Туманы сами не рассеиваются (повесть и рассказы)

Вурцбергер Карл

Жанр: Военная проза  Проза    1975 год   Автор: Вурцбергер Карл   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Туманы сами не рассеиваются (повесть и рассказы) (Вурцбергер Карл)

Туманы сами не рассеиваются

роман

1

Начинался обычный осенний день. Восточный краешек неба постепенно светлел. С каждой минутой становились четче контуры леса. В кронах деревьев зазвенели первые птичьи голоса. Возле опушки леса мирно паслись косули. Прикрываясь темнотой, еще сохранившейся под кронами деревьев, к наблюдательной вышке на верхушке холма, отделявшего опушку леса от пограничной полосы, шли два пограничника.

Фельдфебель Ульф Рэке, держа автомат наготове, двигался в нескольких шагах за ефрейтором Раудорном. Бросив взгляд на наблюдательную вышку, он тихо прошептал:

— Кажется, они еще внизу, но уже недалеко.

Раудорн, не останавливаясь, молча кивнул ему.

Спустя минуту они встретились с пограничным нарядом, охранявшим этот участок. Один из пограничников спросил у них пароль, а потом подошел к Ульфу Рэке и тихо доложил:

— Товарищ фельдфебель, патруль в составе ефрейтора Кампе и рядового Шота несет охрану государственной границы. Происшествий нет.

Рэке протянул ему руку.

— Все тихо?

— Так точно. Вокруг, кажется, ни души. По крайней мере, мы ничего подозрительного не заметили.

Фельдфебель поднес к глазам бинокль, оглядел затянутую тонкой дымкой тумана контрольно-следовую полосу и с улыбкой спросил:

— Сегодня вы, товарищ Кампе, кажется, в последний раз на этом участке? Любопытно узнать, что чувствует пограничник, который через несколько дней снимет форму и поедет домой.

Ефрейтор, рослый худощавый парень с веснушками на лице, тихо засмеялся:

— Разумеется, я очень рад, товарищ фельдфебель. Хотя…

— Хотя? Что «хотя»? — спросил Рэке.

— Как обычно… Такое не скоро забудешь. У вас-то еще вся служба впереди.

Рэке кивнул, посмотрел на контрольно-следовую полосу, которая тянулась по просеке, и ответил задумчиво:

— Да. Два года… Осталось почти два года.

— Плюс три прошедших, итого пять, — с уважением подытожил Камне. — Что вы будете чувствовать перед демобилизацией?

Фельдфебель по-детски поджал губы, подумал несколько секунд и уклончиво ответил:

— Трудно сказать. Думаю, это будет зависеть от того, что случится за эти два года. Ну ладно, оставим это. — Стряхнув с себя задумчивость, он выпрямился и приказал: — Через десять минут заступайте на пост. Пограничная охрана ФРГ проводит обычно ровно в семь воздушную разведку вдоль государственной границы. Докладывайте быстро и точно! Выполняйте!

Кивнув Раудорну, который с задумчивым видом стоял в сторонке, фельдфебель двинулся вперед.

Когда они вышли из леса, прилегавшего к границе, огненный диск солнца уже выкатился из-за горизонта. Шли друг за другом, держа оружие наготове.

Рэке внимательно осмотрел изъезженную полевую дорогу, которая петляла по косогору. По обочинам желтела жухлая трава. Внизу, в туманной дымке, вырисовывалось здание пограничной заставы Таннберг. Из села выезжали на поля два трактора.

Пограничники остановились. Рэке закурил и, повернувшись к молчавшему Раудорну, сказал:

— Мне еще три призыва придется провожать на гражданку, старослужащие уходят, новобранцы приходят… А уж потом и до меня очередь дойдет. Все движется… Знаешь, когда я вижу демобилизованных, у меня на душе всегда скребут кошки. Не то зависть просыпается… не то тоска.

Угловатый, почти на голову ниже Рэке ефрейтор не без иронии заметил:

— И это говоришь ты? Лучший командир отделения в части?

— Не надо высоких слов, — засмеялся Рэке. — Я делаю свою работу так же, как и другие, не лучше и не хуже. Может быть, иногда немножко больше думаю. Но, между прочим, люди всегда радуются будущему. Я, например, радуюсь тому, что буду учиться. Это ведь естественно.

— Химия?

— Да. А что?

Ефрейтор немного помолчал, а затем заметил с легким упреком.

— Не знаю, нужно ли тебе об этом говорить. Последнее время кажется, что ты мысленно витаешь где-то далеко. В лаборатории или в аудитории…

— Чем ты можешь это доказать? — раздраженно спросил Рэке.

— Пожалуйста. Последние недели ты все свободное время сидишь над своими учебниками…

— Ну и что? — почти весело прервал его Рэке. — Ты думаешь, я начну учиться с пустой головой? Пять лет перерыва в наше время вполне достаточно, чтобы многое забыть, притом наука, дорогой мой, на месте не стоит! Все это нужно учитывать. Ты считаешь, что я не прав?

Раудорн покачал головой:

— В принципе нет. Однако и здесь нужно работать.

Рэке затоптал свою сигарету и, нахмурив брови, спросил:

— Хочешь сказать, что я запустил работу? Ну, выкладывай начистоту.

— Пока еще нет.

— Что значит «пока еще нет»?

Ефрейтор немного помедлил, потом подошел к Рэке поближе и сказал:

— Но скоро это произойдет, если ты вовремя не одумаешься. Когда я с тобой познакомился, ты был героем части: корректный, последовательный, с чертовски точными взглядами на мелочи, которые другие не замечали или просто не хотели замечать. Каждое твое решение было не только хорошо продумано, но и исходило вот отсюда, — он постучал себя по груди и добавил: — Теперь же все изменилось.

— Чепуха. Ты все преувеличиваешь.

— Ничего я не преувеличиваю. Могу даже назвать тебе причины.

— Интересно. Называй, я слушаю.

— Ты, видимо, устал. Три года твоя служба шла гладко, ты привык к этому и теперь думаешь, что она гладко будет идти, даже если ты перестанешь работать.

— Ладно, хватит!

— Дай мне договорить! Ты решил, что твоего прежнего опыта тебе хватит до конца службы.

— Ты с этим не согласен? — насмешливо спросил Рэке. — У тебя другое мнение?

— Нет. Нельзя дважды войти в одну и ту же воду. Смотри, чтобы твой опыт не стал тормозом. А то сядешь на мель раньше, чем думаешь.

Рэке пристально посмотрел на товарища и пробормотал:

— Любишь ты красивые слова говорить, дорогой мой. Не будь ты комсоргом, я бы тебе сказал.

Ефрейтор кивнул, на лице его появилась печальная улыбка.

— Вот видишь, раньше ты таких слов мне не говорил. Ты не просто устал, но еще и зазнался… Ах, Рэке, Рэке! Я тебе вот что скажу: в эстафете бегун имеет право сойти с дистанции только тогда, когда он передаст палочку другому. Только тогда, и не раньше.

Они молча смотрели друг на друга, пока Рэке не рассмеялся. Он обнял Раудорна за плечи и потянул за собой:

— Ты слитком честный парень, чтобы на тебя обижаться. Теперь пойдем.

Раудорн отвел его руки, постоял немного и сказал:

— Я говорю серьезно, Ульф. Через несколько дней приедут новички. Не забудь о нашем разговоре.

* * *

Примерно в это же время в кабинете начальника пограничной заставы Таннберг находились два офицера. Обер-лейтенант Гартман, заместитель по политчасти, стоял, опираясь на подоконник, а лейтенант Альбрехт, командир взвода, в котором служил Рэке, сидя читал лежащие перед ним листки.

Гартман выпрямился, шумно вздохнул и твердо сказал:

— Мы должны наконец решить, товарищи, как быть с рядовым Кольхазом. Остальные вопросы, я думаю, вам ясны. Я за то, чтобы перевести его в отделение фельдфебеля Рэке. Откладывать больше нельзя. Через пять дней к нам прибудут новички. Что скажешь, товарищ Альбрехт?

Лейтенант задумчиво посмотрел на Гартмана и, постукивая пальцами по столу, ответил:

— Если верить служебной характеристике, этот Кольхаз — твердый орешек даже для такого командира отделения, как Рэке. Заносчив, дерзок и уже успел получить два взыскания, хотя служит всего ничего. Этого, пожалуй, многовато. Ни с кем не дружит… Кроме того, официально он числится в четвертом взводе. Как я объясню его перевод Рэке?

Последние слова были обращены к начальнику пограничной заставы капитану Куммеру, сидящему за письменным столом и молча слушавшему разговор. Это был коренастый плотный мужчина лет пятидесяти, в черных волосах которого только появились первые седые пряди.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.