Янтарные глаза одиночества

Землякова Наталия Геннадьевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Янтарные глаза одиночества (Землякова Наталия)

Иду по песку, оглядываясь,

А ветер заносит мои следы.

Но песок преследует меня.

Человек, не забудь зов,

Идущий из глубины песка…

Стихи пастора Д.Ф. Зудноховиюса. Деревню, в которой он жил в XVIII веке на Куршской косе, занесло песком, и она бесследно исчезла

Я не стремлюсь к совершенству. Главное для меня – никогда не останавливаться.

Девиз одного из самых модных нью-йоркских декораторов Мюриэль Брандолини

Землякова, Наталия Геннадиевна Янтарные глаза одиночества: [роман] / Наталия Землякова. – Москва: АСТ, 2014. – 350, [2] с.

ISBN 978-5-17-082616-2

Идеальная дочь влиятельного отца. Лучшая на свете – самая умная, самая красивая. Но однажды она стала еще и самой упрямой: захотела сама решать свою судьбу и выбирать сердцем, не считаясь с родительскими планами… Тридцатилетняя мечтательница и идеалистка, она ищет любовь, но та, словно в насмешку, всё время утекает сквозь пальцы, как морской песок. Но разочарования только укрепляют желание быть счастливой – и судьба преподносит царский подарок. Только как бы не повторить прежние ошибки, ведь мечты далеки от суровой действительности… Новый роман Наталии Земляковой, известной широкой публике благодаря работе в «ELLE», экранизациям и театральным постановкам, – о том, как найти не только любовь, но и себя…

Песка было много – мерцающего, словно белое золото, ласкового, как шелк, и очень теплого. Но Мишель знала, что нежность эта обманчива и совсем ненадежна. Если набраться сил и снять верхний слой, то под ним окажется совсем другой песок – холодный, влажный и очень тяжелый. Впрочем, чтобы добраться до него, даже ничего и делать не нужно – в любой момент может налететь ветер, пойти такой привычный для здешних мест бесконечный холодный дождь, и нежный песок тут же исчезнет. Как будто его никогда и не существовало в природе…

Но думать об этом Мишель не хотела. Она лежала, закрыв глаза и раскинув руки, на непривычно горячем песке Балтийского побережья, стараясь забыть о том, ради чего приехала на бескрайний и пустынный пляж на Куршской косе.

Приехала одна. Ведь никто не должен был помешать ей сделать то, что она задумала. Сжечь свое прошлое. Вернее, не все. А только последние десять лет.

Правда, пока Мишель шла сквозь дюны по раскаленному песку, с восторгом прислушиваясь к громкому шепоту моря, который становился все ближе и ближе, смелость понемногу покидала ее.

Мишель поднялась на дюну и огляделась. Вокруг была «нарисована» бесконечность самого изысканного на свете цветового сочетания – серо-голубое море, пронзительно-синее небо и песок чудесного золотисто-янтарного оттенка. Только не того янтаря, который всем знаком, – коричневого, с оранжевым отливом, словно его густо замешали на осенних листьях, а потом вынесли на холод и заморозили. Нет, это был оттенок самого дорогого янтаря – почти белого, с легким перламутровым отливом. Его еще называют «королевским». И почему-то изделия именно из такого янтаря всегда выглядят немного старомодно. «Надо использовать подобный прием в одном из ближайших проектов, – подумала Мишель. Вот только как умудриться и передать все нюансы в интерьере? Даже в реальной жизни невозможно надолго зафиксировать подобную “картину”. Ведь без подходящего освещения она исчезнет. Скроется солнце, и море сразу превратится в бурлящую сталь. Небо ляжет на голову серым щитом. И только песок выдержит это испытание. Он, конечно, потемнеет на несколько тонов, а оттого станет похож не на белое золото, а на более привычное желтое. Правда, состаренное, без блеска и былого глянца. Но все равно о нем можно будет сказать, как и прежде – «золотой песок». Ведь самый главный его враг вовсе не исчезнувшее солнце, а ветер, который один только и может уничтожить его, раздувая по миру, песчинку за песчинкой, одну за другой. Наверное, в этом и заключается главная сила морского песка – он может исчезнуть, может резко утратить свою нежность, но в грязь не превратится никогда».

Она сбежала к пляжу по шаткой деревянной лестнице и упала спиной на горячий песок, который не обжег ее, а нежно принял в свои объятия. Так, стараясь ни о чем не думать, она лежала, потеряв счет времени. Из блаженного равнодушия ее вывел шум голосов. По пляжу шла неизвестно откуда взявшаяся семья – мама, папа и маленькая девочка. Такая маленькая, что одета она была не в купальник, а в трусики. Правда, девичьи, ярко-розовые. В первую минуту Мишель расстроилась, что ее одиночество так неожиданно оказалось нарушено. Ведь, прежде чем ехать на встречу с очень важным клиентом, она должна была успеть сделать то, на что у нее так долго не хватало сил.

Девочка в ярко-розовых трусиках подбежала к кромке воды и со всего размаху бросилась в воду. Но тут же выскочила из воды и с криками: «Папочка, она ужасно холодная!» бросилась к отцу. Высокий загорелый мужчина засмеялся, подхватил дочку на руки и стал говорить, что, мол, в воду надо входить постепенно, шаг за шагом. Что это не Черное море, не Средиземное, а Балтийское. Но девочка ему не верила и твердила: «Если это море, то должно быть теплым. А иначе оно ненастоящее». Но отец, улыбаясь, вошел в море и начал потихоньку опускать девочку в воду. Сначала она кричала, била руками по воде, а потом затихла, успокоилась в сильных руках отца. Поверила.

Мать, тоненькая, как фотомодель, с улыбкой наблюдала за происходящим и расстилала на песке белое махровое полотенце.

Мишель, вздохнув, поднялась с песка и несколько раз тряхнула головой. Но все было бесполезно. Ее длинные темные волосы были словно присыпаны сверкающей пылью. И это смотрелось даже красиво. Но Мишель знала, что тоже ненадолго. «Наверное, перед встречей не успею голову вымыть, – подумала она. – Придется идти с грязной. Или заколоть волосы, чтобы не сразу бросалось в глаза, что голова полна песка». Нет, ей не жаль было своих роскошных волос, она давно загадала – как только ей исполнится тридцать лет, отрежет их. Ей всегда казалось странным, когда взрослые женщины носили длинные волосы. Было в этом что-то неестественное. «Вернусь в Москву и сразу пойду в салон», – подумала Мишель.

Она открыла огромную сумку из мягкой, как алый бархат, кожи и достала пачку писем, перевязанных красной шелковой лентой. Вернее, это была не лента, а образец ткани для обивки стен, который она когда-то взяла, чтобы показать своим самым первым и самым капризным клиентам. А потом использовала как ленточку, перевязывая письма, адресованные отцу. Она писала десять лет. В год по одному. Но ни разу так и не отправила. Она и сама не знала, зачем пишет. Особенно в последние несколько лет. Но Мишель верила в их силу. Вдруг станет легче? Вдруг все вернется? Ведь никто не любил Мишель так, как отец. И никто не смог удивительно быстро, в один миг, разрушить ее жизнь. Так ветер без следа уничтожает замок, построенный из песка. Отцу удалось это сделать с помощью всего одной лишь фразы: «Мишель, этот человек нам не походит. Я все понимаю, но моя дочь и этот жалкий субъект не могут быть вместе ни одной секунды». Мишель прикрыла глаза, ей показалось, что она снова слышит голос отца, сильный и уверенный. Самый надежный голос в мире. По крайней мере, именно так ей казалось в первые двадцать лет жизни.

А сейчас она приехала на берег Балтийского моря, чтобы сжечь письма. Чтобы от них ничего не осталось, только пепел.

Маленькая девочка, раскрасневшаяся от прохладной воды, выбежала из моря и плюхнулась на песок. Мать начала доставать из пакета какую-то еду. Отец в это время плавал вдалеке от берега – там, где поглубже. И Мишель поняла, что подходящий момент все-таки упустила. Не могла же она на глазах у девочки в розовых трусиках развести костер и бросить в него письма. Ее родители точно подумают, что Мишель сумасшедшая. А девочка ужасно испугается.

Но, даже смирившись с тем, что выполнить задуманное не удастся, Мишель не хотела уходить с пляжа. Ведь сегодня был один из самых драгоценных сентябрьских дней на Балтике, тот, который на вес золота – теплый, тихий и убаюкивающий своей неяркой красотой. И пока не налетел ветер, пока не пошел дождь, надо успеть в полной мере им насладиться. Мишель снова села на песок и попыталась развязать узел, туго затянутый на стопке писем. Как известно, завязать намертво почти не стоит никаких усилий. А вот развязать потом – почти невозможно. Мишель поняла, что придется рвать. Но дорогой шелк с первой попытки не сдался. Пришлось приложить усилия, прежде чем он с треском лопнул. И это был неприятный звук. Как выстрел.

Мишель бросила письма на песок, и они легли, как веер, декорированный только лишь датами: 2005, 2001, 2008, 2006, 2003…

Она нерешительно взяла в руки то, на котором были размашисто и слегка небрежно написано число – 2000.

Это было первое и единственное письмо, сочиняя которое, она втайне верила – тот, кому оно адресовано, прочтет его. И может быть, иронично улыбнется. Так, как умел улыбаться только ее отец. Но тогда она была еще наивна, ведь со дня их ссоры прошло всего три месяца, и Мишель была почти уверена, что это всего лишь временное недоразумение. Тогда она даже не подозревала, что трещина, так внезапно разделившая их, с каждым днем будет становиться все шире. Что они, как однажды расколовшаяся надвое льдина, уже никогда вновь не станут единым целым. Одной семьей – мама, папа и Мишель.

Она достала из конверта слегка пожелтевший за десять лет лист бумаги, который вдруг зашелестел в руках. Все-таки, несмотря на чудесную погоду, ветер на берегу моря был довольно сильным. Мишель испугалась, что он сейчас вырвет у нее из рук этот листок. А ведь она даже не помнила, что писала тогда. Как давно это было! За эти годы она стала совсем другой. И в этом нет ничего удивительного. Той Мишель было двадцать лет. Нынешней – тридцать. И это были две совсем не похожие друг на друга женщины.

«Папа, неужели ты и сегодня, увидев моего избранника, сказал бы те же слова: “Этот тип и ты, моя дочь, никогда не будут вместе. Потому что он сломает тебе жизнь”», – грустно улыбнулась Мишель.

Она сняла очки с огромными темно-коричневыми стеклами, села так, чтобы солнце не слепило глаза, и развернула письмо. У нее вдруг появились силы на то, чтобы «прочитать» свою прошлую жизнь заново. Но Мишель хотела взглянуть на нее глазами взрослой женщины, а не маленькой девочки. И сейчас у нее были самые надежные помощники в мире – море и песок.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.