Без лица

Кулишева Виталина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Без лица (Кулишева Виталина)

Кулишева Виталина

БЕЗ ЛИЦА

Аннотация

Чистилище - место, где простым людям приходится бороться за право на жизнь.

Новый мир - новые правила.

Когда две сестры Ева и Рейчел из безопасной резервации попадают в Чистилище, они оказываются на прямой дороге к смерти. Чтобы выжить в главном Содержательном Доме для девушек, всем юным особам приходится зарабатывать на еду, продавая свое тело мужчинам и юношам из ближних резерваций. Когда 17-летней Еве предстоит впервые выйти на работу, она даже не представляет, что ей попадется не просто юноша из соседней резервации, а один из членов Совета Безлицых.

Странная сказка, темная сказка:

Шлюха-принцесса, принц только на час.

Рыцарь безликий, холодная маска,

И ледяное стекло вместо глаз.

Вряд ли он хочет спасти свою деву,

Ведь королевой ей точно не стать.

Здесь до любви никому нет дела,

Есть лишь желание с ней переспать…

Странная сказка, жуткая сказка.

Каждую ночь выбирает ее.

Стоны и вздохи, недолгие ласки,

И алкоголь довершает свое.

А между тем, наша шлюшка-принцесса

Лелеет надежду спасенною быть.

Принц без лица не выходит из стресса:

Кто-нибудь знал, что он может любить?

Ольга Гусева

1

Что такое боль? Вы когда-нибудь задумывались над этим вопросом? Я уж точно.

Каждый раз, когда что-то прокалывает кожу или при падении с лестницы, когда от боли нельзя даже вздохнуть, а слезы обжигают глаза и становится горячо. Хочется избавиться от неприятного чувства, но в тоже время продлить на мгновение его присутствие. У меня всегда так, ведь если в следующий раз случится нечто подобное, я смогу вытерпеть, и вреда и слез будет меньше.

Так что же такое боль? Может это, то самое чувство, разрывающее тебя на куски? Оно заставляет человека чувствовать себя обозленным и никому ненужным ничтожеством.

Ненависть, злоба, отчаяние – это моя боль, это то, что я чувствую, каждый раз видя, как мою сестру выворачивает наизнанку. Хочется кричать, бить кулаками в стену, разбивать посуду и стекла, но вместо этого я лишь стискиваю кулаки и кусаю губы до крови, чтобы сдержать крик. Слезы обжигают, а ногти врезаются в ладони, но мне нужно держаться ради нее, а ей ради меня.

Израненные ноги Рейчел чуть двигаются в такт по скользкому кафелю туалета. Высокие каблуки царапают плитку, а на рваных чулках появляются новые затяжки. Короткое платье открывает не менее пострадавшее нижнее белье. Рейчел, стоя на коленях, держится руками за унитаз и, склоняя голову вниз, сдерживает подкатившую рвоту.

Я пододвигаюсь к ней и собираю длинные растрепанные волосы в хвост, в этот самый момент из горла Рейчел раздается стон, и содержимое сегодняшнего ужина начинает выходить наружу. Соленые слезы катятся по ее розовым щекам, она откашливается и произносит сдавленным голосом:

– Не бойся, Ева, я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то подобное, – она поворачивается ко мне лицом, и наши взгляды встречаются. Ее зеленые глаза налиты кровью от недосыпа, слез и алкоголя, черные тени размазаны по лицу, помада высохла, а в уголках губ видны следы рвоты. – Я выкуплю нас, прежде чем придет твое время, – слезы обжигают глаза, я знаю, что слова Рейчел значат многое для нас, но не имеют смысла для окружающих.

Через несколько месяцев мне исполнится восемнадцать, и тогда наш владелец имеет право заставить меня продавать свое тело так же, как это делают все совершеннолетние девушки Содержательного дома.

Я сажусь к стене и влеку за собой Рейчел, она кладет свою голову мне на колени. Тяжелые всхлипы заполняют комнату, я зарываюсь руками в ее запутанные темные волосы. Все что нам нужно – это выжить и как бы я не боялась правды, но реальность такова: в день моего восемнадцатилетия мне придется отдать свою невинность за право жить здесь так же, как год назад это сделала моя сестра для нас.

Рейчел и я жили в Западной резервации до тех пор, пока не настали темные времена для нашей семьи. В одну ночь к нам заявились комиссары, они избили отца до полусмерти, а только после предъявили обвинение, якобы отец проводил махинации с бюджетом Городского совета. На дом наложили арест, отца отправили в Северную резервацию, в Столицу, для разбирательства, а нас временно поместили в Чистилище, вот только мы понимали, что для нашей семьи был вынесен смертный приговор. В Чистилище мало кому удается остаться в живых, но мы с сестрой оказались в числе счастливчиков, которые попали в Содержательный дом, если то, что приходится делать девушкам, можно назвать удачей, то скоро и я прильну к числу везунчиков.

Содержательный дом посещают мужчины из соседних безопасных поселений и маленьких резерваций, они выбирают девушек на ночь и оплачивают услуги. Женщины здесь не имеют право голоса или вообще право на что-либо, мы лишь отвечаем за удовлетворение мужских потребностей. Все это согласовано с законом и непротивоестественно, поэтому нельзя заставить девушку работать по назначению до восемнадцати лет в противном случае это уже нарушение закона, поэтому до моего совершеннолетия, чтобы жить в Содержательном доме, я должна выполнять менее значительную работу, например, быть уборщицей.

Но то, о чем говорит моя сестра, о чем мечтает каждая девушка, чего боится наш владелец – это единственная возможность выбраться из Чистилища, любую из нас могут выкупить из Содержательного дома, так же, как и девушки могут выкупить самих себя, заработав намного больше, чем за одну ночь или даже за десяток. Рейчел часто повторяет, что она вытащит нас обеих отсюда, но и я и она знаем, что это невозможно. Все, что она зарабатывает, уходит нашему владельцу, при любом раскладе она не сможет выкупить даже саму себя, но я не противоречу ей, поскольку моя поддержка – единственное, что у нее есть.

– Думаешь, они уже все ушли? – обращается ко мне Лара. Она разделяет со мной обязанности уборщицы, поскольку ей еще нет восемнадцати.

Лара миниатюрная блондинка, она младше меня на два года, но ее бедра и грудь больше, чем у меня, что было бы очень привлекательно, не находись она здесь.

Уже несколько часов мы убираем комнаты в доме. Сегодня мы должны вычистить все до блеска, наш владелец, Михаил, был слишком нервный утром, когда давал всем несовершеннолетним задания, кажется, этим вечером прибудет кто-то важный.

– Уже три часа дня, а это последняя комната и если там еще будет хоть один голый парень, я засуну вот этот ершик для чистки унитаза прямо в его задний проход, – я верчу ершик в руках, пока Лара прикрывает рот руками, от смеха ее щеки заливаются румянцем.

Я вставляю ключ в замок небольшой деревянной двери и отстраняюсь, прикрыв глаза.

На кровати лежит обнаженный молодой мужчина, его руки и ноги привязаны чулками к спинке кровати, а одеяло валяется на полу.

– Ну, сколько можно?! – произношу я, отворачиваясь от представшего вида.

– Что такое? – Лара тянется через меня и заглядывает в комнату. – Фу! Лучше бы меня готовить отправили, обнаженные и мертвые окорока выглядят намного привлекательнее пьяных и голых мужиков, – блондинка морщится, поворачивается ко мне и протягивает руку с кулаком. – Камень, ножницы, бумага!

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.