Тарасова ночь

Шевченко Тарас Григорьевич

Серия: Кобзарь [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Сидит кобзарь у дороги,

на кобзе играет;

кругом хлопцы да девчата,

как жар-цвет, сияют.

Поет кобзарь, струной вторит,

говорит словами,

как соседи — орда, ляхи —

бились с казаками;

как сходились запорожцы

поутру в кручине,

хоронили товарища

в зеленой лощине.

Поет кобзарь, струны вторят,

и горе смеется...

«Была пора гетманщины,

назад не вернется;

была пора — пановали,

да больше не будем,

только славы казачества

вовек не забудем!

Идет туча от Лимана,

а другая с поля;

затужила Украина —

такая уж доля!

Затужила, зарыдала,

как младенец малый.

Никто больше не поможет...

Казачество пало;

слава пала, отцовщина —

все гибнет на свете;

вырастают, некрещены,

казацкие дети;

милуются, невенчаны;

без попа хоронят;

запродана врагам вера —

печать на иконе!..

Как вороны, черной стаей

ляхи, униаты

налетают — не дождемся

поныне расплаты!

Поднимался Наливайко —

не стало Кравчины.

Поднялся казак Павлюга —

пропал, неповинный!

Поднялся Тарас Трясило

с горькими слезами:

«Бедная ты Украина,

сломлена врагами!

Украина, Украина!

Мать моя родная!

Только вспомню твою долю,

душой зарыдаю!

Куда делось казачество,

жупаны цветные?

Куда делась доля-воля,

гетманы седые?

Где все это? Ушло с дымом?

Или затопило

сине море твои горы,

курганы-могилы?

Молчат горы, шумит море,

курганы тоскуют,

гнутся дети казацкие

под вражьей рукою!

Спите, горы! Шуми, море!

Гуляй, ветер, в поле!

Плачьте, дети казацкие, —

такая вам доля!»

Поднялся Тарас Трясило:

за веру родную,

поднялся он, сизокрылый,

час расплаты чуя!

Поднялся Тарас Трясило:

«Довольно томиться!

А пойдем-ка, паны братья,

с поляками биться!»

Уж не три дня, не три ночи

бьется наш Трясило.

От Лимана до Трубайла

поле кровь покрыла.

Ослабел тут казачина,

духом омрачился.

А проклятый Конецпольский

вмиг возвеселился;

Собрал шляхту воедино

и всех угощает.

На ту пору свое войско

Тарас созывает:

«Товарищи атаманы —

братья мои, дети!

По совести мне скажите —

как быть нам на свете?

Упилися вражьи ляхи

казацкою кровью».

«Что ж, пускай они пируют

себе на здоровье!

Пускай ляхи веселятся

нынче до заката,

А ночь-матерь нам поможет —

найдем супостата».

Легло солнце за горою,

звезды засияли,

а казаки, словно туча,

ляхов обступали.

Как стал месяц среди неба,

пушки заревели;

пробудились ляшки-панки —

бежать не успели!

Пробудились ляшки-панки,

а встать — и не встали:

взошло солнце — ляшки-панки

вповалку лежали.

Гадюкою багровою

несет Альта вести, —

воронье чтоб налетало

вельможных наесться.

Воронье и налетело

панами кормиться.

Тут сходилось казачество

Богу помолиться.

Как закаркал черный ворон,

выпивая очи;

Как запели казаченьки

песню о той ночи —

ночи грозной и кровавой,

что славой покрыла

и Тараса и казаков,

а ляхов сгубила.

Над речкою, в чистом поле

курганы чернеют;

где казачья кровь алела —

трава зеленеет.

Сидит ворон на кургане —

каркает, голодный...

Казак вспомнит и заплачет

о жизни свободной».

Умолк кобзарь, потупился:

Руки не играют.

Кругом хлопцы да девчата

Слезы утирают.

Пошел кобзарь по улице —

да с горя как грянет!

Кругом хлопцы в пляс пустились,

а он подпевает:

«Коли сталось — значит, сталось!

Погодите, детки, малость,

а я в корчме погуляю,

свою женку повстречаю,

вместе с нею пьян напьюся,

над врагами посмеюся».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.