Капитаны не смотрят назад

Крапивин Владислав Петрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Капитаны не смотрят назад (Крапивин Владислав)

Капитаны не смотрят

назад

В. КРАПИВИН

Рисунки Ф. Лемкуля.

ечер был синим. Казалось, что синий он не от сумерек, а от прозрачного тонкого дыма, который наползал с востока. На высохших болотах горел торф.

Борис и Юрик сидели на чердаке у широкого квадратного окна. Валька вскарабкалась к ним,

— Пустите-ка.

Они молча подвинулись.

— Не приехал? — спросил Юрик. Он знал, что спрашивает зря, но было трудно сидеть так и молчать. Он вообще не мог молчать долго.

Валька медленно качнула головой:

— Не…

— Черти его носят! — сказал Юрик Борису.

Борис не ответил.

Воздух был пропитан запахом горящего торфа — не сильным, но едким и каким-то тревожным. Огонь скрытно полз по торфу под тонким слоем почвы. Еще днем путь его можно было проследить лишь по белым змейкам дыма и редким язычкам пламени на стеблях высохшей травы. А сейчас за поселком горели стога. Огонь подбирался к ним снизу, изнутри. Они стояли на равном расстоянии друг от друга и загорались через каждые три минуты. Едва затухал один, как вспыхивал следующий.

Сперва стог начинал светиться чем-то красным и зловещим, будто внутри у него билась живая кровь, потом вырывалось пламя, и желтый костер вырастал до неба.

Валька сидела, завернувшись в большую кофту матери, и не двигалась. Отблески пламени разгорались в ее глазах яркими огоньками.

— Краси-иво! — певуче сказала она.

— Шарики у тебя работают? — хмуро спросил сестру Борис. — Там сено горит, а она: «краси-иво»… Нашла чего хорошего.

— Я и не говорю, что хорошо. Просто красиво, — спокойно сказала Валька. — Ничего не понимаешь…

— А так не бывает, чтоб плохое и красивое! — громко вмешался Юрик. Он почувствовал, что можно поспорить. И повторил: — Не бывает!

— Бывает, — тихо сказала Валька.

— Ну и глупо!

Спора не получилось. Но молчать Юрик не хотел. Когда молчишь, сильнее делается тревога.

— Теперь не потушишь. Еще и лес загореться может. Или хлеб на полях.

Борис подумал и произнес:

— Поля за насыпью. Через железную дорогу огонь не пойдет. А за лесом воздушные патрули следят. С парашютистами.

— А чего сено не вывозят? — спросил Юрик..

— Не успели, значит. И машины все на уборочной.

Снова запылал стог. Если говорить по-честному,

Юрке тоже нравилось смотреть, как они горят, но он ни за что бы не признался в этом, раз Борис недоволен. И со злостью сказал:

— Какой-то дурак окурок бросил, вот и пошло…

— И никакой не окурок, — своим протяжным голосом заговорила Валька. — Это все от метеорита загорелось. Мне рассказывали.

— Кто тебе рассказывал? — огрызнулся Юрик.

— Ну, Алешка рассказывал.

— Слушай ты его больше, — сказал Борис. — Он наговорит… Тоже вот сказал сегодня: «Один часик покатаюсь». Теперь ищи ветра… Ночь уж скоро.

— Слышь, Борь, — вкрадчиво заговорил Юрик, — он ей всякую чепуху насочиняет, а она верит. Тогда тоже какую-то горушку в лесу увидел и говорит, что курган. И потащил ее клад искать. А нашли, знаешь, что? Ха…

— Да ну тебя, — сказал Борис.

— А про метеорит все равно правда, — вздохнула Валька. — Вы ничего не знаете, потому что спали, а Алешка не спал и все видел, как звезда упала на болото, видел. А утром уже горело.

— Не приехал? — спросил Юрик

— А нам почему не сказал? — спросил Борис.

— Он только ей одной про все говорит, — невесело хихикнул Юрик. — Невесте своей.

— Болтун несчастный! — печально сказала Велька, — Хоть бы полечил язык свой длинный, что ли…

Борис повернулся к ней.

— Может, он этот метеорит искать поехал?

Валька встревоженно заморгала.

— Я не знаю. На велосипеде разве можно туда?

— Туда никак нельзя, — вмешался Юрик, — В торфе такие ямищи выгорают. Бухнешься туда и в горячем пепле задохнешься.

— Брехня! — отрезал Борис.

— Если бы брехня!.. — сказал Юрик тихо и серьезно.

Еще один стог вспыхнул ярким, бездымным пламенем. Свет долетел до чердака и выхватил из темноты ребячьи лица. Толстогубый белобрысый Борис сидел насупившись. Круглое Юркино лицо было уже не насмешливым, а обеспокоенным. Валька смотрела прямо перед собой и грызла кончик тоненькой светлой косы. И вдруг побежала по Валькиной щеке блестящая точка — слезинка.

— Еще чего! — разозлился Борис. — Пореви еще. Ладно, что матери нет, а то бы уже на два голоса…

— А почему ее нет? — спросил Юрик, чтобы хоть что-нибудь сказать.

— Дежурит на станции. Она всегда дежурит по пятницам.

Валька выпустила из зубов косу.

— Сегодня пятница?

— Привет! — сказал Юрик.

— Я знаю, — быстро заговорила Валька, — он на реку уехал. Ой, что бу-удет…

— Что «бу-удет»? Почему на реку? — закипятился Юрик.

Но Борис уже вскочил. И первый спустился по лестнице.

— В какую сторону? — спросил он на ходу.

— Где обрыв. К сухой сосне, — тяжело дыша, сказала Валька. Она еле поспевала за мальчишками.

— Всего-то километра два, — тихо проговорил Борис. — Сто раз можно было съездить.

— Думаешь, потонул? — брякнул Юрик.

— Да помолчи! — крикнул Борис.

Улицу прошли быстро. Потянулся луг. Пересекли шоссе. Асфальт был еще теплый.

Желтые ромашки светились в темной траве. Круг земли, очерченный горизонтом, был уже укрыт сумерками. Небо на юго-востоке тоже стало густо-синим, ночным. Но северо-запад оставался зеленовато-желтым, ясным, и на светлом небе рисовалась черная сосна с голыми кривыми сучьями. Там был обрыв над рекой.

— Зачем его туда понесло, Алешку твоего? — сквозь зубы спросил Борис у Вальки.

— Твоего!.. Я, что ли, знаю, зачем… Он «Рахманинова» провожать поехал.

— Кого?

— Ну, теплоход…

Борис плюнул на ходу.

— Хоть бы я что-нибудь понимал.

— У них всякие свои тайны, — забегая вперед, торопливо заговорил Юрик. — Он ей про все рассказывает. А нам ничего.

Валька всхлипнула:

— Я, что ли, виновата?

Разве она была виновата, что ей, а не им все рассказывал Алешка?

Прошлым летом, было не так.

Он тогда тоже все каникулы прожил у них. Мать Вельки и Бориса была хорошей подругой Алешкиной матери — тети Гали. Она давно звала «свою Галинку» приехать в поселок, где лес и река и совсем как на даче, но Галинка не могла и второе лето подряд присылала вместо себя сына.

В том году они все пошли встречать его — мама, Борис, соседский Юрка. И она, Валька, пошла.

Он вышел из вагона, маленький, тщательно причесанный и чисто умытый на дорогу, в аккуратном сером костюмчике и черном беретике на затылке…

Ну и что же, что она подумала, будто Алешка красивый? Ведь никто этого не знал.

А он через несколько дней превратился в обыкновенного мальчишку. Забросил свою курточку с большими красивыми пуговицами и беретик с блестящим значком, изодрал о футбольный мяч новые желтые сандалии. Волосы отросли и стали растрепанными. Пропылился он и загорел, потому что целью дни носился где-то с мальчишками. И так же, как они, дразнил ее, когда надоедала:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.