Гамалия

Шевченко Тарас Григорьевич

Серия: Кобзарь [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

«Ой, все нет и нет ни волны, ни ветра

от матери-Украины;

там идут ли речи про поход на турок —

не слышно нам на чужбине.

Ой, подуй, подуй, ветер, через море

да с казацкого поля,

Высуши нам слезы, утоли печали,

облегчи неволю.

Ой, взыграй, взыграй синевою, море,

колоти б борт волнами...

Лишь мелькают шлыки — то плывут казаки

к султану за нами.

Ой, Боже наш, Боже, хоть и не за нами —

неси ты их с Украины:

услышим про славу, казацкую славу,

услышим и свет покинем».

Вот этак в Скутари казаки стонали,

стонали, бедняги, а слезы лились,

казацкие слезы тоску разжигали...

Босфор задрожал — потому не привык

к казацкому плачу: вскипел величавый

и серую шкуру подернул, как бык,

и дрожь пробежала далеко, далеко,

и рев его к синему морю дошел,

и море отгрянуло голос Босфора,

в Лиман покатило и дальше в просторы,

и в Днепр этот голос волной донесло.

Загрохотал старик, вскипая,

аж ус от пены побелел:

«Ты спишь? Ты слышишь? Сечь родная!»

И Луг Великий загудел

за Хортицею: «Слышу! Слышу!»

И Днепр покрыли челноки,

и так запели казаки:

«У турчанки — высок терем,

богата светлица.

Гей, гей! Море, бей!

Выше скал волны взвей! —

едем веселиться!

У турчанки-басурманки

дукаты в кармане.

Не дукаты считать,

едем вас выручать,

братья христиане!

У турчанки — янычары

со своим пашою...

Гей, ги! Эй, враги!

Свою жизнь береги —

мы смелы душою!»

Плывут себе, поют они,

а ветер крепчает...

Впереди их Гамалия

дубом управляет.

«Гамалия, водяные

взыграли просторы!»

«Ничего!» И лодки скрылись.

Одни волны-горы.

Спит, дремлет в гареме в раю Византия,

и дремлет Скутари. Босфор же не спит,

он, точно безумный, гнет волны крутые,

он сон их встревожить желает, кипит.

«Не тебе, Босфору, вступать со мной в ссору! —

Шумит ему море.— Я твою красу

песками закрою, коль дойдет до спору.

Разве ты не видишь, каких я несу

посланцев к султану?..» Так море сказало.

(Любило отважных чубатых славян).

Босфор усмирился. Турчанка дремала.

Ленивый, в гареме дремал и султан.

И только в Скутари очей не смыкают

казаки-бедняги. Чего они ждут?

По-своему Богу мольбы посылают,

а волны на берег бегут и ревут.

«О, милый Боже Украины!

Не дай погибнуть на чужбине

в неволе вольным казакам!

И тут позор, позор и там —

встать из чужих гробов с повинной,

на суд твой праведный прийти,

в железах руки принести,

в цепях-оковах перед всеми

предстать казакам...»

«Жги и бей,

режь нечестивца-басурмана!» —

крик за стеною. Голос чей?

Гамалия, глянь, какие

янычары злые!

«Режьте! Бейте!» — над Скутари

голос Гамалии.

Ревет Скутари, воет яро,

все яростнее пушек рев;

но страха нет у казаков,

и покатились янычары.

Гамалия по Скутари

в пламени гуляет,

сам темницу разбивает,

сам цепи сбивает.

«Птицы серые, слетайтесь

в родимую стаю!»

Встрепенулись соколята,

распрямили плечи,

давным-давно не слыхали

христианской речи.

Испугалась ночь глухая,

тот пир наблюдая.

Не пугайся, полюбуйся,

наша мать родная!

Темно всюду, точно в будни,

а праздник не малый:

что ж, не воры у Босфора

едят молча сало

без шашлыка! Осветим пир!

До облака из гари —

с кораблями, с парусами

пылает Скутари,

Византия пробудилась,

глазищами блещет,

плывет своим на подмогу —

зубами скрежещет.

Ревет, ярится Византия,

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.