Под прицелом. Часть 2

Серия: Exposure [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Под прицелом. Часть 2 ( )

Часть вторая. Эпизод первый. Кажется, мы справились с этим

Я провожаю взглядом парамедиков, которые вбегают в дом. Боже, пусть они поскорее вынесут оттуда Келс! Мне просто надо хотя бы увидеть ее, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

- Медведь, ты можешь узнать по рации, жива ли она? Я не выдержу этого. Пожалуйста!

То ли из-за отчаяния в моем голосе или умоляющего взгляда моих глаз он берет рацию и отходит от машины, чтобы переговорить без свидетелей. Он знает, что если она мертва, будет не очень хорошо, если я узнаю это от кого-то незнакомого.

Роби подходит ко мне и обнимает за плечи.

- Она жива, Харпер, - шепчет он в волнении. – Я знаю это. Келс сильная и она не оставит тебя.

Я киваю, еле сдерживая слезы. Чувствую себя как ребенок, который боится неизвестности.

Медведь возвращается ко мне и осторожно берет меня за руку.

- Идем со мной, посмотришь на свою девушку.

О, Боже, спасибо Тебе! Это самые лучшие слова, которые мне бы хотелось услышать! Я обнимаю широкую шею Медведя и целую его в щеку.

- Спасибо тебе, Медведь!

Он неуклюже гладит меня по спине. В его представлении приятели по покеру не должны обниматься и целоваться на глазах у всех. В моем тоже, но сейчас – исключение из правил.

Я отпускаю его и бегу к дому. Все, что сейчас имеет значение – это Келси. Ей нужна моя помощь.

Медведь перехватывает меня у двери.

- Мы подождем здесь – терпеливо объясняет он в ответ на мой негодующий взгляд. – Там еще работают криминалисты. Ее вынесут, как только будет возможность.

- Она жива, Медведь, - тихо отвечаю я. В ожидании ее я замечаю, что стою, слегка покачиваясь взад и вперед. Мой организм просто переполнен адреналином, ощущая, что это испытание приходит к концу. Ко мне вернулась былая энергия, и я всецело сконцентрировала ее на Келси и ее безопасности. Кажется, совсем скоро я избалую ее до невозможности.

Открываются двери и один из парамедиков выходит пятясь из дома, чуть не сбивая меня с ног. Я делаю шаг назад и наконец-то вижу Келс.

Девочка моя.

Что этот больной ублюдок сделал с тобой?

Парамедики двигаются к машине скорой помощи, и я быстро следую за ними, опасаясь отстать. По дороге отмечаю раны и повреждения – ее лицо в синяках и припухлостях из-за многочисленных ударов. На левой ноге, правой руке и запястье наложены шины. К ее телу подведена кислородная маска и капельница. Глаза закрыты.

Как хорошо, что для этого сукина сына вызвали коронера. Я хочу пожать руку тому копу, который застрелил его.

Парамедики на секунду останавливаются, чтобы подготовить ее носилки для транспортировки в машине, и я пользуюсь этой возможностью, чтобы нежно прикоснуться к ее руке, стараясь не доставить дополнительной боли.

- Эй, Крошка Ру! – тихо зову ее.

Ее глаза на мгновение приоткрываются. Она пытается что-то сказать, но ничего не слышно. Ее губы потрескались и уже не такие мягкие, как были раньше. Я склоняюсь пониже, чтобы услышать, о чем она шепчет.

Наконец разобрав, что она пытается сказать, отвечаю ей:

- Нет, детка, ты не умерла. С тобой все будет хорошо, клянусь тебе. Ты теперь со мной.

Один из парамедиков слегка толкает меня.

- Мы готовы.

- Я могу поехать с ней?

Он смотрит на меня:

- Вы ее родственница?

- Да, причем единственная, которая у нее есть, - и это правда. Ее мать абсолютно бесполезна, она предпочла остаться в Нью-Йорке, когда ее дитя похитили. Ее отец находится неизвестно где в зарубежной командировке.

- Тогда конечно, поехали с нами.

Ее носилки погружают в машину, и я взбираюсь за ней, чтобы тут же снова взять за руку.

Я склоняюсь к ней и шепчу:

- Просто расслабься, Келс. Ты выбралась из переделки и осталась в живых. Держись. Нам надо скоро переезжать в Нью-Йорк. А мама очень расстроится, если ты не займешь свое место на кухне.

* * *

Дорога к госпиталю была самой долгой в моей жизни. Я знаю, что она жива. Смотрю на то, как поднимается и опускается ее грудь – впервые без чувственных намерений – но меня беспокоит, что она не может сжать мою руку. Я держу ее поврежденную руку в своей, мысленно желая ей быть сильной и здоровой.

- Все будет хорошо, Келс, - шепчу ей на ухо. – Я люблю тебя, - после этих слов слышу едва различимое всхлипывание с ее стороны, и она слегка пожимает мою руку. С облегчением я делаю еще одну попытку. – Я люблю тебя, Келс, - она снова сжимает мою руку и ее глаза приоткрываются. Я немного пересаживаюсь, чтобы ей было удобно смотреть на меня. – Эй, солнышко.

Ее глаза почти бесцветны, и в них много боли. Она облизывает губы и выдыхает:

- Харпер.

Никогда раньше я не была так рада слышать ее милый голос.

- Ш-ш, отдыхай. Ты в безопасности и я рядом.

- Люблю тебя.

Я закрываю глаза и мысленно благодарю Бога за эти два слова. Когда снова бросаю на нее взгляд, ее глаза прикрыты, но рука по-прежнему сжимает мою.

- Все правильно, Крошка Ру. Все будет хорошо.

Мы приезжаем в госпиталь, и они быстро везут ее в отделение неотложной помощи. Я вынуждена отпустить ее руку, чтобы ее перевезли в травматологию, но стараюсь быть как можно ближе.

Перед дверью в палату меня останавливает грузная и внушительная медсестра. Я смотрю сквозь стекло, как Келс перемещают с каталки на стол.

- Мы сообщим Вам, как только сможем, - с этими словами она закрывает двери, и я могу наблюдать только через маленькие окошки. Почему мне раньше казалось, что родственники могут находиться в травматологии вместе с пациентом?

Кто-то кладет руку на мое плечо. Рядом стоят Роби и Медведь. Улыбаюсь им и стараюсь казаться сильной.

- Она жива. Она разговаривала со мной во время поездки.

- Я же говорил тебе, что с ней все будет хорошо.

- Он причинил ей сильную боль, Роби.

- Я знаю. Но она жива и будет жить. Напоминай себе об этом постоянно, - он сжимает мое плечо.

Я киваю.

- Она сказала, что любит меня.

- Да, подожди, «когда она узнает, что ты не девочка», - дразнится он, напоминая о нашем разговоре сегодня ночью. Или же это было вчера? Поздний рейд к дому, отсутствие сна, эмоциональное истощение в течение последних четырех дней – все это просто навалилось на меня тяжелым грузом.

- Точно, - смеюсь я, утирая слезы, которые предательски наворачиваются на глаза. Тем временем Медведь смотрит сквозь стекло на команду врачей, которые проводят какие-то манипуляции с Келс. – Что случилось? – в панике присоединяюсь к нему.

- Какая сильная женщина!

- Можешь мне не говорить об этом.

Он оборачивается ко мне, слегка качая головой.

- Ты не понимаешь, - он делает паузу, подбирая слова. В конце концов Медведь решает высказать все как есть. – Она убила его, Харпер. Она всадила четырнадцать пуль в этого ублюдка. Спецгруппа обнаружила ее, когда она выпускала холостые пули в его мертвое тело.

- Каким образом?! – я даже не хочу представить, как она могла заполучить его пистолет. Если он держал его рядом, значит, собирался воспользоваться им. И мы почти опоздали. Почти.

Медведь пожимает плечами.

- Я не знаю. Мы должны будем расспросить ее попозже о том, что случилось.

Я смотрю через двери на Келси. Она убила его? Я не могу даже представить Келс с пистолетом в руках, не говоря уже о четырнадцати выстрелах.

- Возможно, это и спасло ее жизнь, Харпер, - очевидно, Медведь почувствовал мое напряжение.

Киваю в ответ.

- Конечно же. Иначе она бы не сделала этого. Не такой она человек. – С другой стороны, если бы на ее месте была я, и в мои руки попал пистолет, я бы не колебалась ни секунды. Простите, мама и папа, но некоторые люди не заслуживают права на жизнь.

- Я знаю, - с сочувствием соглашается Медведь.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.