Когда Волга текла кровью

Холль Эдельберт

Серия: Вторая Мировая война. Жизнь и смерть на Восточном фронте [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Когда Волга текла кровью (Холль Эдельберт)

Панцергренадеры Гитлера

в Сталинграде

ЭдельЯерм Халль

ПАНЦЕРГРЕНАДЕРЫ ГИТЛЕРА В СТАЛИНГРАДЕ

Москва

«ЯУЗА-ПРЕСС»

2010

УДК 355/359 ББК 68 Х75

Оформление серии П. Волкова

Холль Э.

X 75 Когда Волга текла кровью. Панцергренадеры Гитлера в Сталинграде / Эдельберт Холль; [пер. с нем. А. Кияйкин]. М: — Яуза пресс , 2010. — 256 с. : ил. — (Вторая Мировая война. Жизнь и смерть на Восточном фронте).

ISBN 978-5-995-50213-5

Здесь горела земля, пылало и рушилось небо, а Волга текла кровью. Здесь решалась судьба Великой Отечественной войны и судьба России. Здесь Красная Армия сломала хребет прежде непобедимому Вермахту.

Переломное сражение Второй Мировой глазами немецкого офицера. Панцергренадеры Г итлера в огненном и ледяном аду Сталинграда.

УДК 355/359 ББК 68

ISBN 978-5-995-50213-5 © ООО «Яуза-пресс», 2010

Глава 1

БИТВА ЗА УСТЬЕ ЦАРИЦЫ

От женской тюрьмы ГПУ до берегов Волги за три дня

23 сентября 1942 г.

— Лейтенант Холль прибыл из отпуска по ранению! — Я стоял перед батальонным командиром, доктором Циммерманом.

— Господи, Холль, вас мне сам бог послал!

Я с удивлением взглянул в усталое вытянутое лицо моего майора.

— Должен вам сказать, — продолжал он, — в списке потерь последних дней — все ротные командиры. Ваш преемник, обер-лейтенант Менхерт; лейтенант Янке из пятой роты потерял правую руку в атаке на Сталинград-Южный, рубка была еще та, и пока что 8-ю роту принял обер-фельдфебель Якобс. Теперь у меня есть хотя бы вы и мой адъютант, лейтенант Шюллер.

Этот высокий худой человек — который годился мне в отцы — сидел, согнувшись над котелком, и серьезно смотрел на меня. Пламя свечи отражалось в стеклах очков.

— Мы каждый день ждем пополнений, потому что они отчаянно нужны; наверное, они уже на подходе.

8 июля мы оставили зимние позиции у реки Донец рядом с Нырково, чтобы принять участие в летнем наступлении. Атака на Бастион, где в апреле вас ранило, с самого начала стоила нам больших потерь. Лейтенант Ри-дель из 5-й роты — убит, его сменил лейтенант Янке; лейтенант Мадер из 6-й роты — убит, его сменил лейтенант Лейтенант АдельбертХолль в 1941 г. Кремер. Мы ПрОШЛИ через

Ворошиловград в общем направлении на юго-восток к Кавказу. Перейдя Дон, мы шли по калмыцкой степи, все так же на юго-восток. Встретили серьезное сопротивление у Катышевой балки. Когда мы его сломили, пришел приказ развернуться флангом влево и идти на северо-восток к Сталинграду. На южной окраине города нам снова пришлось преодолевать сильное сопротивление. Сейчас мы в самом разгаре уличных боев.

Я огляделся внимательнее. Поскольку города я не знал, батальонный связной встретил меня на исходе дня где-то в южных пригородах. Он провел меня в это трехэтажное каменное здание, проводив на КП батальона по настоящему лабиринту подземных ходов. Это был голый подвал без окон, с запахом сырости и плесени. Мне предстояло узнать, что все предыдущие недели помещение использовалось как женская тюрьма.

— Теперь расскажите, что с вами стало после ранения в Нырково.

— Мне хватит нескольких коротких фраз, герр майор. После того как меня прооперировали в Бад-Швапьбахе, чтобы вынуть пулю из правого плеча, я получил отпуск для свадьбы. Мы поженились 20 июня. Потом мой отпуск кончился, и мне пришлось доложить

о себе в запасном батальоне в Наумбурге-на-Заапе. Там я встретил несколько товарищей из нашей дивизии, включая теперешнего командира, герра гауптмана Шольца, моего бывшего командира роты, обер-лейтенанта Ферстеру, лейтенанта Мапеца и лейтенанта Ширбеля из нашего батальона и нескольких господ из других полков. Герр Малец предложил мне стать инструктором отряда истребителей танков (5 мая 1942-го Холль получил два значка «За подбитый танк противника» — за два танка, подбитых 8 августа 1941 г. из противотанкового ружья. — Прим. ред.), но я отклонил его предложение, потому что хотел вернуться к товарищам на фронт. Пока шло мое назначение на должность, у меня получилось еще несколько дней отдыха. 20 августа я снова был в Наумбурге и получил направление в 134-ю пехотную дивизию, развернутую в центральном секторе в районе Орла. Несмотря на теплый прием, оказанный командованием и солдатами, мне было невесело. Они не были моими старыми товарищами. У себя я знал каждого рядового в батальоне. А здесь я чувствовал себя как рыба, вынутая из воды. То, что я был назначен офицером пехотного прикрытия к командиру XXXXI танкового корпуса, генералу танковых войск Харпе, ничего не меняло. Под предлогом того, что меня беспокоит рана, я попросил генерала Харпе отправить меня домой до выздоровления. Вот командировочное предписание. Дорога в родную часть заняла 8 дней.

Майор ухмыльнулся:

— Так это все было сплошным притворством?

— Так точно, герр майор!

— Переночевать можете здесь, на командном пункте, а завтра принимайте свою старую седьмую роту. Тогда же прибудет лейтенант Шюллер; он направляется в роты на переднем крае, чтобы посмотреть, все ли там в порядке. Шюллер введет вас в курс дела насчет положения на передовой. А как у вас дела дома? Как жена и родители?

— Прекрасно, герр майор. Они, естественно, все были счастливы, особенно когда я быстро оправился от раны — все 8 недель за мной всячески ухаживали.

— Рад за вас, Холль. Кто знает, сколько вам еще придется ждать отпуска. А вот и лейтенант Шюллер.

Я обернулся и увидел располагающее лицо моего друга Иоахима Шюллера. Он тоже узнал меня с первого взгляда. Его лицо просветлело.

— Надо же, Альберт, хорошо, что ты вернулся. Ты прямо из дома?

Мы стиснули друг другу руки, поглядели друг на друга и обнялись.

— Нет, Йохен, я из-под Орла в центральном секторе. Остальное тебе расскажет командир. Как дела на фронте?

Его глаза посерьезнели.

— Сейчас на фронте тихо, но отчаянно нужно пополнение, последние дни были особенно жестоки и к людям, и к лошадям. С начала наступления от Нырково после зимней паузы у нас были значительные потери. Хельмут Ридель убит, Франц Мадер ранен, лошадь Зигфрида Пёнигка наступила на мину, погибли и всадник, и лошадь, и сейчас, перед Сталинградом-Южным, ранен твой преемник в седьмой роте, обер-

JL

~1Г

лейтенант Менхерт. Ханс Янке, принявший 5-ю роту после смерти нашего друга Риделя, потерял правую руку. У рядовых — не лучше; многие старые бойцы погибли или ранены. Самое время для пополнений.

Я вернулся от встречи с другом к грубой реальности. Всего пол года назад батальон имел хорошо сбалансированную структуру управления — командиром был гауптман доктор Циммерман, адъютант — лейтенант Шюллер, компанифюрер (временный командир роты. — Прим. ред.) 5-й роты — лейтенант Ридель, компанифюрер 6-й роты — лейтенант Мадер, компанифюрер 8-й роты — лейтенант Вайнгер-тнер, доктор Щепански — батальонный врач и обер-цальмейстер Кнопп отвечал за снабжение. Мы узнали друг друга во время формирования дивизии, в сентябре 1939 г., на войсковом полигоне в Кенигсбрюке под Дрезденом. А сейчас, всего три года спустя, нас осталось так мало.

— Пошли, ты можешь лечь вот здесь, а завтра с утра я сразу отведу тебя в твою роту.

— Спасибо, Йохен, я устал как собака. — Я лег на шерстяное одеяло, сделал себе «подушку» из походного ранца и попытался заснуть. В полусне я слушал, как наш командир разговаривает с полком по полевому телефону. Снаружи в подвал проникал приглу-

шенный звук разрывов световых бомб, и жужжание «швейной машинки» — так мы называли русские самолеты У-2 (По-2) — говорило о том, что я вернулся в родную часть.

Алфавит

Похожие книги

Вторая Мировая война. Жизнь и смерть на Восточном фронте

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.