Великая Отечественная на Черном море. часть 1

Никольский Борис Витальевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Великая Отечественная на Черном море. Часть 1

Борис Никольский

Часть первая. Битва за Севастополь

В КАЧЕСТВЕ НЕОБХОДИМОГО ВСТУПЛЕНИЯ

Утро светлого майского дня 1961 года. Около дома Офицеров флота в Севастополе необычное оживление. Впервые за пятнадцать послевоенных лет была организована конференция, посвященная обороне города. Что такое пятнадцать лет для нашего суетливого ритма жизни? Собиравшиеся в ДОФ мужчины, большинству из которых было немного за сорок, и оглянуться не успели, как с последней военной встречи минуло пятнадцать лет. Многие из приглашенных были в парадной военной форме с боевыми наградами. Некоторые пришли с женами и детьми, у многих в руках были цветы, – они шли на встречу со своей боевой молодостью. Прибывшие в Севастополь из других городов, не виделись с боевыми друзьями много лет. Вход на конференцию был свободный. Многие сослуживцы моего отца, – офицеры, служившие во время войны на кораблях или в частях флота, принимали непосредственное участие в обороне Одессы, Севастополя, Кавказа. Для меня, одиннадцатилетнего мальчугана, многое на этом мероприятии было неожиданно. Бросалось в глаза то, что среди приглашенных было много инвалидов; с палками, на костылях, некоторые подъехали на инвалидных колясках с ручным приводом. Некоторые не могли самостоятельно передвигаться. Не обошлось и без курьезов. Чего там греха таить, у нас в России, всегда находятся любители и себя показать, и всех удивить. Когда большинство приглашенных и гостей расселись в зале, появилась довольно импозантная группа – два здоровенных мужика в матросской форме внесли на руках – третьего… – без обеих ног. На груди у инвалида, кроме прочих наград выделялись два ордена Отечественной войны. Три героических моряка уселись в самом конце зала на возвышении. Героический инвалид многим в Севастополе был известен. По вечерам, а в выходные дни с утра, на ступеньках главпочтамта часто можно было наблюдать своеобразную картину – два инвалида на тележках, двое с костылями; кто-то играл на баяне, кто-то на гитаре, все четверо пели. Трое из них были в морской форме, один в форме старшины-артиллериста. Севастопольцы, которым сейчас за шестьдесят, помнят этот квартет, который незаметно превратился в трио, а затем – в дуэт. Самый «живучий» из моряков долго еще играл на баяне в конце улицы Маяковского при входе на старый Центральный рынок.

Удивляло еще и то, что среди пришедших на конференцию много было младших офицеров в званиях не старше капитана. Значительно позже я узнал, что большинство из них прошло плен, в воинских званиях их восстановили уже в процессе реабилитации 50-х годов, поэтому к форме и к званиям у них было отношение особенное – выстраданное…

В те годы сохранялись традиции фронтового братства… Знаменателен уже тот факт, что в самом начале 60-х годов удалось собрать более 600 участников боев. Многим из них было не просто приехать в Севастополь, сохранявшим статус режимного города, но эта была реальная возможность встретиться с боевыми друзьями.

Детская память избирательна. Я запомнил, что в президиуме был писатель Леонид Соболев, чьи книжки о подвигах моряков в годы войны были хорошо знакомы моим сверстникам. Торжественная часть конференции проходила так, как обычно проходят подобные мероприятия. С приветственным словом к участникам конференции выступил член военного совета флота контр-адмирал Руднев. С большим докладом выступил адмирал Ф.С. Октябрьский. Дальнейшего хода конференции я почти не запомнил, оценить важности обсуждаемой темы, по своему возрасту, не мог. Должно быть, мой осмотрительный батюшка, увидев, что в зале страсти накаляются, после первого же перерыва увел меня домой. И, тем не менее, я с полным основанием могу утверждать, что к «теме» обороны Севастополя я соприкоснулся со дня присутствия на этой по всем меркам необычной конференции.

На этой конференции впервые была публично затронута тема последних боев на мысе Херсонес, и впервые озвучен позорный факт оставления командованием гибнущей армейской группировки. Фактически, именно день проведения этой конференции, выступление на ней полковника Дмитрия Пискунова с его гневными обвинениями в адрес адмирала Октябрьского, стали первыми шагами длинного и сложного процесса установления исторической истины.

Период войны на Черном море – оборона Одессы и Севастополя, битва за Кавказ – тема многих публикаций и исследований. Хотим то признать или нет, но мы уже перешагнули тот временной рубеж, когда еще можно было ждать появления новых воспоминаний участников боев. Удивляться нечему, тем, кому в 1944 году было 20 лет,- сейчас под девяносто. Если до сих пор престарелые ветераны не посчитали нужным поделиться с нами своими воспоминаниями, то сейчас не стоит беспокоить их подобными просьбами и ограничиться той информацией, что накопилась за семьдесят лет. В последние годы в информационный оборот попали воспоминания ветеранов, предоставленные их детьми или внуками. К примеру, воспоминания капитана 2 ранга Ивана Зарубы, опубликованные его дочерью, или воспоминания бывшего, политрука, замполита начальника арсенала в Сухарной балке – А.М. Вилора, написанные им в 1985 году, но до последнего времени находившиеся в семейном архиве. Эти два заслуженных ветерана войны, многое повидали, немало пережили, но не спешили делиться своими воспоминаниями. Их воспоминания и свидетельства далеко не всем могли понравиться. В этом отношении их можно понять, будучи свидетелями, а то и участниками многих трагических эпизодов обороны Севастополя, они, не без оснований считали, что для публикаций их воспоминаний время еще не пришло.

Анализ архивных материалов, воспоминаний очевидцев и непосредственных участников событий, материалов исследований последних десяти лет, позволяет заново проанализировать, критически осмыслить все этапы борьбы за Севастополь. Давно пришла пора, отказавшись от голословных, часто надуманных обвинений в адрес отдельных руководителей, всесторонне исследовать и объективно оценить деятельность командования флота и Севастопольского оборонительного района.

Борьба за Севастополь, изобиловала примерами массового героизма матросов, солдат и офицеров. Большинство подвигов и героических поступков, совершенных в ходе боев за Севастополь, нашло отражение в мемуарной литературе, в исследованиях послевоенных лет. Массовый героизм, проявляемый моряками в боях за Севастополь, носил характер осознанного жертвенного подвига. Сначала это необычное явление проявилось в боях добровольческих отрядов моряков под Одессой, затем его дух и некая потребность проявилась в боях на Севере Крыма. Затем, как нечто естественное и ставшее уже привычным, это явление проявилось в боях на рубежах Севастополя. Наверное, в этом явлении была духовная, в прямом смысле этого слова, составляющая. Пройдет тридцать лет, и пронзительный талант Владимира Высоцкого простыми, доходчивыми словами донесет до нас живое дыхание того массового, коллективного порыва: «…на людях сказали – умрите достойно…». Проявлять неуверенность, слабость, растерянность не говоря уже о трусости и малодушии, было стыдно и позорно среди тех, кто добровольно, или осознанно-коллективно встал на защиту Севастополя и флота. В матросской среде проявилась и затем упорно поддерживалась и культивировалась та потребность жертвенного подвига, что была присуща русскому солдату и матросу во все времена, а тогда нашла благодатную почву на святой земле Севастополя. В дальнейшем, красноармейцы и их командиры, смотрели на это явление с начала – некоторым испугом, затем с откровенным восхищением и старались ему подражать. Наиболее крепкие в физическом и моральном плане бойцы общевойсковых частей, подражая морякам, вели за собой остальную солдатскую массу. Недаром, расчетливые и распорядительные командиры дивизий, типа Коломийца, старались внедрять морские батальоны и роты в свои пехотные полки. Эта матросская, а следом за ней и солдатская масса, готовая к подвигу и к смерти, была страшна для врагов – ее побаивались и некоторые нерадивые командиры, не готовые проникнуться тем же духом и готовностью стоять насмерть, и побеждать, презирая смерть.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.