На озере Светлом

Гравишкис Владислав Ромуальдович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
На озере Светлом (Гравишкис Владислав)

На озере Светлом

ПОВЕСТЬ

Вл. Гравишкис

Рисунки Ф. Лемкуля.

ДВА СОБЫТИЯ

Поздно вечером в Мисяжском отделении милиции произошли два события, очень озаботившие начальника отделения Ивана Алексеевича Годунова, низенького, коренастого, круглоголового человека с щетинкой рыжеватых усов над губой.

Первое событие состояло вот в чём. Автоинспектор, молодой краснощёкий парень, Анатолий Колокольцев получил из областного управления телеграмму.

— Опять с нас эту 14–45 требуют, Иван Алексеевич, — доложил он начальнику, подавая телеграмму и виновато косясь на открытое окно, за которым ещё блестели золотые огни заката, — Какой-то мираж, честное слово! Ни больше, ни меньше.

Прохлады ещё нет, жарко. С улицы не доносится ни малейшего дуновения. Пыльные шторки висят неподвижно, скопившееся в кабинете облако синего папиросного дыма так и стоит перед окном.

Годунов читает телеграмму. Читает раз, другой, третий. Областное управление милиции категорически предлагает под личную ответственность автоинспектора и начальника отделения повторить поиски грузовой трёхтонной машины Алаганского совхоза, покинутой водителем на перегоне Тальковая гора — Мисяж. О результатах доложить через три дня, машину доставить в Мисяж и ждать распоряжений.

Правду сказать, телеграмма — не неожиданность. Машина принадлежит новому совхозу, созданному нынче весной в южных целинных степях области; нечего было и думать, что областное отделение успокоится, не найдя её. Оставалась надежда, что машина покинута не на этом перегоне и потерялась где-нибудь в зауральских степях, которые начинались километрах в двадцати от Мисяжа. Но, видимо, и там машины не нашли. И надо снова искать её здесь, среди окружающих город лесистых гор.

Бланк густо заклеен телеграфной лентой и стал плотным, как картонка. Годунов обмахивается им и тоже смотрит в окно. Видны ряды блистающих огнями домов, над белыми крышами из гофрированной асбофанеры высятся силуэты горных вершин, в просветах между зданиями темнеет стена леса. Город растёт, лес отступает всё дальше и дальше. Почти каждый месяц появляются новые улицы, автомашин целая прорва, населения стало вдвое больше, а штат у отделения милиции всё такой же, как и пять лет тому назад. Смешно сказать: на весь город один автоинспектор. Вот он стоит и бормочет что-то в своё оправдание, а чего уж там оправдываться: что он мог сделать? Искать машину в этих дебрях — всё равно, что иголку в стоге сена.

Но всего этого юноше никак не скажешь, и Иван Алексеевич, вздохнув, произносит нечто совершенно другое, строгое и насмешливое:

— Так вы полагаете, товарищ автоинспектор, что машина 14–45 —мираж?

— Вся автострада обыскана, товарищ майор, вы же сами отлично знаете. Никаких признаков.

— Плохо обыскана! — резко говорит Годунов.

Обвинение несправедливо, Анатолий с горечью возражает:

— Эх, Иван Алексеич! «Плохо обыскана!» Уж куда лучше? Где ещё искать?

— Машины-то ведь нет? Верно?

— Призрак она, а не машина. А я призраков, извините, ещё не научился искать. Пробуйте сами!

— Та-ак! В собственном бессилии расписался?

Колокольцев оскорблён, начинает тяжело дышать, но в это время происходит второе событие — звонит телефон.

Директор Мисяжского автозавода Владимир Павлович Столетов тревожно, смущённым голосом сообщает, что у него пропал сын Павлик. Нет ли о нём каких-нибудь сведений в милиции? И что в таких случаях следует предпринимать? Жена сходит с ума, да и у него самого на душе неспокойно: не было ещё случая, чтобы мальчик без спросу надолго отлучался из дому.

— Ну вот и начались каникулы! — недовольно бормочет Иван Алексеевич и вытирает платком шею. — Как дело-то было, Владимир Павлыч? Рассказывайте!

Началось с того, что Павлик не явился обедать. Домработница Клава сказала, что он ушёл рано утром, забрав из буфета почти все настряпанные накануне пирожки. Ирина Сергеевна встревожилась, начались поиски. В школе на телефонный звонок никто не отозвался: каникулы. Из Дома юных техников ответили, что сегодня работает только кружок рукодельниц, никаких походов не проводилось. В библиотеке выходной день. Объехали всех знакомых — Павлика нигде не оказалось. Что делать?

— Спокойно, спокойно, Владимир Павлыч! Найдём сына! — успокаивает Годунов, — Что вы сами предполагаете?

— Что я могу предположить? Мы уже всё передумали…

— Павлик ваш, случаем, не рыбак?

— Есть у него удочка, но особенно не увлекается…

— Одну минутку, Владимир Павлыч!

Годунов действует быстро и решительно: по второму телефону он вызывает Светловский кордон. К счастью, лесник Флегонт Лукич оказался дома. Да, утром на берегу озера, на Крутиках, он видел трёх мальчишек-рыбаков. Похоже, что среди них был и директорский сынишка. Где они теперь, неизвестно, после полудня куда-то исчезли. Больше он ничего не знает.

Годунов кладёт трубку и снова разговаривает с директором.

— Вы меня слышите, Владимир Павлыч? Следок нашёлся: ваш Павка утром рыбачил на Светлом.

— Опять с нас эту 14–45 требуют, — доложил автоинспектор.

— На Светлом? — повторяет Столетов, и по тону его Годунов чувствует, что известие это мало обрадовало директора: Светлое — громадное, глубоководное горное озеро, и слава у него самая плохая. — Знаете, Иван Алексеич, это мне совсем не нравится…

— Ничего, ничего. Мальчишек трое, чуть что, друг дружку выручат.

Они решают немедленно съездить на Светлое.

Закончив разговор, Годунов подходит к окну. За эти несколько минут темнота сгустилась, но силуэты горных вершин ещё можно различить; словно гряда чёрных туч, они неподвижно висят над ярко освещёнными улицами города.

— А с грузовиком-то как,

Иван Алексеич? — осторожно спрашивает Колокольцев. — Как области отвечать будем?

— Отвечать нам пока нечего. Искать надо, искать!

— Да где ж искать? — с отчаянием в голосе произносит Колокольцев. — Обыскано всё вдоль и поперёк.

— Ладно, ладно! Утром что-нибудь придумаем.

Слышно, как под окном у крыльца певуче поёт сирена директорской «Победы». Иван Алексеевич кричит: «Выхожу!» — закрывает окно и, на ходу осматривая взятый из стола пистолет, мелкими шажками, колобком сбегает вниз. Лицо у него встревоженное, челюсти крепко сомкнуты: если с мальчишками что-нибудь случилось, то найти их будет трудно: Светлое не любит отдавать свою добычу.

КОСТЁР В ЛЕСУ

Машину сильно качает на выступающих из земли корнях. Просёлочная дорога так узка, что ветви деревьев то и дело с шорохом скребут, по крыше и обметают боковые стёкла. В ярких лучах фар лёгким серебряным облачком кружится мошкара, мелькают коричневые, голые стволы сосан.

На кордоне ещё светится огонёк: лесник ждёт гостей. Но ничего нового Флегонт Лукич сказать не может. Утром, возвращаясь с обхода, он встретил на Крутиках трёх мальчишек, ловивших рыбу с камней. Подошёл, попросил у них огонька прикурить. Тот, который повзрослее, ответил, что спичек у них нет. После обеда они все трое куда-то исчезли. Сейчас ходил туда, на Крутики, никого не видно.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.