Флёр-о-Флёр

Селиверстов Олег Жоржович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Часть первая

«Есть только две вещи, которые приходят неожиданно – любовь и смерть». Где она вычитала это недавно? Лера вздохнула и в очередной раз посмотрела на закрытый шлагбаум железнодорожного переезда. Поезда все не было, так и на работу опоздать недолго! На серебристом циферблате часов две крохотные черные стрелки показывали начало девятого. Казалось, они потерялись среди блестящей пустыни, украшенной четырьмя разноцветными камешками. «Заблудились во времени», – Лера улыбнулась и повторила в уме фразу, не оставляющую ее в покое: «есть только две вещи…» Нет, это неправда! Любовь и смерть всегда ждут. Иногда всю жизнь.

– Ну, Пьеро, потерпи еще немного, – сказала она вслух и погладила пальцем эмблему льва на руле «Пежо» вишневого цвета, в котором она томилась перед полосатым шлагбаумом. – Сейчас поезд проедет, и мы помчимся. Сегодня нам ни в коем случае нельзя опаздывать на работу. И так, наверное, влетит от босса за вчерашнее.

Горизонт заволокла огромная туча. На стекло упали крупные снежинки.

Почему, когда стараешься сделать все правильно, часто получается наоборот?

Вчера босс поручил ей, как начальнику отдела по рекламе и связям с общественностью, купить к шести часам вечера букет цветов: «Что-нибудь оригинальное…» Лера тут же позвонила в цветочный магазин, недавно открытый на проспекте. В его рекламе говорилось про дизайнера-флориста и букетах в стиле модерн. Ответил молодой мужчина. Забавно растягивая гласные, он пообещал, что заказ будет готов после обеда.

Хотя, по ее расчетам, дорога до магазина и обратно могла занять минут тридцать, Лера выехала за полтора часа – на всякий случай. Лучше все делать заранее, чтобы не опаздывать. Припарковавшись на другой стороне проспекта, она увидела, что к цветочному магазину подъехал серый фургон. Открылась дверца кабины, и на улицу выпрыгнул мужчина, одетый в длинный плащ болотного цвета, джинсы и белые кроссовки. На его голове красовалась вязаная шапочка, а половину лица закрывали темные очки. Он напоминал одновременно персонажа из фильма «Горец» и фермера. Мужчина огляделся по сторонам, затем выгрузил на асфальт большую коробку с круглыми отверстиями по бокам. Из магазина вышел парень в черной кожаной куртке. Они вдвоем взяли коробку и скрылись за дверью.

«Неужели в таких огромных коробках перевозят цветы?» – удивилась Лера. Она пересекла проспект и зашла в магазин.

Приветливо звякнул колокольчик.

Желтые, крупные цветы – каллы – первое, что бросилось ей в глаза. Они возвышались на подиуме посреди магазина. Глядя на них, можно было подумать, что кто-то разбросал по зеленым листьям свернутые платочки с вытянутым уголком, а чтобы они не упали, пришпилил мохнатыми венчиками того же цвета.

В магазине никого не было. Играла музыка. На полках и подставках, выполненных в стиле хай-тек», стояли готовые букеты. Во всевозможных вазочках, плетеных корзинках или в блестящей упаковке, они казались чудесными творениями мастера-волшебника. «Настоящий цветочный бутик!» – восхитилась Лера и направилась к прилавку у дальней стены. Проходя мимо желтых «платочков», она остановилась и потрогала цветы. Пальцам понравилась живая, упругая ткань.

Из подсобного помещения появился парень в черной куртке. Правая бровь у него была заклеена пластырем. Он приветливо поздоровался, узнал о причине прихода Леры и выставил на стойку приготовленный заказ. Потом смешно сказал: «Эскюзе муа» и опять скрылся в подсобке.

Лера застыла в изумлении: на плетеной подставке в обрамлении двух широких листьев склонился крупный цветок, похожий на разинутую пасть ящерицы или на гигантское насекомое. Его верхний лепесток напоминал по форме и цвету плоскую луковицу. Два других торчали по бокам желто-коричневыми узкими перьями. Книзу опускался бледно-розовый мешочек, исчерченный лиловыми прожилками, как будто кровеносными сосудами. Мешочек сужался к центру в две губки, посередине которых выступал желтоватый бугорок. Цветок производил странное впечатление. Он отталкивал уродливостью и одновременно притягивал распахнутой сердцевиной, словно раскинувшая ноги блудница.

Парень появился снова, увидел озадаченное выражение лица Леры и тут же пустился в объяснения. «Это редкий вид орхидеи, который называется «Jabot de Venus» – Венерин башмачок. В розовом мешочке собирается сладкий, ароматный нектар. Насекомые спускаются туда полакомиться, а выбраться обратно могут только по узкой дорожке между губками. При этом они обязательно задевают язычок с пыльцой. Вот он, – продавец коснулся бугорка между губками, чуть насмешливо глядя на смутившуюся Леру. – Затем насекомые перелетают на другой цветок, и все повторяется. Так эти орхидеи опыляются и размножаются…» Продавец говорил, растягивая гласные. Иногда он прикасался пальцами к пластырю над бровью и морщился – видимо, ему было очень больно. «Вы же сами просили что-нибудь необычное. Эти орхидеи сейчас очень популярны в Париже», – закончил он.

Лера не знала, что делать. Букет, без сомнения, был оригинальным, но настолько, что босс ее точно уволит.

– Простите, я это не возьму, – громко произнесла она, стараясь придать голосу строгое выражение. – Дайте мне, пожалуйста, что-нибудь другое. Необычное, но не такое уродливое!

Да, именно так она и сказала: «Необычное, но не такое уродливое!»

И вздрогнула, потому что тут же услышала:

– Цветы не бывают уродливыми. Люди – часто, цветы – никогда.

Хриплый и сдавленный голос принадлежал мужчине в плаще. Он стоял в проходе, ведущем в подсобное помещение.

– Что вы сказали? – переспросила Лера.

Мужчина повторил, что люди могут быть уродливыми, но с цветами такое невозможно. Потом закашлялся и пропал в темном коридоре.

– Пардон, мадам, – пробормотал парень-продавец. – Извините моего друга. Если вам не понравилась эта диковина, можно подобрать что-нибудь другое.

Он убрал с прилавка цветок. Лера почувствовала себя неловко. Так бывает, когда кто-нибудь другой скажет что-то очень обидное и злое, а именно тебе становится стыдно и неприятно.

Время поджимало. Лера извинилась и еще раз попросила флориста поскорее сделать другой букет. Он заявил, что ее прекрасные светлые волосы и голубые глаза вдохновили его на маленькую идею. Защелкали ножницы, зашелестела упаковка. Через пять минут на прилавке высилось новое творение. В центре – вытянутый малиновый берет антуриума с изогнутым оранжевым «пером». По бокам – ярко-желтые «платочки» калл, один чуть выше другого. Позади, как воротник камзола, ажурно-сетчатая упаковка и декоративная зелень. Венецианский паж эпохи Возрождения – оригинально и одновременно торжественно.

– Очень красиво, – Лера кивнула.

– Что вы! Это вы красивы, как нераскрывшийся белый цветок, – парень пригладил короткие волосы и протянул визитку: «Андре. Дизайнер-флорист». Лера смущенно пробормотала слова благодарности и достала в ответ свою. Из подсобного помещения снова появился мужчина в темных очках и плаще.

Они были чем-то похожи – продавец и мужчина: одинакового роста, одинакового сложения, только продавцу на вид было около тридцати, а сколько мужчине – определить трудно. Шапка, очки и поднятый воротник плаща скрывали лицо. Он явно был старше, но ненамного.

– До свидания, огромное спасибо за букет, – Лера мило улыбнулась флористу, взяла цветы и поспешила к выходу.

– То, что кажется уродливым, по-своему красиво и неповторимо! – послышались сзади хриплые слова.

– Вот и наслаждайтесь своим уродливым цветком! – разозлилась Лера и вышла, хлопнув дверью.

На улице она чуть не угодила под черный «Мерседес», который резко вырулил из-за угла и затормозил у магазина. Из «Мерседеса» вышла молодая женщина. Поправив длинные волосы, она скользнула взглядом по букету цветов в руках у Леры, скривилась и быстрым шагом направилась к дверям магазина. Звякнул колокольчик. «Наверное, хозяйка», – решила Лера и непроизвольно залюбовалась бежевым кожаным салоном «Мерседеса». Черный металл и светлая кожа – вызывающее сочетание.

Они с Пьеро опоздали. Всего на десять минут. Но, когда Лера подъехала к офису, директор уже стоял на улице и нервно курил. Он взял цветы, буркнул: «Что за нелепый букет!», сел в джип и укатил. Лере хотелось расплакаться. Ведь она почти успевала, но на перекрестке перед площадью попала в пробку.

«Видимо, такова была вчерашняя судьба – торопиться и опаздывать, а сегодня пришло время ждать. – Лера грустно вздохнула, глядя, как стеклоочистители размазывают по стеклу мокрый снег. – Последний день марта. Завтра уже апрель, а весны и в помине не видно. Может быть, она тоже стоит перед закрытым шлагбаумом? И ждет».

Вдали показался поезд.

Неожиданно справа подкатил «Мицубиси-Паджеро», военно-зеленый, как бронеавтомобиль. Окатив «Пежо» грязью, он нагло влез между ним и шлагбаумом. Лера узнала номер с двумя пятерками. Его владелец, по-видимому, жил где-то в пригороде. Последний месяц «Паджеро» часто встречался ей на переезде или на трассе по пути в город. Иногда у них даже случались принципиальные гонки, когда Лера на своем безобидном Пьеро не уступала зеленому монстру. Не всегда же прав тот, кто больше! Лица водителя «Паджеро» она до сих пор не видела – у джипа были тонированные стекла.

Поезд, качнув на прощание последним вагоном, унесся куда-то вдаль. Шлагбаум поднялся. Джип рванул вперед и пропал в мутной серости дороги, пока Пьеро осторожно крался через рельсы переезда. Снег усилился, встречные машины включили ближний свет. О том, чтобы погнаться за наглым «Паджеро», не могло быть и речи. Оставалось проглотить обиду и, вглядываясь в разрисованное талой водой стекло, быстрее добраться до города.

Шестигранная металлическая пепельница распласталась на поверхности директорского стола. В ней лежало несколько скрюченных окурков. Директор, не повышая голоса, не ругаясь, а, скорее, развлекаясь от скуки, отчитывал Леру за вчерашнее опоздание. Он курил и часто прерывался на телефонные звонки. «Интересно, босс в детстве лазил по деревьям? Сейчас-то вряд ли залезет даже на кустик – много курит, растолстел. Вот так неугомонные мальчишки превращаются в привередливых директоров, считающих своим долгом читать всем проповеди», – подумала Лера и в очередной раз согласно кивнула. Позади директорского кресла, на стене, выкрашенной в офисно-блеклый цвет, висела абстрактная композиция – панно из цветного стекла. Они с братом делали такие в детстве: собирали разноцветные бутылочные стеклышки и клеили их эпоксидным клеем на куски картона…

– Так вот, Валерия, – подвел итог директор, поправляя очки. – Давайте договоримся, что если подобная небрежность повторится, вы не будете на меня обижаться за наказание. Согласны?

– Согласна. – Лера одернула кофточку, из-под которой некстати показался голый живот. Как-то она не подумала, что ей сегодня придется стоять перед боссом. Торопилась.

– Можете идти.

Лера повернулась и побрела к двери. На глаза навернулись слезы.

Она считала себя очень дисциплинированной девушкой. Старалась все планировать, везде заранее договаривалась. И вот сегодня ее, как школьницу, отругали за опоздание.

– Да, кстати. Валерия, что у нас с рекламным буклетом? – уже в дверях догнали ее слова директора.

– Все в порядке, мы предложили дизайнерам новую идею. Думаю, к концу следующей недели все будет готово, – опустив голову, проговорила она. Презентация нового программного продукта, который разработала их компания, должна была состояться через несколько недель. Лера отвечала за рекламу.

– Прекрасно! – сказал директор. – Надеюсь, ваша очередная идея будет более оригинальной, чем предыдущая. До свидания.

Лера аккуратно повернула хромированную ручку двери и вышла.

– Ну что, сильно влетело от босса? – встретила ее в кабинете Рита.

– Да ну его! – Лера махнула рукой, прошла за свой стол и отвернулась к окну. Зачем подчиненным, даже если они друзья, видеть ее красные глаза?

Рита – единственный работник ее отдела. Была к тому же еще и университетской подругой Леры. Длинноногая, бойкая и порывистая, она могла себе позволить приходить на работу в короткой юбке и остроносых сапожках на высоком каблуке, потому что ей не нужно было ехать за рулем каждый день час на работу и час обратно, томиться на железнодорожном переезде и толкаться в пробках. Хорошо тем, кого привозят и забирают с работы мужья!

– Что, даже не ругал? А вчера у него был такой злющий вид. Когда я проходила мимо, он…

– Рита, перестань, все в порядке. Мы обсуждали рекламный буклет.

– Как хочешь. – Рита пожала плечами. – Можешь молчать, как всегда. Ты же у нас скрытная. Но, знаешь, человек не должен держать внутри себя отрицательные эмоции, он должен их выплескивать.

– Если мы все начнем выплескивать, то недолго и захлебнуться.

– А вот в Японии есть рестораны, где можно бить посуду и…

– Рита, ты звонила дизайнерам? Я обещала боссу новый вариант буклета к следующей пятнице.

– Ой, прости, вчера забыла. Сейчас все сделаю. А тебе, кстати, звонил твой братец, Виктор. Просил перезвонить. Будешь кофе?

Рита засуетилась у тумбочки, где стоял чайник. Потом села за стол и стала щелкать кнопками телефона.

За неисполнительность надо наказывать. Но как быть, если у тебя всего один подчиненный, и тот – твоя подруга? Лера аккуратно поправила все бумаги на рабочем столе, включила компьютер и, пока он загружался, набрала номер телефона Виктора. «Абонент недоступен». Вечно братец отключал свой телефон – не хотел, чтобы его беспокоили, а частенько был просто не в состоянии разговаривать.

По электронной почте пришло несколько рабочих писем от фирм-партнеров и одно – от неизвестного адресата.

Алфавит

Интересное

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.