Фифа и Бородач

Серия: Лики любви [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Фифа и Бородач ( )

Фифа и Бородач

Эротический рассказ

Татьяна замешкалась у машины, вытаскивая пакеты с продуктами.

- Блядь! Понагородили тут, суки! – до женщины долетел пьяный голос.

Оглянувшись, она увидела у подъезда перевёрнутую инвалидную коляску и сидевшего на асфальте безногого мужчину. Он, громко матерясь, пытался поставить сложившееся кресло на колёса. Видно, что он был пьян.

Татьяна бросила пакеты и кинулась к незнакомцу.

- Я помогу вам! – она подбежала и вернула кресло в нормальное положение.

- Спасибо, - пробурчал пьяный и зыркнул на неё серым взглядом.

Его глаза на заросшем щетиной лице смотрели как-то колюче и, словно две тонкие иглы для вышивки бисером, пронзили женщину. Та опустила взгляд, стараясь не смотреть в обозлённое лицо.

- Ну, чего стоишь?! – бросил мужчина. – Иди, куда шла! В помощи не нуждаюсь…

- Да как вы… - Татьяна хотела упрекнуть его, отчитать за хамство, но осеклась.

Нет, не из жалости. Просто ей вдруг стало стыдно вступать в перепалку с пьяным. Если честно, такое с ней случилось впервые. Татьяна была женщиной одинокой и за свои сорок два года привыкла стоять за себя сама. Это была обычная привычка самостоятельной женщины, чья жизнь протекала в абсолютном одиночестве. Никого… Впрочем, у неё жила кошка с нежным именем Персик, больше подходящим коту. И вот это самое пушистое создание фруктового цвета принимало на себя всю ласку, которой у Татьяны было в избытке.

- Вы живёте здесь? – спросила женщина, кивнув в сторону своего подъезда.

- Слушай, фифа, отвали, а, - безногий, ловко опёршись сильными руками, вскочил на коляску и тронул колёса, пытаясь направить их на крутой пандус.

Татьяну презрительное «фифа» обидело вдвойне. Это был намёк на её подростковую фигуру и небольшой рост. Вот и сейчас в своих узеньких джинсиках и коротенькой джинсовой курточке она выглядела просто девочкой. Только глаза выдавали в ней зрелую женщину: такой глубокий взгляд у девочек не бывает. Да что он себе позволяет этот хам?! Татьяна решительно шагнула в его строну и хотела помочь втолкнуть коляску на пандус, но высокий – для роста - каблук вдруг попал в выбоину на асфальте, и женщина стала падать, толкнув несчастного мужика.

Она сама не поняла, как это случилось. Коляска отскочила в сторону, её хозяин растянулся на спине, а сама Татьяна мягко приземлилась на него, уткнувшись носом ему в шею.

- Хм, а мне это нравится, - хохотнул мужик, - Давненько баба сама на меня не прыгала. Эй, фифонька, чего замерла-то? Давай, действуй дальше.

Это его замечание заставило Татьяну опомниться. Она села и залепила ему пощёчину. Забыв себя, кулачками замолотила по его широкой груди. Женщину душили слёзы. Горькие слёзы обиды.

- Хам! Хам! – глотая слёзы, орала она.

- Эй, эй, полегче, фифа! – цепкие пальцы сжали её тонкие кисти и не давали двинуться.

Татьяна сквозь слёзы увидела его серые глаза. Они… смеялись… Это так поразило её, что она уставилась на его лицо, будто пыталась что-то понять. А сама продолжала сидеть на мужчине верхом. Он тем временем вновь заговорил.

- Слушай, фифонька, я, конечно, понимаю, что посреди двора поздним вечером, хм, очень возбуждающе, - опять его ехидный смех.
- Но… я экстрима не люблю… Не могла бы ты встать? А потом, если пожелаешь, я сделаю, всё, что угодно. Ну, вот клянусь своей гудящей башкой, треснутой об асфальт! Ну, чего же ты зенки-то свои пялишь так? Нравится сидеть на мне?

Белозубая ехидная улыбка украсила рот, из которого так и летел перегарный фимиам. Его замечание привело женщину в чувство, она вскочила и быстро отпрянула в сторону. Смущённо отводя взгляд, шмыгая носом, пролепетала:

- Простите, я…не хотела, но… вы… я…

- Ой, брось, фифа, - махнул рукой мужик, уже вернувшийся на свой транспорт. – Наука тебе: не помогай, если не просят. Мать Тереза, блин…

И он спокойно покатил в подъезд.

А Татьяна осталась стоять, продолжая тихо плакать. Ну, вот всегда так с ней. Хочет, как лучше, а в итоге… В итоге оказывается в дурацкой ситуации. Растерев ладошкой слёзы по щекам, Татьяна скинула босоножки и, подхватив брошенные пакеты, тоже вошла в свой подъезд. Едва выйдя из лифта на своей площадке, она услышала знакомый голос и громкие стуки в дверь.

- Блядь, ну, чё вот за день-то такой? – орал знакомый мужик и что есть силы всаживал кулаком в двери напротив квартиры Татьяны. – Паскуда!

- Эй, вы, как вас там?! – женщина вновь решила вмешаться. – Что вы себе позволяете? По-моему, вы вполне прекрасно можете достать звонок. Звоните и вам откроют.

- Ага, как же! – безногий резко развернулся к Татьяне лицом. – Ни хуя не откроют! Это моя квартира! – вдруг признался он.

- Прекратите выражаться! – парировала женщина.

Швырнув пакеты и обувь к своим дверям, она шагнула к нему.

- И что же вы ломаете собственные двери? – усмехнулась Татьяна. – Не устраивайте спектакль! Я прекрасно знаю, что здесь никто не живёт! – заметила она, зло прищуривая глаза и упирая руки по бокам.

- Знает она, ха! – сидя на коляске он умудрился смотреть на неё сверху вниз. Во всяком случае, так казалось Татьяне. – Слушай, фифа, здесь живу я. А вот тебя я вижу впервые.

- Во-первых, я вам не фифа! – прошипела Татьяна, откидывая со лба кудрявую длинную прядь. – Во-вторых, я недавно переехала сюда. Всего три дня назад.

- Бляя, послал чёрт соседку! – криво усмехнулся мужик и прибавил какой-то трёхэтажный оборот, который Татьяна даже не поняла.

- Вы.. вы… хам и…и… - её словарный запас сегодня явно уступал лексике противника.

- Ты мне уже это говорила, - с кривой усмешкой заметил мужик и погрозил ей пальцем.

- Да? – Татьяна вдруг опешила.

- Да! – гаркнул он.

Демонстративно хмыкнув, она быстро открыла свою квартиру, вошла туда и громко захлопнула дверь.

- Гарпия! – долетел до неё крик соседа.

Увидев своё отражение в зеркале испугалась сама себя. Тушь на глазах потекла, оставив тёмные дорожки от высохших слёз, волосы, уложенные утром мягкими волнами, теперь торчали во все стороны непокорной гривой до плеч, а джинсы на коленях были в грязи, как и локти у курточки. Слёзы опять навернулись на глаза. За что ей такое? С самого начала день пошёл наперекосяк. С утра она принимала экзамен по истории средних веков у второго курса – это была сплошная нервотрёпка, потом встречалась со своими двумя дипломниками, вникая в их тексты, потом, заехав в супермаркет, простояла в пробке битых три часа. И вот в самом конце дня, выжатая, словно апельсин, радовалась, что, наконец-то, вернулась в тихий дом, и вот – на тебе! Это чудовище! Обозвал, облапал и… Татьяна поднесла ладонь к носу. Фуууу… Она же вся пропахла им. Подошедшая Персик потёрлась о ногу хозяйки и, будто соглашаясь с её мыслями, что-то мяукнула.

- Да, Персинька, ты права, запах ужасный, - сказала Татьяна.

Потом быстро разделась, сунула грязную одежду в стиралку, и пошла в ванну.

Наполняя ванну водой, она, как обычно, размышляла. Медиевист, уважаемый преподаватель, а дома… Кто она дома? И вот что, что в ней не так? Татьяна осмотрела себя в зеркало. Мдаа… Он прав - фифа! Где, ну где те пышные формы, которые должны быть у женщины её лет?! Грудки с кулачок… Татьяна повернулась полубоком, чтобы рассмотреть свой вид сзади. Ну, попка крепкая. «Наверное, занятия в тренажёрке сказываются, - удовлетворённо подумала женщина». Ноги стройные и для её роста длинные – тоже не плохо. Талия тонкая, с изгибом… Но всему этому не хватало основательности что ли… Всё какое-то слишком маленькое.

Руки заскользили по телу, словно исследуя его форму. Ладони чашами приподняли груди. Впрочем, ничего не приподнялось: миниатюрные холмики торчали сами по себе, как два прыщика. Нет, зря она несколько лет назад не сделала пластику. А теперь-то уж что? Теперь уже поздно, всё равно пышная грудь её жизни не изменит.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.