Панцирь

Фомин Олег Геннадьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Панцирь (Фомин Олег) * * *

Воин идет за хранителем по сумрачному коридору из древних плит, в свете настенных факелов на мускулах блестят крапинки пота от боевого возбуждения. Близость битвы раскаляет лицо, швыряет сердце на ребра. Коридор содрогается и гудит под глухим эхом рева: там, наверху, армия кровожадных зрителей ждет гладиаторов в яростном нетерпении, еще немного – и сами хлынут на песок арены рвать друг друга.

Понять их можно. Грядущая схватка – одна из самых долгожданных, обещает как никогда много жестокости и накала. Враг опытный, невероятно сильный, и воин сознает: от выбора оружия напрямую зависит жизнь.

– Ты должен выбрать оружие, – говорит хранитель арсенала. – Но помни, время на выбор ограничено.

Коридор заканчивается красивой лиловой занавеской, по обе стороны стынут два стража с алебардами, в доспехи закованы наглухо, позы грозные, хозяйские.

Над занавеской на стене висит пара кинжалов крест-накрест, одноручный меч и топор.

Кинжалы – оружие легкое, удары быстрые и точные. К тому же, два, можно вести бой на левом и правом фронтах сразу, застать врасплох, а в удобный момент – метнуть. Но клинки короткие, урон невелик, а отражать ими можно лишь слабые удары. А если враг в доспехах, то исход битвы ясен и слепому.

Топор – союзник могучий: пробивает блоки, сминает доспехи, а благодаря длинной рукояти удары далекие, размашистые. Но сил отнимает много, быстро изматывает, атаки медленные как морские волны, да и защищаться трудно. Врагу легко уклоняться, просто выждет, когда хозяин топора выдохнется, и нанесет смертельный удар.

Воин не ловкач, рассчитывающий только на скорость и уловки, и не силач, который движет скалы как орешки. Он – где-то между. Потому нужна золотая середина.

Меч, однозначно меч.

Выбор сделан твердо еще до того, как они дошли до конца коридора, и воину гораздо спокойнее, будто враг уже ранен, остается лишь добить.

У занавески хранитель замедляется, тянет к ней руку.

– Выбираю меч, – уверенно говорит воин.

Спутник замирает, к воину обращается взгляд, полный удивления, брови подняты на лоб.

Воин тычет в меч над занавеской.

– Что? – Хранитель смотрит в указанном направлении. Усмешка. – Ах, это… Это не арсенал, это так… вместо вывески. Нам сюда.

Выпуклые доспехи стражей отражают растерянное лицо воина. Он сбит с толку, восприятие инстинктивно обостряется, гул толпы и факелов кажутся громче, даже приносят ощутимую боль, как кислотный туман.

Хранитель отдергивает занавеску, они входят в ослепительно яркий круглый зал.

У воина перехватывает дыхание, глаза как хрустальные шары.

На него обрушивается изобилие!

Всюду теснятся подставки с оружием, и все прекрасное, блестящее, одно другого мощнее, стен почти не видно из-за дебрей клинков, булав, молотов…

Ноги воина заплетаются, выводят в центр, голова крутится туда-сюда до хруста в шее, ошалевший взгляд не может задержаться на чем-либо дольше мгновения, скачет с одной великолепной вещи на другую. Мечи, кинжалы, перчатки с ножами, копья, алебарды, трезубцы, кистени, булавы, топоры, и каждого десятки видов, и еще многое другое. На подставках таблички, где написаны магические свойства оружия и способы применения.

– Выбирай, – говорит хранитель добродушно, – но торопись, у тебя всего минута.

Оружие украшено резьбой, магическими рисунками, зачарованными кристаллами самых разных расцветок. Воин раскаленный и взмокший, сердце колотится бешено, словно вокруг не сталь для убийства, а обнаженные девы. Уже не думает о битве, с таким вооружением, что бы ни выбрал, победа неизбежна, но все равно хочется жадно изучить каждый экспонат, выбрать лучший, чтобы победа вышла легко, красиво, покорила хищные сердца зрителей.

– Осталось полминуты, – напоминает хранитель.

Проклиная невозможность задержаться надолго, воин перебегает от одной подставки к другой.

Вот этот меч в чешуе оранжевой энергии не только идеально острый, сбалансированный и прекрасный, но и умеет изрыгать пламя.

Страстно хочется выбрать его, но рядом длинный зеленоватый крис, шедевр оружейного дела, повышает скорость владельца, источает смертельный яд, убивающий даже крошечной царапиной, а также способен порождать ядовитых черных кобр, они не трогают создателя, но яростно бросаются на его врагов.

С другой стороны покрытый инеем и барельефами чудовищ молот с пирамидальными половинами. Его удары по земле взращивают стену ледяных бивней, пронзающих врага снизу, и чем удар сильнее, тем стена длиннее, а бивни выше, можно выбить сразу крепость с башнями, от врага не останется и пыли.

А позади изящные розовые саи, дают хозяину власть над временем и способность к телепортации…

И это лишь капля в море – то, до чего руки дотягиваются, а кругом джунгли всевозможных артефактов, поражающих воображение красками, формами и свойствами.

Опьяненный богатством воин вбегает в чащу оружия наугад, словно хочет убежать, охладить рассудок, но натыкается на постамент с золотой сетью, она покрыта шипами как ковер ворсом, может скручиваться в разрубающий любые доспехи хлыст, а может быть и плащом, который возвращает удары врагу.

И рядом с такой же силой манят сотни и сотни…

О боги, что же выбрать?!

– Осталось несколько мгновений, – слышится откуда-то, как в бреду.

Изобилие и свобода выбора оглушают радостью, воин задыхается, голова кружится, горячая как у больного. Его бросает от подставки к подставке, рука тянется то туда, то сюда, и с каждой секундой быстрее, чаще. Чувства все жарче, необъятнее, он ощущает себя властелином мира.

– Пора! – оглашает хранитель. – Бой начинается!

Воин, превозмогая счастливое безумие, все же выбирает, тянется к двуручному мечу, который превращает своего владельца в трехглавую гидру, но внимание перехватывает огромная призрачная сабля, что создает множество близнецов хозяина, рука замедляется, ее дергает сомнение… В этот момент под руки подхватывают стальные грохочущие лапы стражей, волокут куда-то резко, стремительно, будто сносит ураган, все оружие проносится перед глазами воина широкой пестрой лентой.

Накрывает полумрак, под гром доспехов мелькает цепь настенных факелов…

Ослепительный свет, воин теряет ориентацию в пространстве, а когда свет рассеивается, вокруг – арена. Трибуны ревут: в первых рядах яркая цветастая знать, за ней, выше, грязные и тусклые, но густые толпы простолюдинов. Высоко над ареной сверкает магический купол из толстых, как крепостные стены, прозрачных островов энергии, похож на панцирь гигантской черепахи. Под коленями хрустит горячий песок, воин оборачивается и видит, как стражи захлопывают за ним ворота.

Опускает взгляд на руки…

Пустые!

С другого края арены гул зрителей прорывает кровожадное рычание. Земля начинает ритмично вздрагивать, каждый раз сильнее. На воина мчится враг – скала мышц, в рогатом шлеме словно минотавр, гремит доспехами, размахивает гигантским топором.

А у воина ничего. Был в сокровищнице оружия, мог выбрать любое, а вышел ни с чем. Нет даже того простенького меча, что выбрал у занавески в самом начале.

Враг взлетает в головокружительном прыжке, падает сверху, точно пикирующий на охоте сокол, виден окаймленный пеной оскал, глаза выпучены, топор слепит кривым бликом, как коса в лапах смерти.

Воин только и успевает разинуть рот, выдавливает остаток жизни в крик.

* * *

Андрей просыпается без криков и подскоков – открывает глаза и все. Кошмар сновиденческой гибели еще плавает полупрозрачной пленкой, как старый рентгеновский снимок, но стремительно тает. Андрей спокоен, дышит тихо, но подушка, простыня и одеяло мокрые, хоть выжимай.

Рядом мирно посапывает Маша. Чистенькая, сухая, опрятная, по детской улыбке видно, что ей снятся птички, радуги, варенье с печеньем и прочие декорации принцессы. Счастливая. И сама как принцесса, по всем канонам, – миниатюрная и светлая, хоть сейчас можно вести на пробы в фэнтезийный сериал. Волосы светлые, кудряшками, губки нежно-розовые, носик точеный, пальцы как лучики солнца, кожа медово-молочная. Принцессу нужно спасать от дракона или сопровождать из пункта А в пункт Б, но она почему-то живет с ним, Андреем, придурком, каких поискать, в этой семиэтажной развалюхе советских времен. Хотя… семиэтажная, древняя… Вполне себе драконья башня, только дракон какой-то хлипкий. И дышит не огнем, а послеспячной несвежестью, надо поднимать себя за шкирку и тащить в ванную – чистить зубы.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.