Смерть в мышином королевстве

Дюбуа Максимилиан

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Смерть в мышином королевстве (Дюбуа Максимилиан)

Издательство Smashwords

Об авторе

Мало кто из людей может похвастать тем, что знаком или хотя бы слышал о творчестве Максимилиана Дюбуа — писателя, этнографа и историографа Мышиного королевства. В то же время в своем мире это довольно известная фигура. Его знают как автора исторических романов «Закат династии Ратонов», «Звездные часы Манфреда фон Мойзефалле», «Загадки истории: Таинственная смерть кардинала Моцареллы». Однако подлинную популярность ему принесли рассказы о другой исторической личности, графе де Грюйере, который благодаря своей проницательности спас от гильотины немало невинных мышей. Эти истории мы теперь предлагаем вашему вниманию. Итак, знакомьтесь: Максимилиан Дюбуа! И пусть вас не вводит в заблуждение мышиный антураж: и роман «Три мышкетера», и новеллы писались для взрослых.

1. Матильда

Это был один из счастливейших дней в жизни барона Рокфора. Он выдавал замуж свою младшую дочь, Матильду. Церемонию венчания обещали украсить своим присутствием сам мышиный король с королевой. Это была особая милость, которой удостаивался далеко не каждый придворный.

Барону и раньше приходилось выдавать своих дочерей замуж, но брак Матильды с маркизом Камамбером был особенным. Несколько лет назад, после одного незначительного инцидента, о котором барон не любил вспоминать, он оказался в немилости у королевы. Этим тут же воспользовались его враги и завистники, в которых при дворе никогда нет недостатка. Нашептываниями и науськиваниями они добились того, что в один злосчастный день барон оказался в подземелье мрачного замка Катценберг на Кошачьей горе, куда не проникал даже запах сыра. Если бы не его сестра, красавица Мадлен, ему бы и по сей день пришлось довольствоваться скудным тюремным пайком. Пустив в ход все свое очарование, Мадлен смогла добиться у короля помилования для своего брата. (Хвала Всевышнему, который создал короля таким чувствительным по отношению к женскому горю!)

А теперь вот и этот, как нельзя более удачный брак. Госпожа Фортуна явно благоволила барону. Маркиз Камамбер был родственником короля по материнской линии, и тот факт, что он остановил свой выбор на дочери барона, говорил о том, что дни опалы позади, и барон опять в милости у короля, и что еще важнее — у королевы.

Барон позвонил в колокольчик, висевший у изголовья его роскошной кровати из скорлупы кокоса, и тут же на пороге спальни бесшумно возник камердинер.

— Умываться и одеваться, Морис. И поживей. Баронесса уж, поди, заждалась меня.

— Слушаюсь, Ваша Светлость, — ответил камердинер и так же бесшумно исчез.

Через полчаса барон, разодетый и напомаженный, уже сопровождал баронессу в столовую, где их ждал поистине королевский завтрак.

Здесь надо заметить, что барон Рокфор был не только знатен, но и очень богат. Ему принадлежали несколько амбаров с зерном, которым мог позавидовать сам король, а о простых гражданах уж и говорить не приходится. Барона это последнее обстоятельство, однако, ничуть не тяготило, и он не видел (или попросту предпочитал не замечать) прямой связи между его заточением в замке Катценберг и наследством, доставшимся ему от его высокородных предков. Богатство позволяло ему наслаждаться жизнью, которую он очень любил. Любил во всех ее проявлениях, но больше всего в плане гастрономическом. Иными словами, барон очень любил поесть, и никакие жизненные невзгоды не заставили бы его пренебречь своим желудком.

— О, я вижу, вам удалось достать немного английского чеддера, Мортимер, — сказал барон, довольно потирая свои маленькие аристократические лапки. Его слова были обращены к стоящему поодаль мажордому, который неизменно присутствовал во время трапезы, чтобы убедиться, что все в порядке. — Да вы настоящий кудесник!

— Всегда рад услужить Вашей Светлости, — ответил мажордом с поклоном.

Баронесса тоже казалась очень довольной. Ее очаровательные усики забавно подергивались в предвкушении предстоящего пиршества. Было видно, что она разделяла увлечения своего супруга, отчего за последнее время несколько располнела, несмотря на ежедневный массаж и пешие прогулки. Это ее немного огорчало, но, тем не менее, не лишало аппетита.

— А где Матильда? Я не вижу Матильды, — сказала баронесса, обращая недоуменный взгляд на мажордома.

— Ее Светлость просили передать, что позавтракают у себя в комнате. У них болит голова.

— Болит голова? И это в такой знаменательный для нашей семьи день?

Баронесса пожала пухлыми плечиками и принялась за еду. Она не могла себе представить, что кто-то в ее доме может быть несчастлив или, того хуже, — болен.

Между тем Матильда была очень, очень несчастна. Сегодня она должна была стать женой маркиза Камамбера. Отвратительного, ненавистного маркиза!

Ей было бы гораздо легче смириться со своей несчастной судьбой, принести себя в жертву интересам семьи, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что сердце Матильды уже давно ей не принадлежало. Она отдала его, целиком, без остатка, отважному офицеру, капитану королевских мышиных гвардейцев графу Пон-Л’евеку.

Матильда не сомневалась, что граф ее тоже очень любит. Она знала, что он просил короля благословить их брак с Матильдой, но король ему отказал. Отказал наотрез, и вообще был довольно резок с капитаном в тот день. Видимо, у Его Величества были какие-то свои планы относительно дочери одного из его самых богатых подданных, потому что уже неделю спустя к ней посватался ненавистный маркиз Камамбер. Такова воля Его Величества мышиного короля, и он повинуется ей с немалой охотой, заявил маркиз, сладострастно шевеля своими нафабренными усами и распространяя вокруг себя ужасный запах дешевого одеколона. Ее глупый отец только обрадовался такому повороту событий. Они породнятся с самим королем! Больше он ни о чем не мог думать. Судьба дочери его, казалось, совсем не волновала.

В дверь спальной тихонько постучали.

— Войдите! — ответила Матильда, вытирая слезы батистовым платочком.

— Я принесла ваш завтрак, мадемуазель, — сказала горничная, ставя поднос на маленький инкрустированный столик у окна.

— Спасибо, Мари, но что-то мне совсем не хочется есть.

— Понимаю, мадемуазель, но думаю, что вам непременно нужно отведать пирога с клубникой. Вам он очень понравится.

Матильда взглянула на горничную. Ей показалось, что та хотела что-то сказать, но не осмеливалась произнести это вслух. Их могли подслушивать. «Пожалуй, следует попробовать пирог», — решила Матильда.

— Хорошо, Мари. Если ты настаиваешь, я, так уж и быть, съем кусочек. Ты можешь пока идти. Если что, я тебя позову.

Когда горничная вышла, Матильда взяла поднос и отнесла его на кровать. Задернув полог, она осторожно надломила пирог. Как она и ожидала, в нем была записка.

«Дорогая, любимая Матильда! — прочла она. — Я знаю, что это безумие, писать Вам, и еще большее безумие, просить Вас о свидании, но я действительно начинаю терять рассудок. Я жду Вас на нашем месте в саду. Приходите, как только сможете. Я буду там, когда бы Вы ни пришли. Только обязательно приходите. Я хочу сказать Вам что-то очень важное».

Письмо не было подписано. Из осторожности Мишель — так звали графа Пон-Л’евека — никогда не подписывал свои письма к ней и никогда не называл ее полным именем. Но в этом и не было необходимости. Матильда знала, от кого они.

Девушка взглянула на часы. Было без десяти минут десять. Венчание должно состояться в шесть вечера. У нее еще было время.

Она позвала горничную. Пока та помогала ей одеваться, Матильда дала ей четкие указания. Что следует отвечать, если ее отсутствие не пройдет незамеченным. Потом, бросив последний взгляд в зеркало, она через французское окно своей комнаты спустилась в сад.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.