Под созвездием Большой Медведицы

Васильева Анна Владимировна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Под созвездием Большой Медведицы (Васильева Анна)

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

«Все! Все! Все! Этот остаток лета только МОЙ! Я села в поезд. И он скоро отойдет от перрона и увезет меня. Мне просто надо отдохнуть. Я слишком устала за последнее время это просто истощение духовных и физических сил».

Уложив под нижней полкой большую дорожную сумку, она уселась поближе к окну за столик. Нервное волнение внезапно охватило противной дрожью. Чтобы унять ее, она засунула ладони между коленок и крепко прижала. Способ неплохой, но успокоиться не получалось и дрожь не прекращалась.

«Я имею на это право», – успокаивала она себя, прикрыв веки. – «Никто не может меня упрекнуть ни в чем или укорить».

Последние почти три года ей пришлось, на самом деле, очень много работать, чтоб развить свой бизнес и помочь купить старшему сыну Ваньке квартиру. Закончить вместе с младшим сыном Семкой школу и поступить в институт. Старший сын, Ваня, был раньше ее больной темой, но она сделала все и для его бизнеса. Теперь больных тем не осталось.

Она уладила свои дела и могла спокойно отдохнуть. До Новосибирска не так далеко, а там ее встретит двоюродный дядя по матери. Ночь она проспала спокойно.

На перроне ее ждал дядя Сева – Всеволод Анатольевич Гермлер. Она сразу узнала его. Для семидесяти пяти лет он выглядел замечательно, так как всегда, жил в лесу, а не дома. Он стоял и пытался взглядом найти племянницу. Ну, вот, нашел и она увидела приятную улыбку дяди. С довольно тяжелой сумкой она вышла из вагона. Легкая, стройная, едва доставала Всеволоду Анатольевичу до плеча, и бросилась ему на шею. Всеволод Анатольевич нежно обнял ее и поцеловал в макушку.

– Дядя Сева! – Закричала она, но вдруг отстранилась. – Ничего не поменялось в наших планах?

– Ничего, Маняшка! – И снова прижал ее к себе.

Маняшка! А то, что Маняшке было сорок четыре года! Это как? Ай! Все к черту. Могу я побыть хоть недолго инфальтильной идиоткой? Очень даже могу! К черту всю серьезность!

Она перебросила тяжеленную спортивную сумку через плечо и Всеволод Анатольевич удивленно поднял брови, но ничего не сказал на этот жест. Идя по привокзальной площади, она сияла от странного счастья и всеобъемлющей свободы, а с губ не сходила блаженная улыбка. Всеволод Анатольевич подвел ее к «Тойоте-Камри». За рулем сидел мужчина, похожий на дядю. Он вышел из машины и подошел к ним.

– Знакомься, Машенька – это мой младший сын Кирилл.

Маша прикинула возраст – тридцать пять-тридцать шесть лет – и протянула руку.

– Мария.

– Кирилл, – не смущаясь отрекомендовался кузен и в ответ крепко сжал ее ладонь.

Маша с дядей Севой погрузились на заднее сиденье, а сумку устроила в ногах. Ехали минут пятнадцать. Она оглядывала город – современный, почти как Красноярск. Только вкрапления старины и остались. В одно мгновение ей показалось, что никуда и не уезжала, но мысленно понимала, что город чужой.

– Какие у вас планы? – Не оборачиваясь, поинтересовался Кирилл.

– План только один – уехать с вашим отцом в тайгу.

– Может, перейдем на «ты»? Все-таки родственники. – предложил Кирилл.

– Не против, – пожала плечами Маша.

– Отец только послезавтра едет на заимку. Тебе зачем туда?

– Релаксировать, – ответила Маша и уставилась в окно.

– В отпуск?

– Ага. Первый раз за три года.

– Что так редко? – удивился Кирилл.

– Не получалось. Работы много.

Больше она не произнесла ни слова, пока не подъехали к типовой пятиэтажке. Кирилл круто повернул во двор и остановился возле второго подъезда.

Маша окинула взглядом все, что находилось за салоном машины кузена: убитый двор с покосившимися постройками, обросшие кустарники, о которых все забыли и все остальное, что так роднит один город с другим.

– Все. Приехали, – провозгласил Кирилл.

Маша только кивнула головой. Открыла дверку и вытащила сумку. Снова окинула дом: ничего особенного.

– Какой этаж?

– Третий, – ответил Всеволод Анатольевич. – Пошли. Нас уже ждут.

Дверь открыла неведомая до селе мать Кирилла. Она приветливо улыбалась и пропустила нас вперед. Кирилл задержался возле матери, вручил пакеты с продуктами и крикнул на всю квартиру:

– Маша, папа, я поехал. Пока. – Только дверь хлопнула.

– Не обращайте внимания на него, Маша. Я – Лия Исааковна, – извиняясь за сына, проговорила хозяйка.

– Лия Исааковна, не извиняйтесь, – успокоила ее Маша. – У меня их тоже двое и они ничем не отличаются от ваших. Разве только возрастом.

Лия Исааковна ушла на кухню, а Маша с дядей расположились на диване в большой комнате. Через полчаса они вкушали вкусный обед под рюмочку ледяной водки. Лия Исааковна только пригубила, а дядя с племянницей выпили по паре рюмок за приезд и отставили.

– Чем вы будете заниматься, Маша? – Спросила Лия Исааковна.

– Отдыхать. В тайге.

– Сева, ты что, заберешь ее с собой? С ума сошел!

– Не беспокойтесь. Он выдаст ружье и мне нечего и некого бояться.

– Не понимаю я отдыха в тайге! – Удивлялась Лия Исааковна. – Что там делать?

– Ничего. Только я и лес. А дядя Сева пусть идет по своим делам.

Вечером Маша с удовольствием улеглась на чистую постель в большой комнате и сразу же заснула. Ей ничего не снилось. Она словно провалилась в сон. Крепкий и глубокий. Не слышала, как пришел Кирилл, как он подошел к ее изголовью и внимательно смотрел на нее. Ему показалось странным, что женщина средних лет захотела, пусть на время, поселиться в глухой тайге. Такого среди его знакомых не было.

Лия Исаковна прибиралась на кухне. Она обернулась, когда сын подошел к ней.

– Тебе не кажется, что Маша странная женщина? – спросил он мать.

– Нет, – просто ответила Лия Исааковна. – Она просто очень устала и нет ей нигде отдыха ни дома, ни на работе. Ну, нигде. Остается только спрятаться там, где трудно найтись.

Кирилл поднял брови: как просто мать объяснила приезд кузины! Потом пошел в спальню к родителям – Всеволод Анатольевич, удобно устроившись, читал какую-то книгу.

Он оторвался от страниц:

– Ты чего бродишь?

– Мне показалось, что Маша странная, а мама говорит, что она просто хочет на время убежать от людей. Ты как думаешь?

– Думаю, что мама права, Кира. У Машки жизнь не просто складывалась, но она не унывала. За это очень многие думают, что она лекомысленная, а это не так. Забот хватает. Вот она и сбежала, сказав только своей матери, где ее искать.

Кирилл снова поднял брови: его удивляло, что родители так хорошо понимают чужую душу, а говорят, что она потемки! Оказывается, для некоторых там не очень-то темно! Посмотрел на отца, но тот опять занялся книгой, и пошел в свою бывшую спальню.

Мама не позволяла там ничего менять – Кирилл еще не женат, не смотря на свои тридцать шесть лет, и комната должна оставаться за ним. Узкая кровать была расправлена заботливыми руками Лии Исааковны. Раздевшись, он прыгнул под простыню – такую прохладную! – и, быстро приняв удобное положение, уснул.

Маша проснулась, по ее меркам, рано – почти в девять, но Лия Исааковна проснулась еще раньше и колдовала на кухне. Увидев Машу, она заулыбалась.

– Проходи. Я сейчас налью чаю. Или лучше кофе?

– Кофе, – ответила Маша. – И покрепче… и побольше. Я только умоюсь.

– Иди. Я сейчас приготовлю.

В ванной комнате скоро она унюхала приятный аромат варившегося кофе. Покончив с умыванием, пришла в кухню и села на табурет за узким столом. Кофе просто сводил с ума своим запахом. Лия Исааковна достала малюсенькую чашечку из навесного шкафа, но Маша только покачала головой и тихо промолвила:

– А можно вон в ту чашечку?

Лия Исааковна посмотрела на что показывает племянница – это была почти пол-литровая кружка мужа!

– В нее?!

– Ага! – Обрадованно ответила Маша.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.