Черногорец на русской службе: генерал Бакич

Ганин Андрей Владиславович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Черногорец на русской службе: генерал Бакич (Ганин Андрей)

А.В. Ганин

Черногорец на русской службе:

ГЕНЕРАЛ БАКИЧ

Москва Русский путь 2004

ББК 63.3(2)6 Г19

ISBN 5- 85887-200-Х

Научный редактор

кандидат исторических наук, доцент О.Р. Айрапетов (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова)

Рецензенты

кандидат исторических наук, доцент Е.В. Волков (Южноуральский государственный университет, Челябинск);

кандидат исторических наук, доцент В.Ж. Цветков (Московский педагогический государственный университет)

Книга издана при финансовой поддержке В.Н. Башкина и некоммерческого фонда по увековечению памяти участников Белого движения «Память чести»

А.В. Ганин, 2004

Е.Л. Вельчинский, оформление, 2004 Русский путь, 2004

ВВЕДЕНИЕ

Рассматривая историю как процесс, в котором главную роль играет деятельность личностей, мы имеем полное право видеть в личности единственный фактор истории, по отношению к коему все остальное, что мы охотно представляем себе также действующим в истории, будет иметь значение простых условий.

Н.И. Кареев

Имя одного из вождей Белого движения, черногорца по национальности, генерал-лейтенанта Андрея Степановича Бакича неразрывно связано с эпохой революции и Гражданской войны в России и напоминает нам не только о ярких героических страницах истории Белой борьбы, но и о трагическом периоде исхода остатков белых армий Восточного фронта в изгнание. Несмотря на важную роль Бакича в развитии указанных событий, его жизнь и деятельность в тесной взаимосвязи с переломными моментами отечественной истории до сих пор по-настоящему не изучены. Существующая историография в чем-то даже мешает объективному взгляду на Бакича, направляя исследователя по ложному пути.

С уверенностью можно сказать, что латинская фраза vae victis (горе побежденным) применима и к прижизненной судьбе Бакича, и к тому, что писали о нем после смерти.

В работах советских историков было принято уничижительное отношение к Бакичу, которого один из авторов, И.Е. Молоков, позволил себе назвать не иначе как «этот тупой, с кругозором фельдфебеля авантюрист… За 20 лет, прожитых здесь, он научился носить военный мундир, но не овладел русским языком. Книг не читал, питал к ним отвращение. Генеральские погоны не прибавили ему ума»1. Сподвижнику Бакича, незаурядному руководителю белых партизан генералу Р.П. Степанову, по характеристике того же автора, «и в голову не приходило, что он всего лишь пешка в руках японских, английских и американских империалистов»2. Звучит впечатляюще, но насколько далеко от реальности! Этот же автор пишет, что Бакич не отрицал свою причастность к убийству Дутова3, причем данный факт для него равносилен признанию Бакича в организации убийства, в действительности осуществленного советской разведкой.

Касавшийся биографии Бакича В.К. Шалагинов был гораздо изощреннее в своих суждениях. Советский журналист, близкий к спецслужбам и получивший еще в конце 1960-х - начале 1970-х годов доступ к

4 А.В. Ганин. Черногорец на русской службе: генерал Бакич

материалам следственного дела Бакича, он ставил своей задачей, не навешивая каких-либо ярлыков, создать у читателей впечатление о полной умственной неполноценности Бакича и умелой подтасовкой фактов, порой не имевших ничего общего с действительностью, совершенно дискредитировать генерала4. Лишь в последние годы стали появляться, в том числе и на родине Бакича, серьезные исследования, в которых содержатся более взвешенные оценки его деятельности5. К сожалению, в этих работах Бакичу уделено лишь несколько страниц, а излагаемые факты его биографии часто перемешаны с предположениями.

Помимо этих работ, непосредственно затрагивающих биографию Бакича, мною был привлечен значительный массив как общих, так и специальных исследований, освещающих те события периода 1914- 1922 годов, активным участником которых был Бакич6. Особо мне хотелось бы выделить сохраняющие свое научное значение военно-исторические труды 1920-1940-х годов по истории Первой мировой и Гражданской войн7, авторы которых, проводя, в частности, детальный анализ тех или иных операций Гражданской войны, активно использовали архивные документы белых армий, что не характерно для последующей советской историографии Гражданской войны. При подготовке исследования мною использовались и справочные издания8.

Что касается биографий командного состава белых армий Востока России, то к числу серьезных монографических исследований на современном научном уровне, как в отечественной, так и в зарубежной историографии, можно отнести пока лишь несколько трудов, посвященных Р. Гайде, В.О. Каппелю, А.В. Колчаку, Р.Ф. Унгерну фон Штернбергу и М.В. Ханжину9, хотя некоторые из этих работ и не свободны от ошибок. С Сожалением приходится констатировать, что серьезных работ биографического жанра появляется крайне мало. Представляется справедливым утверждение одного из авторов издававшегося в эмиграции журнала «Часовой»: «Благодаря обилию материалов и воспоминаний, дело Белой борьбы на южном фронте освещено весьма основательно. О нем и его героях, участниках и неудачниках известно достаточно, чтобы иметь ясную, общую картину эпохи и характеристику всех его руководителей. Но о других фронтах борьбы, особенно о Сибирском, в общем сведений недостаточно. Кроме отдельных имен и общего хода событий, мы не имеем о ней ясного и детального понятия. Особенно слабо знакомство наше с выдающимися вождями и с самым характером Уральско-Сибирской обстановки»10.

Кроме того, с момента открытия доступа к архивным коллекциям по истории Белого движения до сих пор не появилось ни одной специальной работы, освещающей историю борьбы в 1919-1920 годах, исхода в Китайский Туркестан (Синьцзян) и дальнейшей судьбы частей Отдельной Оренбургской армии. В какой-то мере восполнить эти пробелы и предназначена данная книга.

Введение

5

В основе моего исследования - прежде всего ранее неизвестные и в подавляющем большинстве до сих пор не введенные в научный оборот архивные документы. Всего для написания работы было привлечено 82 единицы хранения из 32 фондов трех центральных архивов: Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного военного архива (РГВА), Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), двух региональных: Государственного архива Оренбургской области (ГАОО), Центра документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО) и одного общественного архива - Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» (БФРЗ). Кроме того, использовались материалы рукописного собрания Музея археологии и этнографии Челябинского государственного университета (предоставлены Е.В. Волковым), а также домашних архивов В.Н. Башкина (Воронеж), И.А. Гергенредера (Берлин), Е.В. Захарьиной (Оренбург). Из опубликованных источников, как это ни парадоксально, впервые вводятся в научный оборот материалы единственного чудом сохранившегося, благодаря стараниям выдающегося исследователя-эмигрантаИ.И. Серебренникова, экземпляра брошюры И. Еловского «Голодный поход Оренбургской армии» (Пекин, 1921), публикуемой в приложении, а также материалы уникального сборника «Оренбургский казак», изданного в Харбине в 1937 году.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.