Драконье гнездо

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Драконье гнездо ( )

Пролог

Высохшая до костей, обтянутых сухой, истончённой от старости кожей, лапа, когда-то бывшая кистью руки, медленно «листала» прозрачные «страницы» виртуального списка пассажиров. Тяжёлые, пожелтевшие от старости когти словно невидимо рвали эти не существующие в реале страницы — настолько нетерпеливо переворачивали их.

Раздел — нижняя палуба космического пассажирского лайнера. Графа — список человеческих самок. Графа — цель приезда. Графа — работа. Жёлтый коготь скользил по списку: возраст, родные, здоровье, предыдущая работа, отзывы нанимателей. Стоп. Снимок. Тощие пальцы огладили мелкий снимок, увеличивая. Девушка словно резко оглянулась — и этот взгляд… Исподлобья, даже агрессивно. Лицо — округлое, ярко выраженным смуглым сердечком. Большие чёрные глаза под бровями вразлёт — пока не хмурится, прямой нос и упрямо выпяченные полные губы — вроде черты и привлекательно мягкие, на первый взгляд, но это лицо точно не кукольное. Утяжеляет его тот же взгляд — жёсткий, оценивающий и чаще исподлобья. Для двадцатипятилетней — странный. Волосы, густые, тёмные, заплетены в короткую косу. Девушка не стремится привлечь к себе внимание противоположного пола. Даже косметики нет. Не кокетка.

— Эта, — безапелляционно сказал старческий голос.

Трое суток спустя

Неприметная девушка, в дорожной одежде (неопределённого цвета штаны и серая блузка, застёгнутая до горла; завершали наряд разбитые длительной ноской, бывшие когда-то белыми полуботинки), с большой бесформенной сумкой за плечом, неуверенно, но сосредоточенно оглядываясь, шла в толпе таких же, как она, — ищущих работу. На Уиверне осень — сухая, прохладная. Здесь, у космопорта, ещё и ветрено: пространство довольно пустынное. Но ей жарко — от насторожённости перед изменениями в жизни… Сейчас их встретят служащие агентства, отвезут в самый дешёвый отель при центре занятости, распределят по временным номерам, а потом…

Старая планета. Старинные богатые рода и кланы, владеющие, говорят, несметными богатствами. Их отпрыски предпочитают занимать высокие руководящие должности, а в обслуживающем персонале, на черновой работе, в основном — люди с человеческих планет… Сам Уиверн — почти курортная зона: старинные города без особо развитой промышленности — разве что обслуживающая налажена, как часы, и та — находится подальше от места проживания уивернов; горы, слегка сглаженные временем и давними катаклизмами; равнинные низины, один океан и множество небольших морей…

— Лианна Мишель?

Чья-то рука вежливо, но настойчиво вытянула девушку из толпы и сразу сняла с её плеча сумку. Смущённая девушка кивнула высокому черноволосому мужчине, а потом, сглотнув, на терралингве подтвердила:

— Да, я Мишель…

— Идёмте. С куратором вашей группы есть письменная договорённость, — сказал мужчина, в традиционной для планеты Уиверн форме охранника, с парой отличительных цветов на нашивках — цветов того частного дома, куда девушку должны отвезти. Человек, конечно. Не уиверн.

Она прочитала официальную форму на бумаге — заявку на компаньонку при старой даме — и снова кивнула. После чего сказала уже на уиверн:

— Основной язык планеты знаю.

— Хорошо.

На выходе из космопорта её усадили в ничем непримечательную, но солидную машину, и только здесь она осмелилась спросить:

— А как меня нашли?

— По спискам пассажиров. Старая дама выбрала вас сама.

Девушка ссутулилась на своём сиденье. Компаньонкой — значит. Не самая лучшая работа из тех, что предлагались. Правда, всегда есть надежда, что хозяйка окажется не такой стервой, какие были до неё. Но ведь это Уиверн. Планета, на которую летят только с безнадёги. Когда с работой совсем швах. Можно было бы, разумеется, научиться какой-нибудь специальности, но в приюте, где выросла Лианна, не заморачивались обучать воспитанников современным, востребованным профессиям. А самой пойти на курсы — кредитов скопить никак не удавалось. Чему смогла — выучилась… Здесь же, на Уиверне, в обслуживающем штате, работают только земные женщины. Аборигены слишком высокомерны, чтобы заниматься обслуживающим трудом.

Лианну провезли почти через весь город, затем высадили у богатого, со строгой отделкой двенадцатиэтажного особняка, над входной дверью которого красовалось лаконичное «Драконье гнездо». Здесь у многих старинных домов свои названия. И подобие небольшого сада вокруг здания: высокие деревья ближе к решётке ограды и строго стриженные газоны от окон.

Громадная лестница в несколько пролётов, старинный лифт. Анфилада с богато и со вкусом украшенными комнатами. Ковры, драгоценная утварь… Девушка про себя усмехнулась: сумма, в которую обходится каждая проходная комната, наверняка достаточна, чтобы одному человеку прожить здесь, на Уиверне, не ущемляя себя ни в чём, лет пять, не работая… Не заблудиться бы здесь, в этом богатом доме. Почти замок…

Затем девушке пришлось выжидать, пока о ней сообщат на следующий этаж. Хотелось есть, и девушка угрюмо надеялась, что хозяева не жмоты и сообразят, что скудная еда на нижней палубе космического лайнера — это слишком мало для молодой человеческой самки. Но пока она стояла в приёмной старой дамы, где каждая вещь, каждый предмет интерьера солидно светился непререкаемой роскошью, и ждала, когда пригласят в комнаты.

— Лианна Мишель, — сухо сказала вышедшая к ней девушка. — Пройдите.

Странно, но Лианна почти сразу почувствовала, что непредставившаяся незнакомка (возможно, секретарь старой дамы) явно прониклась к ней, к новой прислуге, противоречивым чувством: она и презирала её, как обычно это делают господа с Уиверна, с другой стороны — пыталась хоть как-то изменить своё отношение, быть… доброжелательней? Даже — страшно подумать! — понравиться?.. Странно. Лианна мысленно пожала плечами: зачем что-то менять? Мы никогда не станем подругами — представительница элиты Уиверна и презренная на этой планете человеческая самка. Оставалось загадкой одно: богатые уивернки не брали в компаньонки человеческих самок. Ею как раз могла бы быть именно эта девица — тоже уивернка. Страшновато: а если под компаньонкой подразумевается нечто иное? Поэтому девица пытается изменить отношение к человеческой самке с обычного презрения на нечто другое — уровнем повыше? Или ниже?

На следующем этаже дома девица-секретарь передала будущую компаньонку с «рук на руки» дворецкому — высокому, сутулому от старости уиверну в униформе. Тот проводил девушку до спальни старой дамы и сухо сказал у самой двери:

— К хозяйке обращаться даг Куианна. Говорить, когда разрешит говорить госпожа.

Что это? Нанимательница выбрала её по близкому совпадению имён?

Девушка вошла в спальню. Пришлось проследовать за дворецким довольно большое расстояние, пока она не очутилась перед роскошной кроватью, в нежнейшем белье которой утопала старая дама. Лианна увидела сморщенное от старости лицо, обрамлённое короткими, неряшливо серыми от старости волосами. Последнее очень удивило: обычно богачи стараются до самой смерти менять себе кожу, а особенно волосы, или лелеять свои, оставшиеся, всеми препаратами, какие найдутся по средствам.

Эта старая дама не собиралась красоваться ни перед кем — и даже перед самой собой. Вот только глаза — не молодые, но и не старые — существа в возрасте. Глаза существа, решившегося на что-то очень важное. Эти глаза цепко оглядели подошедшую и странно потеплели.

Дворецкий сухо сказал:

— Сядьте.

Лианна молча присела на предложенный тяжёлый стул, больше похожий на жёсткое кресло. На Уиверне прислуга и правда не имела права заговаривать с господами первой.

Будто выждав, пока дворецкий уйдёт, выждав, когда далёкая отсюда дверь слегка, почти неслышно прищёлкнет, закрываясь, даг Куианна выпростала из-под лёгчайшего пухового одеяла тощую, сухо горячую руку и положила её на кисть Лианны.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.