Дело Чести, или шесть дней из жизни одного принца

Нарватова Светлана

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Мечты существуют для того, чтобы их разбивать. Такова позиция любого правителя.

Вот и я сегодня мечтал о том, чтобы спокойно отлежаться в теплой ванне, совершить набег в дворцовую кухню и винный погреб и провести день в тишине библиотеки… А в итоге внимаю своему бесценному братцу, чтоб его, кесаря, темные боги любили. Особо замысловатым способом.

— Ранир, Тагард Карадэс собирается жениться…

Тагард Карадэс, Тагард Карадэс… А! Вспомнил такого. Хотя, было бы что вспоминать. Ничем не примечательный исс [1] , находится на государственной службе.

— Радость-то какая! Ну всё, я пошел?

— Стоять!

— Стою. От меня-то тебе что нужно? Чтобы я дал ему консультацию по поводу первой брачной ночи?

— А у тебя есть опыт проведения первой брачной ночи?

— Ну, во всяком случае, все необходимые навыки имеются.

— Продолжаю: женится на Ливинии Соренте из Лиотиссии.

— Это та, родители которой владеют единственным на материке варганиевым прииском? И теперь он окажется под контролем нашей родной Такассии? Поздравляю нас. Новость, несомненно, приятная, но не настолько, чтобы отрывать меня от свежей книги.

— В ожидании свадьбы жених находился в поместье будущего тестя, — как ни в чем не бывало продолжал Анамар.

— Логично, приданое завидное, того и гляди уведут.

— В это время у хозяев крадут Чашу Геймора, их семейную реликвию, которую находят — угадай где? — в покоях Тагарда.

— Вот придурок. Опять-таки, лечение душевных недугов не по моей части.

— Он дал Клятву Чести, что не брал святыню и представления не имеет, как она у него оказалась.

Опаньки! Как вам объяснить, что такое Клятва Чести? За клятву чести платят жизнью. Ну вот Карадэс поклялся Клятвой Чести, что не брал эту… — как там ее? — святыню. Если представитель его сюзерена не сможет доказать, что это — правда, то будет вынужден Тагарда Карадэса казнить. Поскольку после завершения расследования в этом случае наш любезный Тагард будет считаться человеком без чести. А как же можно без нее жить? Чисто теоретически, конечно, можно. Но не благородному иссу. Точка. Я уже не говорю о том, что самое его существование будет лежать пятном на репутации сюзерена. Интересно, интересно… Но не настолько, чтобы отрывать меня от вышеупомянутой книги.

— И кому как не главе Тайной Канцелярии заниматься расследованием? Во благо государства, — с выражением «ищейке — собачья жизнь» продолжил мой братец.

— А давай, кому-нибудь другому, а? Анамар, я ВЧЕРА вернулся из Вентары, где МЕСЯЦ спасал нашу шпионскую сеть, которую за пару недель до того подставило наше же посольство. И занимался этим ВО БЛАГО ГОСУДАРСТВА. Т. е. нашего семейства. И даже получил боевое ранение. А теперь я хочу на заслуженный отдых. Хотя бы на неделю заслуженного отдыха.

— По-моему, ты раздуваешь проблему из ничего. Подумаешь, удар по голове — у тебя же там все равно сотрясаться нечему… — Анамару верить можно, мозг мне выедает именно он. — Совместишь приятное с необходимым: девственная природа, охотничий рай, обеды в десять перемен, селяночки с румянцем во всю щеку…

— … наивно надеющиеся подцепить неженатого принца, и их мамаши, нескончаемой чередой рвущиеся облобызать зятя своей мечты. И с ними всеми нужно разговоры разговаривать и улыбки улыбать.

— Миранир, кончай ломаться. Девица из тебя если и получится, то сугубо легкого поведения. И вообще, если ты так не любишь «разговоры разговаривать и улыбки улыбать», почему у тебя в постели не выводятся разнообразные дамы приятной наружности?

— Во-первых, выводятся. Одни выводятся, другие заводятся. А во-вторых, Анамар, понимаешь… Не знаю, как это объяснить… В общем, я их туда с несколько другой целью привожу…

— Так. Меня и раньше мало волновало, с какой целью ты их туда приводишь. А теперь, как представлю, ЧТО, в случае, если мы выпустим из рук Сорентов, устроят нам родители, когда вернутся из…

— … очередного медового месяца…

— … Ромине, где возобновляют договор о дружбе и сотрудничестве, так вообще могу думать лишь о том, как спасти свой мозг от неизбежного насилия. Всё, свободен. В смысле, иди работу работай. Солнце еще высоко, — пробормотав последнее предложение себе под нос, мой брат, кесарь Анамар Веатор Гейнор Росскан, с видом «богом быть трудно, но есть такое слово — „надо“», углубился в государственные бумаги.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

— Намин [2] Миранир, какая честь для нашего дома, — Нидария Сорента, мать невесты, старательно строила из себя гостеприимную хозяйку. Но удавалось это с большим трудом. Я бы даже сказал — не удавалась. Губы, растянутые в непривычную для них улыбку, так и норовили брезгливо поджаться. Жаба сушеная. Ее супруг, кстати, практически не появляется в поместье, занимаясь деловыми вопросами в столице. И я его понимаю. Будь у меня такая жена, я бы тоже с головой ушел в работу. — Хорошо ли доехали?

— Благодарю, исса Нидария, вашими молитвами.

Осень на дворе! Кто же осенью по вашим лиотисским дорогам хорошо доезжает? Вот если бы мои лошади могли летать… А так где не рысью, там брасом.

— Присаживайтесь возле камина, я прикажу подать теплого вина.

— Буду премного благодарен, — и это чистая правда. Свежо осенними вечерами в Лиотисии…

Просочившись к камину в гостиную, я получил возможность понаблюдать игру в фанты, за которой молодежь коротала долгий вечерок.

Приятная кудрявая шатенка вытянула первый фант, и им оказалась булавка для галстука.

— Тагард, если я не ошибаюсь, это ваше?

— Не ошибаетесь, намина Кэйлинэ. Буду счастлив исполнить ваше желание.

Ба, у нас тут принцесса Кэйлинэ Лиотисская, Кэйли-Недотрога, младшая дочь Гаэне Извельт Лиотисской, ныне правящей королевы Лиотиссии. Братец прав, совместим-ка необходимое с приятным.

Кэйли была темной лошадкой в табуне венценосных кобылиц. Не замужем, несмотря на солидный для невесты возраст — 24 года. Вот уже шесть лет как не появляется на официальных мероприятиях. Даже я, при всем своем воображении, не могу себе вообразить скандал, после которого Гаэне, с юных лет известная… э-э-э… легкостью нравов, была бы вынуждена пойти на столь крайние меры. Не сказать, чтобы узнать всю подноготную ситуации составляло бы какую-то сложность, просто это было неактуально — Кэйли была целиком и полностью исключена из внешнеэкономических сношений и политических интриг. А вот нужно было найти время — похоже, Соренты входят в ее протекторат, раз именно она обеспечивает защиту и законность расследования в их отношении.

А Недотрога вполне себе ничего… Не сказать, что красавица, но лицо очень располагающее — к таким прохожие обращаются с вопросом, как пройти к королевскому дворцу, жены приходят пожаловаться на гулящих мужей, а гулящие мужья — за утешением. Одним словом, идеальная шпионка, жаль, что не завербуешь. Золотистые прядки, выбивающиеся из прически, завиваются вокруг личика. Живая мимика. Жесты точеные и плавные. Когда разговаривает, чуть касается собеседника — запястье, кисть, плечо, карман жилета на груди. Тот, кто назвал ее Недотрогой, обладал изрядным чувством юмора. Фигурка такая… приятная. Есть, за что подержаться, и ничего лишнего. Я бы тоже с удовольствием дал ей потрогать… чего-нибудь…

— Я знаю, что вы недавно вернулись из посольства в Вентаре. Говорят, там возник какой-то конфликт? Очень бы хотелось услышать обо всем из первых уст.

Хм, что тут скажешь: то, что намина не участвует в политических играх, еще не означает, что ей о них ничего не известно.

— Да, там сложилась непростая ситуация, — Тагард Карэдас, счастливый жених, по совместительству — национальный герой, которому, возможно, удастся бескровно и почти бесплатно решить одну из важнейших стратегических задач внешней политики и экономики Такассии, распушил хвост. Как бы ему потоньше намекнуть, что курица с парой ярких перьев в заднице еще не павлин?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.