Мой любимый начальник

Жанр: Слеш  Любовные романы    Автор: Cold Clarice   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Мой любимый начальник ( )

Любить кого-то всем сердцем — это преступление? Разве неправильно то, что твои мысли, чувства, душа и тело хотят принадлежать только одному человеку? Разве не прекрасно желание всецело быть с кем-то, даже если объект твоих мечтаний одного с тобой пола?

Любить мужчину — это грех, если ты и сам мужчина. Это неискупимый грех… Но это такое счастье…

«Любовь всегда прекрасна. Это чувство способны распознать немногие, а удержать — вообще единицы. А когда она взаимна — это настоящее счастье! Любовь — Божий Дар, Кир, и плевать на кого она направлена — мужчину или женщину», — так говорила моя двоюродная сестра, легко поглаживая меня по голове, крепко обнимая, пока я плакал, как ребенок, вцепившись в нее, сжимая в правой руке лезвие, с помощью которого чуть было не совершил самый страшный поступок в своей жизни…

-1-

Тот факт, что мне нравятся мужчины, я осознал еще в старшей школе. Тот момент, когда я это понял — стал началом ада в моей жизни. Я заглушал в себе это «странное и неправильное» чувство, испытываемое к своему однокласснику Илье. Я подавлял это дикое желание запустить пальцы в его светлые густые волосы, поцеловать его тонко очерченные губы, прикоснуться к его оливковой коже…

Я был влюблен в Илью… Я страдал… Я был себе противен… Я боялся…

Шло время. Школа кончилась. Исчезла влюбленность в Илью (это я спустя некоторое время осознал, что чувства мои к нему были несильными). Началась новая стадия моей жизни и новый круг ада. В университете я учился в группе редкостных гомофобов, людей, которых передергивало даже от упоминания о нетрадиционной ориентации. Я опять боялся. Я вновь заглушал свои желания и предпочтения. Я сам себя пожирал изнутри…

Дежа вю — я стал засматриваться на одногрупника. Макс был душой компании, лакомым куском девчонок всего курса, красивым, веселым и умным. Он флиртовал со всеми представительницами прекрасного пола, что попадались на пути, а я молча наблюдал за ним, скуля по ночам в подушку, глотая слезы. Нет, конечно, у меня были «возлюбленные», с которыми знакомства происходили в клубах и «общение» не длилось больше пяти дней, но на душе почему-то становилось совсем погано, с каждым разом все больше и больше.

Неизвестно, сколько бы все это продолжалось, если бы на одной из вечеринок я не напился в хлам (уж и не знаю отчего), и не поцеловал Макса, выдыхая ему в губы «Я тебя люблю!» После сего он поставил мне фингал под левым глазом и прорычал, что если такое повторится, то душа моя быстренько покинет тело. Гудели мы только по выходным, и в понедельник утром я шел в университет, как на эшафот. Мне казалось, что все в группе будут смеяться и презирать меня. Но Макс ничего и никому не рассказал (побоялся за свою репутацию, конечно же). Я устремил на него благодарный взгляд и как под ледяным душем побывал. Я увидел его холодные, полные отвращения, брезгливости и презрения глаза. Он больше не оказывался со мной рядом, не здоровался и не говорил.

Я все больше пугался своей «болезни», еще больше замкнулся в себе. После того, как я закончил университет (неплохо так, кстати, закончил), устроился в небольшую фирму, на неприметную должность, но с хорошим окладом, и заработал себе спокойно и потихонечку, как мышка.

Как-то вечером, когда пошел уже так надоевший разговор мамы о моей личной жизни, точнее о ее отсутствии (с девушками, конечно), я признался родителям, что вздыхаю по мужчинам. Мама истерически заплакала, а отец чуть не забил до смерти. Самыми страшными были его зловещий тон, возвестивший, что я им больше не сын, и мамины пощечины, сопровождаемые вопросом «За что?»

В тот же вечер я позвонил двоюродной сестре, и не объяснив причин, (которых она, к чести ее сказать, и не потребовала), напросился в гости на неопределенный срок.

И вот спустя день, я стою в ванной перед зеркалом, держа в руке лезвие. Необходимо покончить с этим раз и навсегда. Всего дел — то — полоснул по запястью и готово. Причина проста — накопилось и вырвалось наружу. Я устал. Мне больно и плохо, от того, что я никому не нужен и меня никто не понимает. Мне обидно и страшно (из-за этого же). А еще я устал себя жалеть. Шесть лет попыток принять себя таким, какой есть, понять, что делать, быть счастливым (как выясняется, безуспешных попыток).

Я ненормальный? Да. Я болен? Вполне вероятно. Я неправильный? Совершенно точно. Так не проще ли, сейчас покончить со всем этим?

— Кир, почему ты так рано пришел? — послышался любопытный голос сестры, вернувшейся с работы.

Этот ее бас даже отрезвил меня. Мысли так глупо и бездарно заканчивать свою жизнь пропали бесследно. Однако я не успел отойти от шока и убрать орудие несовершенного преступления подальше, поэтому, когда сестра заглянула в ванную, я отчетливо услышал крик:

— Твою ж мать!!! Гаденыш, что ж ты делаешь??!!!

За этим последовала хорошенькая такая затрещина (от души, видать, двинула). Я не упоминал, что у моей сестренки рука как пятитонная гиря. Она из меня своим тумаком всю дурь вышибла! Дурь… И мозги…

Я обессилено сполз на пол в ванной и позорно заревел, как ребенок. Я даже не заметил, как Лиза, моя невозмутимая обычно сестра, приземлилась рядом и крепко — крепко меня обняла.

— Кира, глупенький, зачем? Братиша, ну зачем? — она гладила меня по голове, а я хныкал и хрюкал, пока слезы застилали глаза. Лиза шептала мне что-то, про то, что я — мужчина, а мужчины не плачут и должны быть сильными. Я растрогался, расслабился и доверился…

«Лиза, спокойно! Главное, не убей его за попытку совершить самоубийство. Черт, что за каламбур! В чем причина, Кирюшка, а? Ну скажи же хоть, что-нибудь!!!» — проносились мысли в голове сестренки, пока она затаскивала меня в комнату и усаживала на диван.

— Лиза, я хочу тебе кое-что рассказать. И мне плевать даже на то, что после этого ты тоже начнешь презирать меня. Я больше не могу! — я немного успокоился, но продолжал тяжело вздыхать.

«Вот это заявы!!! Ладно, Лизонька. Будь спок! Сейчас он скажет, что ему нравятся парни, или что-то в этом роде. А ты его обнимешь и скажешь, что тебе плевать на это, ты его любишь и он пусть и двоюродный, но все же братец, которым ты дорожишь» — это была последняя Лизкина мысль, перед тем, как я выдал:

— Лиза, я — гей, — сказано это было на одном дыхании, после чего мои глаза вперились в ее, ожидая реакции.

— П****ц, — только и произнесла Лиза, хотя сказано сие слово было исключительно из-за удивления сестры тем, что она правильно угадала причину моих страданий.

Она какие-то секунды смотрела мне в глаза, а потом тепло улыбнулась, села рядом и произнесла:

— Ну и что?

Я же уставился на нее ничего не понимающим взглядом. Почему в ее глазах нет испуга? Где отвращение?

— Глупый-преглупый братиш, скажи честно, только из-за этого ты решил, что наложить на себя руки — самое то, чтобы избавиться от проблем?

— Да, — голосом провинившегося кошака ответил я.

— Мой хороший, больше никогда о такой чудовищной вещи даже не задумывайся, как бы плохо тебе не было! Жизнь бесценна и дается всего один раз. Она и так слишком коротка и быстротечна.

Вот они — простые истины. И почему такие элементарные вещи со временем забываются.

— Кир, все мы Его дети, — продолжала Лиза, показывая указательным пальцем вверх, — Поэтому не чувствуй себя неправильным. И помни, что если ты влюбишься в какого-нибудь мужчину по-настоящему сильно, я тебя поддержу и помогу в любом случае.

Сестренка потрепала меня по голове и, улыбнувшись, сказала:

— А теперь пошли пить чай. Точнее, тебе чай, а мне валидол, а то что-то напугал ты меня, и я перенервничала.

— Спасибо, Лиза.

— Все тип-топ, братиш.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.