Файл №311. Откровение

Захаров Дмитрий

Размер шрифта
A-   A+
Описание книги

12

Лаборатория судебной медицины

Округ Хэмилыюн, Огайо

Кондиционер барахлил. Теплый прокисший воздух витал в кабинете, и на агента Молде-ра это навевало тоску.

— Мы уже послали за ремонтниками, — извиняющимся тоном сказала девушка, занимавшая соседний компьютер, — но что-то они не спешат.

Молдер поспешил заверить ее, что ничего страшного в поломке кондиционера нет. А сам подумал, что некоторым здесь придется находится гораздо дольше, чем ему. От этого почему-то меланхоличное мировосприятие усилилось.

Молдер уселся за компьютер и еще раз пролистал полученные документы. Кое-что все же есть… Он включил печать, а сам взвесил в руке синюю пластиковую папку — поразительно тяжела и столь же поразительно пуста. Или почти пуста.

Собственно, что нам известно? Молдер задумался. Есть некто по имени Саймон Б. Гейтс. Крупный промышленник, владелец заводов, газет, пароходов. Респектабельный джентльмен. Кандидат на пост губернатора штата Аризона от республиканцев. А еще мистер Гейтс занимается благотворительностью: создает реабилитационные центры для ветеранов Вьетнама, учреждает приюты, клиники для душевнобольных… опять душевнобольные… Ну так вот. Все вышеизложенное доказывает, что Гейтс — человек, с которого впору пример брать. Настоящий символ свободной Америки… Вот только как тогда быть с тем, что отпечатки пальцев, выжженные в плоти пресвитера Фэнли и Оуэна Джарвиса, принадлежат именно ему? К тому же ведь и в Аризоне подтвердили, что во время этих убийств Гейтс находился с деловым визитом именно в Огайо… И потом, его опознал приход священника-стигматика…

Размышления были прерваны звуком отъезжающей в сторону стеклянной двери. Собственно, не столько в этом была виновата дверь, сколько открывающая ее Скалли.

Молдер помахал ей рукой, и Дэйна, кивнув, подошла к его столу.

— Я получила твою записку, — сказала она. — Так что ты там нашел?

Молдер жестом предложил Скалли сесть, и та опустилась на черный вертящийся стул. На нее сразу же навалилась усталость четырех последних дней.

— Не что я нашел, а что ты нашла, — сказал Молдер. — Помнишь выжженный отпечаток пальца на шее нашего святого друга?

Скалли нахмурилась:

— Помню, и что?

— Посмотри, — Молдер протянул ей папку. — На этих двух листах, — он ткнул пальцем в бумаги, — отпечатки с последнего убийства и с убийства пресвитера Фэнли.

Скалли уставилась на бумаги, а Молдер вздохнул:

— Кругом одни святые… Ну, как ты видишь, они совпадают.

— Кто? — не сразу поняла Скалли.

— Ну не святые же, — улыбнулся Молдер, — отпечатки.

Скалли внимательнее вгляделась в распечатку. Черным цветом на ней были отмечены снятые с тел фрагменты выжженных в коже оттисков, а красным — их восстановленные места. «Да, — подумала Скалли, — они действительно идентичны. Впрочем, кто бы сомневался».

— Ты нашел, кому принадлежат отпечатки? — спросила она.

Молдер утвердительно кивнул.

— Я порылся в федеральной картотеке, — сказал он, передавая Скалли еще одну папку, — и вот кого там обнаружил.

Под толстым пластиком поверх бумаги лежала большая цветная фотография очень хорошего качества. С нее на Скалли с легкой улыбкой смотрел маленький человек в дорогом костюме. Он был лысоват, и чувствовалось, что с каждым годом все большее количество волос капитулирует перед неотвратимым приходом старости. Да и те, что оставались, приобрели снежно-белый оттенок. Впрочем, и совсем старым человек не казался. Пожалуй, несколько больше пятидесяти. Он стоял перед широким столом, на котором, помимо письменного прибора, расположилась сувенирная статуя Свободы и чей-то портрет. Чей именно, видно не было, поскольку он был повернут к камере боком. Зато многочисленные дипломы и свидетельства, буквально заслоняющие собой стену, были видны хорошо. Как и американский флаг за спиной фотографируемого.

— Саймон Гейтс, — представил человека с фото Молдер, — бизнесмен. Владелец нескольких крупных промышленных компаний в Атланте.

«Богатый и могущественный человек с юга», — вспомнила слова Саймона Крайдера Скалли.

— В юности попал в тюрьму, — продолжал декламировать Молдер.

— Как в тюрьму? — удивленно изогнула бровь Скалли, — что он совершил?

— Будучи в нетрезвом состоянии за рулем, сбил восьмилетнюю девочку, — сказал Молдер, — насмерть.

Скалли болезненно сглотнула и покачала головой.

— Да, очень сильно подмывает опознать Гейтса как посланца дьявола, — согласился с ее мыслями Молдер. — Однако он сам вызвал полицию и во всем сознался. Это уже не вписывается в рамки архетипического сюжета, не так ли.

Скалли промолчала, она листала бумаги из синей папки.

— Затем Саймон Гейтс пробыл в тюрьме весь положенный срок, а освободившись, сразу отправился на Святую землю.

— В Израиль? — повторно удивилась Скалли.

— Угу, — откликнулся Молдер.

— А не может быть, чтобы это было связано с так называемым иерусалимским синдромом?

Молдер нахмурился, пытаясь припомнить, что означает словосочетание «иерусалимский синдром».

— А-а, — сказал он наконец, — Это когда люди посещают землю обетованную и начинают себя считать пророками, мессиями, прочими девами мариями, а также самим сатаной?

От молдеровской манеры изложения Скалли поморщилась, но кивнула.

— Кстати, это вполне разумное объяснение, — задумался Молдер. — Я вполне допускаю, что у Гейтса та же мания, что и, скажем, у Саймона Крайдера. И даже еще более опасная.

— Хорошо, допустим, что так. Но эта версия все равно не объясняет, каким образом отпечатки пальцев выжигаются во плоти.

На столе не зазвонил, а вот именно что звякнул телефон. Коротко и булькающе.

«Подобные сравнения идут от моей меланхолии», — подумал Молдер, снимая трубку.

— Молдер, — сказал он в холодный зеленый пластик. — Что? И как же это может быть?

Его лицо вытянулось, глаза зло заблестели.

— Что-то с Кевином? — уже зная ответ, шепотом спросила Скалли.

Молдер кивнул.

Он внимательно слушал то, что ему сообщали с той стороны телефонного кабеля.

В пальцах вертелся маленький простой карандашик, на грифель которого он слегка надавливал большим пальцем.

— Это точно? — спросил он, и карандашик в руке хрустнул. Отколотый грифель отскочил на пол и закатился под стол.

— Хорошо, — сказал Молдер. — Мы сейчас выезжаем.

И положил трубку.

Скалли смотрела выжидающе, а Молдер закрыл глаза и вздохнул.

— Социальный работник взял с собой Кевина пообедать где-то около двух часов назад. И в это же самое время мальчика видели выходящим из дверей приюта вместе с матерью. Те, кто это видел, оказались правы.

13

Энни Крайдер в девичестве носила фамилию Сэлдон. Как беглый каторжник из книги Конан-Дойля, которую она любила читать… До замужества она вообще любила читать. И писать стихи. И говорить по-испански.

Все это она любила, пока черт знает зачем не вышла замуж.

После этого не то что читать — гулять в парке получалось только по праздникам. Заели семейные хлопоты: муж, ребенок, домашнее хозяйство…

Молодой, но подающий надежды врач Саймон Крайдер был помимо всего еще и красив. А манеры имел — мамочке Энни — даме весьма консервативных взглядов — и не снилось!

С Кевином он проводил чуть ли не все свободное время. Другие папаши — кто газетку сядет почитать, кто от программ кабельного телевидения не отрывается, а этот — знай с сыном возится. «Повезло», — говорили в ту пору Энни знакомые. Признаться, она и сама так полагала.

Однако постепенно Саймон стал проявлять излишний интерес к алкоголю и христианской религии. Эти, казалось бы, несовместимые вещи уживались в его душе на удивление легко. Тут и произошел семейный раскол, логичным завершением которого стал развод. Резкая и безжалостная смена декораций: без антракта.

Под занавес этот идейный алкоголик Саймон ушел в общем-то в никуда, оставив жене дом, сына и старую колымагу, которую кто-то в шутку назвал БМВ…

И вот теперь Энни стояла около машины, со злостью рассматривая идущий из капота этого, с позволения сказать, чуда германских автомобилестроителей пар. Она не знала, что делать, но понимала, что машина стала прочно. Всеми колесами. Да тут еще Кевин давит на клаксон…

— Кевин, — прикрикнула на него мать, — прекрати давить на этот чертов гудок!

Она открыла крышку капота и тут же снова ее захлопнула — вот так всегда: все гадости мира в одном флаконе!

— Черт, — сказала Энни, тряся головой, — черт и еще раз черт.

Кевин выглянул в окно, рассматривая проезжающую мимо машину — черный новенький «Крайслер». Как говорил папа, мечта патриота…

Машина вдруг затормозила и свернула на обочину. Неужели водитель хочет помочь? По крайней мере он вышел и теперь направляется к их БМВ.

Мама опять подняла крышку капота, и лица водителя Кевин не разглядел. В узкую щелку ему была видна только коричневая куртка да выглядывающие из-под нее белые рубашечные манжеты.

— Кажется, у вас проблема, — спросил подошедший у матери. Его голос показался Кевину знакомым. — Давайте я помогу.

— Нет, спасибо, — вежливо улыбнулась Энни, — я сама справлюсь. У нас с машиной договор: она ломается, а я ее чиню. Все по-честному. К тому же надо просто подождать, пока она остынет.

Седой мужчина улыбнулся в ответ.

— Ну дайте я хотя бы отвинчу крышку радиатора, — сказал он, ближе подходя к машине.

— Нет-нет, — уже серьезно сказала Энни. — Не нужно.

Кевин придвинулся к окну и выглянул. Да, он узнал этого человека. Рядом с матерью стоял тот самый тип, что искал его в доме. Сердце испуганно екнуло и забилось быстро-быстро.

Седой отвинтил крышку радиатора и выпустил рвавшийся на свободу пар.

— Раньше люди всегда останавливались и помогали, — с грустью сказал он, — а теперь все проезжают мимо. Куда мир катится?

Энни из вежливости покивала. Старик ей сразу чем-то не понравился. «С чего вдруг? — спросила она себя. — Человек остановился, хочет помочь. А я на него злая, хуже, чем на наших гадких соседей».

— Раньше люди также говорили спасибо, — неожиданно для Энни сказал седой и резко шагнул в ее сторону.

Энни почти отпрыгнула.

— Что вам от меня надо? — со всей копившейся злостью крикнула она.

— Я думаю, вы знаете, — ответил седой. Он улыбался.

Кевин резко выпрыгнул из машины и побежал к опушке леса.

— Эй, мистер, — заорал он на бегу что было сил. — Я здесь.

Седой обернулся. Он оценил расстояние до Кевина и сделал движение в его сторону.

— Беги, Кевин, — закричала Энни и обеими руками схватила седого за куртку.

Он перевел на нее взгляд. «Нечеловеческий взгляд», — мелькнула у Энни мысль.

Седой резко ее оттолкнул. Энни рухнула на асфальт и осталась лежать неподвижно.

Боль была такая, что хотелось закричать… только сил не было…

Кевин бежал по прямой, перепрыгивая через кочки и валуны. Убийца Оуэна — Кевину не говорили о его смерти, но он и сам все понимал — бежал следом. И бежал быстрее его. Кевин оглянулся и, увидев, что расстояние между ним и седым сокращается, нырнул в кустарник.

Гейтс вломился вслед за ним и, миновав заросли, оказался на большой поляне. Мальчика нигде не было.

Кевин выскочил из машины и бросился к матери.

— Мама, мама, я прошу тебя, вставай! — зашептал он, схватив мать за руку.

Энни с трудом разлепила веки и посмотрела на сына. «Надо подняться, — подумала она, — обязательно надо подняться». Ей казалось, что внутри все сломано и разбито. «Идти не получиться, только ползти», — поняла Энни.

Кевин пытался тянуть ее, у сына не получалось, но от его стараний почему-то становилось легче. Энни приподнялась и на локтях и коленках поползла к машине. Кевин уже открыл дверцу и теперь с тревогой вглядывался в ту сторону, куда убежал седой.

«Быстрее, — поторапливала себя Энни, — теперь осталось только ввалиться в эту чертову машину, да еще чтоб старая рухлядь завелась». Она со стоном переползла на сидение и взялась за руль. Кевин уже сидел рядом.

Гейтс удивленно огляделся и аж скрипнул зубами с досады. Куда этот пацан мог деться?

Он потрусил к дороге и вдруг услышал шум приближающейся машины…

Седой успел повернуться только на полкорпуса, когда бампер БМВ поддел его, отбрасывая со своего пути. Тело ударилось о лобовое стекло и отлетело куда-то в траву.

На мгновение, когда лицо седого прижалось к стеклу, Энни увидела на нем страх. «Боишься, — подумала она. — Боишься, сукин сын. Стало быть, и тебя можно испугать».

Машина выехала на дорогу и пошла быстрее. Энни полуприкрыла глаза и почувствовала, что силы вытекают из нее. Дорога прыгала перед глазами, словно изображение в сломанном телевизоре. И так и тянет смежить веки и отдохнуть. «Я очень устала», — подумала Энни.

Кевин глядя, как машина начинает вилять, с тревогой взглянул на мать. Особенно его пугал огромный ожог на ее щеке.

— Мама, что с тобой? — жалобно спросил он и затормошил ее плечо.

Но Энни уже была не в силах сопротивляться накатывающейся волне покоя. Мысли тонули в вязком полусне, а тело отказывалось слушаться…

— Мама, не спи! — закричал Кевин. — Пожалуйста, я прошу тебя, не спи!

Он видел, что мать уже не управляет машиной, и БМВ катит прямо на плиты бордюрные плиты. Кевин попытался выхватить руль из маминых рук и повернуть его в другую сторону. Сползая под сидение, он вдавил тормоза.

С громким визгом машина влетела в кювет и ткнулась носом в невысокий холм. Капот хрустнул и смялся гармошкой.

Похожие книги

Интересное

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.