Жизнь замечательных людей по дзэну

Серия: Русский дзэн [0]
Жанр: Прочий юмор  Юмор    Автор: Эсаул Георгий   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Жизнь замечательных людей по дзэну ( )

ЛУКАВСТВО

Английский бизнесмен, композитор и не певец Людвиг Бетховен приехал по делам из Копенгагена в Санкт-Петербург – долго запрягал, да быстро ехал.

Экономии ради, композитор зашел в придорожный ресторан экономического класса – кабак.

В кабаке почти пусто, словно в чреве кита, только: кабатчик с усами, бородой, солидный господин в парике с буклями и девка-прислужница, но девка не человек.

Композитор и не певец Людвиг Бетховен откинул фалды сюртука и приготовился уже присесть на сосновую скамью, как увидел на земляном полу банкноту в сто рублей, словно голая графиня Екатерина Волконская возлежала.

Людвиг Бетховен с вопросом поднял глаза на солидного господина – почему не берет банкноту, словно приклеен к лавке.

Дворянин щедро зевнул, понял немой вопрос композитора и ответил:

— Созерцаю по дзэну бумажку, а так она мне без надобности.

Людвиг Бетховен встрепенулся, почувствовал музыку денег, согнулся в поясе медведем и протянул руку к банкноте.

Но рука скользнула мимо, как смычок мимо скрипки.

Людвиг Бетховен крякнул от досады, ниже согнулся и снова… схватил рукой воздух, как убегающую служанку не схватил в Амстердаме.

Пять раз Людвиг Бетховен пытался, но так и не взял сто рублей, словно они – проклятые.

Ан, заметил под конец представления, что дворянин за почти невидимую веревочку, связанную из волосков конского хвоста подтягивает к себе сто рублей – шутка русского народа.

Людвиг Бетховен понял, что над ним потешаются, поэтому не разогнул спины, а сделал вид, что не за банкнотой наклонялся, а радикулит его скрутил, как вола от голода.

— Радикулит! Вот и не разогну спину! И вовсе не за бумажкой наклонялся! — Людвиг Бетховен с косой улыбкой ответствовал кабатчику и дворянину (девка не считается).

— Лукавство! Дзэн! – дворянин обидно для Людвига Бетховена засмеялся.

Кабатчик упер руки в бока и захрюкал свиньей.

ПРИЗНАНИЕ

Графиня Анна Павловна Шерер славилась вольным гегельянским поведением, как балерина.

Летним днем она без ничего на Васильевском острове возлежала в своем саду на кушетке и посматривала на прохожих – так лиса высматривает мышь.

Мимо сада проходил корнет с пушком над верхней губой и насвистывал марш Мендельсона.

Анна Павловна Шерер взмахнула веером и крикнула корнету сквозь листья яблони:

— Корнет! Заходите на чай с дзэном! Вы чай пьете?

Корнет в изумлении рассматривал нагую графиню, а затем в величайшем смущении прибавил шаг, убегал от соблазна.

Через двадцать метров корнет совладал с собой, посчитал себя несчастным скромником и выкрикнул в волнении – так бахвалится декабрист перед казнью:

— Я чай не пью! Я пью только водку!

НАРОДНОЕ

Помещик Иван Васильевич Троекуров отличался отменным здоровьем, пышными усами и необычайной жестокостью с крепостными крестьянами.

На Великий Праздник Покров Иван Васильевич Троекуров после обязательного утреннего дзэна вызвал к себе крепостного Сеньку и в благодушии предложил, как лиса журавлю:

— Оброк ты, Сенька, платишь исправно Санкт-Петербургскому городовому.

Я тобой доволен и за усердие награждаю шапкой из своего бабушкиного сундука с камелиями. — Помещик Иван Васильевич Троекуров открыл сундук и широким жестом пригласил Сеньку, как на ярмарке мёда: — Выбирай из сундука любую шапку в награду.

Не продешеви, дороги шапки-то, как нижнее белье госпожи Ловенбрау.

Сенька на сеновале часто предавался дзэну, поэтому догадывался, что барин шутит, потешается; шапку — а шапки дорогущие – на собольем меху, на горностае, даже шапка Мономаха с каменьями – не даст, а отшутится, например: «Не по Сеньке шапка».

Но воля барская: Сенька примерял шапки, а Иван Васильевич Троекуров делал вид, что ни одна шапка Сеньке не подходит, не идет к его молодому лицу.

Наконец, Иван Васильевич Троекуров пошутил:

— Не по Сеньке шапки, – засмеялся с колыханием телес, и дворовые хохотали, и даже Сенька пыхтел, обиженный, как пес.

Сенька ужо обрадовался, что легко отделался от дзэна барина, но Иван Васильевич Троекуров вскочил на белы ноженьки, дико закричал, выпучил очи:

— Ату его! Хватай вора! На воре шапка горит! – и поджег на Сеньке шапку.

Сенька с горящей шапкой на голове (снять не посмел) побежал к колодцу, а за Сенькой - с лаем барские псы борзые, как девки за пригожим парнем.

Помещик Иван Васильевич Троекуров откинулся на мягкие подушки и с улыбкой Короля Англии произнес:

— Народное! Дзэн!

РАСПОРЯДИТЕЛЬНОЕ

Известная танцовщица и певица полячка Эвка Малиновская долгое время вела охоту на Российского Императора Петра Первого – очень хотела стать его дамой сердца, как Анхен белокурая бестия.

Император все время в делах Государственных: то сапоги тачает, то со стрельцов кожу снимает, а затем посыпает свежанину солью, то предается дзэну с Анхен.

В отчаянии Эвка пошла на крайние меры соблазнения, словно потеряла честь под Полтавой.

Она подкупила дьяка, узнала, каким путем Петр Первый направится на Рогожскую заставу и с утра стояла на дороге, словно столп Александрийский.

Чу! Показался Царский выезд, на белом коне – Петр Первый с усами, и Анхен.

Балерина Эвка в досаде прикусила нижнюю губку, но от своего не отказывалась: подняла ножку выше головы, а ножка обтянута заморским диковинным панталоном ажурным.

Эвка делала вид, что поправляет чулочек над головой, а Царскую свиту не замечает.

— Ах! Неожиданность, мой Государь! – Эвка обманно покраснела, будто бы её застали врасплох, как в будуаре с гусаром. – Не заметила вас, и панталон поправляю – неудобен он на моей ножке. – Эвка ножку не опустила, смотрела в глаза Петра Первого, как в бутылку с вином.

— Иван Федорович, – Петр Первый подозвал дьяка безбородого, как жареный соловей. — Распорядись, чтобы девке выдали штаны из холстины, а то от ихних панталонов нет толку: ни греют, ни от комаров не спасают – только и подтягивают их дамы на дорогах, что создает препятствие торжественному Царскому выезду.

Дзэн!

НЕЛЕПОСТЬ

Изобретатель Иван Петрович Кулибин часто летал на Луну на ракете – цилиндр, а из зада цилиндра адское пламя вылетает, словно из пасти черта.

Императрица Екатерина Вторая в день майского равноденствия пригласила Ивана Петровича на ужин, много любезничала, отчего Иван Петрович к концу ужина ощутил полное довольство, но затем, после дзэна укорила изобретателя.

— Иван Петрович! Не высокомерие ли это, когда вы на ракете летите на Луну на потеху иностранным Принцам.

Принцы выглядят нелепо, а вы залезаете в цилиндр, затем в нем летите – еще нелепее выглядите, чем Принцы заморские.

Посмотрите, что за картины камергеры и каптенармусы с вас рисовали, словно бесов в себе разводят. – Императрица показала пергаменты с рисунками затейливыми.

На рисунках Иван Петрович Кулибин с карикатурно большим носом и в нелепых башмаках взбирается по лестничке в ракету, а потом также нелепо выглядывает в окошко.

— Не видел себя со стороны в ракете, — изобретатель Иван Петрович Кулибин подцепил на вилочку рыжик и задумался над судьбой Российских механиков и продажных девиц: — Истинно, истинно говорите, матушка.

Нелепо выгляжу! Ох, не по дзэну это, не по дзэну!

С тех пор механик изобретатель Иван Петрович Кулибин на ракете не летал.

СЛУЧАЙНОЕ

Гусар Иван Васильевич Шереметьев долго искал подходы к несравненной княгине Ольге Павловне.

Но Ольга Павловна замужем за Государственным человеком Семеном Михайловичем Ломоносовым, поэтому назойливость гусара отвергала с легкой игрой.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.