P.O.W. Люди войны

Цаплиенко Андрей Юрьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

POW

«POW» – это классическая, можно сказать, аббревиатура, которую часто используют в англоязычных сводках о потерях в зонах боевых действий. Расшифровывается она так: «Prisoners of War», военнопленные. Сокращение «POW» можно встретить и в официальных отчетах воюющих сторон, и в текстах репортажей ведущих масс-медиа, и даже в призывах тех или иных антивоенных организаций, которые требуют побыстрее закончить бойню. Мы давно научились говорить на языке символов и сокращений, не тратя время на расшифровку стандартных формул. Но для меня смысл именно этой формулы куда глубже ее статистического значения. «Prisoners of War» – это не просто военнопленные. Это плененные войной. Это те, кто, однажды попав в круговерть обстоятельств, уже не может вырваться на свободу. И, даже формально оставаясь свободными, эти люди несвободны внутри. Потому что однажды вкусили наркотик, от которого не избавиться никогда. Даже не знаю, как его назвать, но тех, кто на него крепко подсел, я могу сразу же определить. Так, кажется, бывшие алкоголики чувствуют друг друга. С некоторых пор я расшифровываю это грозное сокращение «POW» вот так: «People of War» – люди войны. Какое, однако, огромное количество людей подпадает под это определение! Какие невероятные коллизии они пережили! И те, кто носит военную форму, – лишь небольшая часть того огромного сообщества, которое можно назвать людьми войны. Их истории пересекаются друг с другом в пространстве и времени. Но самое непостижимое – иногда истории тех, кто пережил локальные войны современности, внезапно открывают раны прошлого. Исторического прошлого. Не имеющего к тебе прямого отношения. Однажды после мимолетного разговора я увидел во сне, как сражались воины клана Тайра за право владеть Страной восходящего солнца, но то, что на самом деле чувствовали они, я смог понять только некоторое время спустя, после рейда по иракскому городу Кут, вместе с американскими морпехами. А после беседы с бригадным генералом в Израиле я стал иначе смотреть на Богдана Хмельницкого – оказалось, реальный Богдан имеет мало общего с памятником в центре Киева. Но, впрочем, эта книга не о монументах. В ней много о тех, кого я знаю, порой очень близко.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.