увидал что-то в кустах.  Подошел поближе, разглядеть – вдруг артефакт? – и как полыхнул, прям факелом, аж загудело все…

- Не, ну нахрена, спрашивается, жареному покойнику артефакты? И когда вы, салаги, это понимать начнете? Прутся сюда от мамкиной сиськи, романтика им в заднице свербит! – в сердцах крякнул Наждак – А уж если приперлись, так хоть глаза разуйте и по сторонам смотрите, здесь вам не пригородный лесопарк!

- Ага, мы смотрели…- хлюпнул носом от избытка чувств Славка. До него, похоже, начало доходить, что опасности последних дней позади. Он на глазах пьянел и слабел от водки и разом накатившего чувства облегчения.

-  Переночевали у костра, в каком-то сарае, с ребятами. По очереди до утра дежурили. На рассвете дальше пошли. Еще хотели на свалке оглядеться – там, говорят, артефакты бывают…Аномалий больше стало, я чуть в карусель не влетел, Санька меня выдернул: просек, что листья кружатся… Пока гайки кидали, не заметили, что бандиты там, трое. Окружили они нас. В общем…нет Саньки. Только кровь его на мне осталась. – Он опять наладился было всплакнуть, на этот раз уже пьяными слезами. Но, бросив взгляд на долговцев, передумал. Носового платка от этих устрашающих дядек вряд ли дождешься, а вот по сусалам  огрести - это запросто. Слушатели начинали всерьез терять терпение.

- Потом я один шел…помню плохо. Водки выпил, для храбрости. Аномалии обходил, по кустам шарился, мимо развалин каких-то… Вдруг слышу – сзади лай, совсем близко. Я как рванул вперед. А впереди – собаки! Слепые ведь, сволочи, шкура клочьями, язвы на них какие-то мерзкие. А зубы – это же охренеть, какие зубы! Вправо – зубы, влево – зубы. Я за пистолет – а он пустой, на бандюков все ушло. Осталось десяток патронов к обрезу. А уродов этих - штук тридцать, не меньше! И этот, вожак ихний – стоит, глазами светит, весь так и лоснится! Здоровый, гад, что твой телок. Я пальнул два раза, подранил парочку, а они кольцо сжимают…И зубы эти везде, и вонь от них такая – ужас! Перезарядить - и думать нечего…кранты мне, думаю…

- Ну и как ты выбрался-то, укротитель хренов? – не выдержал потока излияний Наждак, и без того прекрасно знакомый с особенностями и методами охоты слепых собак. – Ты ведь тут, перед нами, сопли на кулак мотаешь, а не в собачьих желудках перевариваешься!

- Да не знаю я! Не знаю! Я глаза закрыл со страху, стал хоть какую-никакую молитву вспоминать. А когда открыл, смотрю – уходят они, за чернобыльским следом, носы по ветру. А он, паскуда, оборачивается и сверкает на меня зенками своими. Как будто фотографирует, гад! Я чуть не обделался на фиг. Как до вас добрался, вообще не помню.

- Так обделанным и прискакал. Еще метров со ста блажить принялся: «Спасите, помогите! Стреляйте, бегите, они там!». Твое, полудурка, счастье, что тут на дороге ни одной аномалии. Висел бы сейчас по кустам, на ленточки каруселью раздерганный. И повиснешь, если будешь без ума по Зоне гойдать. Нервные тут долго не живут, щенок. Расслабился – значит, умер. Запомни, дядя Наждак плохому не научит.

- А за жизнь свою никчемушную сестричек тебе благодарить надо, если доведется увидеть. Они тебя спасли, чмо безмозглое, больше некому. Только Рыжик, одна на всю Зону, станет такого сопляка жалеть и время на тебя тратить. – Добавил Дуплет.

- Сестрички! – возмущенно вскинулся Наждак. – Сучки они, а не сестрички, причем обе…- неуверенно добавил он, почему-то потерев свою мощную пятую точку.

Дуплет радостно заржал:

- Что, Колюнчик, забыть не можешь? А не надо было Ритку в углу зажимать. Думал, сила есть – и дело в шляпе? Вот тебя Марго за зад-то твой откляченный и приласкала. Еще спасибо ей скажи, что ты с тех пор в хоре мальчиков не солируешь. Подумаешь, цапнула! От тебя не убудет. Вон, лось какой! – Митя явно с наслаждением вспоминал инцидент, смакуя подробности. – А уж как ты на базу-то прибежал, обеими руками задницу поддерживая! Эх, век не забуду такого представления! – мечтательно закатил глаза он.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.