Лекарство от любви

Назон Публий Овидий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Публий Овидий Назон.

ЛЕКАРСТВО ОТ ЛЮБВИ.

В этой книге моей прочитавши заглавную надпись,

«Вижу, — молвил Амур, — вижу, грозят мне войной!»

Нет, Купидон, подожди укорять за измену поэта,

Столько ходившего раз в битву во имя твое!

5 Я ведь не тот Диомед, от которого, раной измучась,

Мать твоя в светлый эфир Марсовых мчала коней.

Юноши — часто, а я — постоянно пылаю любовью;

«Что с тобой?» — спросишь меня — тотчас отвечу: «Влюблен!»

Разве не я дорогу к тебе расчистил наукой

10 И неразумный порыв разуму отдал во власть?

Не предавал я, малыш, ни тебя, ни нашу науку;

Выткавши, Муза моя не распускала тканье.

Если кому от любви хорошо — пускай на здоровье

Любит, пускай по волнам мчится на всех парусах.

15 А вот когда еле жив человек от нестоящей девки,

Тут-то ему и должна наша наука помочь.

Разве это годится, когда, захлестнув себе шею,

Виснет влюбленный в тоске с подпотолочных стропил?

Разве это годится — клинком пронзать себе сердце?

20 Сколько смертей за тобой, миролюбивый Амур!

Тот, кому гибель грозит, коли он от любви не отстанет,

Пусть отстает от любви: ты его зря не губи.

Ты ведь дитя, а детской душе подобают забавы —

Будь же в годы свои добрым владыкой забав.

25 Ты бы смертельными мог преследовать стрелами смертных,

Но не желаешь пятнать гибельной кровью стрелу.

Пусть твой приемный отец и мечами и пиками бьется

И, обагренный резней, мчится с победных полей;

Ты же искусство свое от матери принял в наследство,

30 И от него ни одна мать не теряла сынов.

Пусть в полуночной борьбе трещат под ударами двери,

Пусть многоцветный венок перевивает косяк,

Пусть молодые мужчины и женщины ищут друг друга

И от ревнивцев своих хитрый скрывают обман,

35 Пусть не допущенный в дом певуче стенает любовник

И запертому замку лесть расточает и брань, —

Радуйся этим слезам, а смерти преступной не требуй:

Слишком твой факел хорош для погребальных костров!

Так я Амуру сказал; и, раскинув блестящие крылья,

40 Молвил Амур золотой: «Что ж! Предприняв — доверши».

Все, кого мучит обман, к моим поспешайте урокам:

Юноши, вам говорю — вас ли не мучит любовь?

Я научил вас любви, и я же несу вам целенье,

Ибо в единой руке — раны и помощь от ран.

45 Почва одна у целебной травы и травы ядовитой —

Часто крапива в земле с розою рядом растет.

Был пелионским копьем поражен Геркулесов потомок —

И в пелионском копье он исцеленье нашел.

То, что юношам впрок, — и женщинам будет на пользу:

50 Я справедливо дарю средство и тем и другим.

Если же, девушки, вам несподручно какое оружье, —

Что ж, посторонний пример — тоже хороший урок.

Как хорошо уметь угашать жестокое пламя,

Как хорошо не бывать низкого чувства рабом!

55 Будь я учитель Филлиды — доселе жила бы Филлида,

Девятикратный свой путь вновь повторяя и вновь;

С башни Дидона своей не глядела бы в муке последней

Вслед дарданийским ладьям, парус направившим вдаль;

Меч на родных сыновей не вручила бы матери мука,

60 Чтобы супругу отмстить общей их крови ценой;

Сколько бы ни был Терей влюблен в красоту Филомелы,

Я бы ему помешал грешною птицею стать.

Ты приведи Пасифаю ко мне — и быка она бросит;

Федру ко мне приведи — Федра забудет любовь;

65 Дай мне Париса — и в дом Менелай воротится с Еленой,

И от данайских мечей не сокрушится Пергам;

Если бы эти стихи прочитала изменница Сцилла —

Пурпур бы цвел до конца, Нис, на твоей голове.

Слушайтесь, люди, меня, укротите опасные страсти,

70 И по прямому пути вашу пущу я ладью.

Был вашей книгой Назон, когда вы любить обучались, —

Ныне опять и опять будь вашей книгой Назон.

Я прихожу возвестить угнетенному сердцу свободу —

Вольноотпущенник, встань, волю приветствуй свою!

75

Пусть же меня при начале трудов осенят твои лавры,

Феб, подаривший людей песней и зельем от мук!

Будь мне подмогой певцу, и целителю будь мне подмогой,

Ибо и это и то вверено власти твоей.

Помните прежде всего: пока малое в сердце волненье,

80 Можно стопу удержать перед порогом любви;

Вытоптать в сердце сумей запавшее семя недуга —

И остановится конь тут же, на первом кругу.

Время силу дает, время соком лозу наливает,

Время недавний росток жатвенным колосом гнет.

85 Дуб, под широкую тень зовущий усталых прохожих,

В пору посадки своей прутиком маленьким был,

Каждый выдернуть мог бы его из земли неглубокой —

Ныне же как он велик в силе и мощи своей!

Быстрым движеньем ума окинь предмет своей страсти,

90 Чтоб ниспровергнуть ярмо, тяжкий сулящее гнет!

В самом начале болезнь пресеки — напрасны лекарства,

Если успеет она вызреть в упущенный срок.

Поторопись, и решенье со дня не откладывай на день:

То, что под силу сейчас, завтра уж будет невмочь.

95 Хитростью ищет любовь благотворного ей промедленья;

Нет для спасения дня лучше, чем нынешний день!

Только немногие реки родятся из мощных истоков —

Лишь постепенно ручьи полнятся многой водой.

Если бы меру греха могла ты предвидеть заране —

100 Век бы лица твоего, Мирра, не скрыла кора.

Видел я, видел не раз, как легко излечимая рана,

Не получая лекарств, больше и глубже росла.

Но не хотим мы терять плодов благосклонной Венеры

И повторяем себе: «Завтра успею порвать»;

105 А между тем глубоко вжигается тихое пламя,

И на глубоком корню пышно взрастает беда.

Если, однако, для спешных вмешательств упущено время

И застарелая страсть пленное сердце теснит, —

Больше леченье доставит забот, но это не значит,

110 Что безнадежен больной для запоздалых врачей.

Долго и тяжко страдал герой, рожденный Пеантом,

Прежде чем точный разрез отнял страдающий член;

Но, как промчались года и настала пора исцеленью,

Встал он и меткой рукой браням конец положил.

115 Я торопился лечить болезнь, не вошедшую в силу, —

Но для запущенных ран медленный нужен уход.

Чтобы пожар потушить, заливай его в самом начале

Или когда уже он сам задохнется в дыму.

Если же буйство растет и растет — не стой на дороге:

120 Там, где напор не иссяк, труден бывает подход.

Наискось можно легко переплыть по течению реку —

Только неумный пловец борется против струи.

Нетерпеливой душе противно разумное слово,

Самым разумным речам не поддается она;

125 Лучше тогда подойти, когда можно притронуться к ране

И открывается слух для убедительных слов.

Кто запретит, чтобы мать рыдала над прахом сыновним?

Над погребальным костром ей поученья не в прок.

Пусть изольется в слезах, пусть насытит болящую душу,

130 И уж тогда призови сдерживать горькую скорбь.

Время — царь врачеванья. Вино ли подносишь больному —

Вовремя дав, исцелишь, если же нет — повредишь.

Хуже можно разжечь и злей возбудить нездоровье,

Если леченье начнешь в непредназначенный час.

135 Стало быть, вот мой совет: чтоб лечиться моею наукой,

Прежде всего позабудь празднолюбивую лень!

Праздность рождает любовь и, родив, бережет и лелеет;

Праздность — почва и корм для вожделенного зла.

Если избудешь ты лень — посрамишь Купидоновы стрелы,

140 И угасающий свой факел уронит любовь.

Словно платан — виноградной лозе, словно тополь — потоку,

Словно высокий тростник илу болотному рад,

Так и богиня любви безделью и праздности рада:

Делом займись — и тотчас делу уступит любовь.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.