По следам Синдбада Морехода. Океанская Аравия

Шумовский Теодор Адамович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
По следам Синдбада Морехода. Океанская Аравия (Шумовский Теодор)

Т-А-Шумовский

СИНДБАДА МОРЕХОДА. Океанская Аравия

Историко-географический очерк

Предисловие президента Географического общества Союза ССР академика А. Ф. ТРЕШНИКОВА

МОСКВА «МЫСЛЬ» 1986

ББК 26 8 г Ш 96

РЕДАКЦИИ ГЕОГРАФИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Рецензент доктор филологических наук О. Б. Фролова

1905020000-040

Столетию со дня рождения основателя арабистики в СССР академика И. Ю. Крачковского

(1883 — 1983) посвящаются эти страницы

ПРЕДИСЛОВИЕ

В богатейших собраниях восточных рукописей Института востоковедения Академии наук СССР вскоре после первой мировой войны были обнаружены три лоции знаменитого арабского морехода XV века Ахмада ибн Маджида, провед­шего корабли Васко да Гамы из Восточной Африки в Индию. Исследование лоций, которое автор настоящей книги доктор исторических наук Т. А. Шумовский выполнял еще студентом, стало началом его работы по планомерному изучению памят­ников арабской морской письменности средних веков. Про­должая изыскания первооткрывателя этих документов Г. Фер-рана (1864 — 1935), воспитанник строгой филологической школы академика И. Ю. Крачковского (1883 — 1951) в конеч­ном итоге смог прийти к выводу о том, что «давнее и система­тическое арабское мореплавание, освоившее практически все районы Средиземного моря и Индийского океана с частью Тихого, является бесспорным историческим фактом, требу-

3

ющим переоценки роли арабов в истории мировой культуры» (Шумовский Т. А. Арабы и море. Л., 1967). Это положение опирается прежде всего на данные, полученные в ходе тексто­логического разбора крупнейших документов старого ближне­восточного мореведения: «Книги полезных глав об основах и правилах морской науки» упомянутого выше Ахмада ибн Маджида, «Опоры в точном познании морских наук» его младшего современника Сулаймана ал-Махри и энциклопедии турецкого адмирала XVI века Сиди Али Челеби.

На страницах, следующих за настоящим предисловием, перед читателем раскрывается широкая картина средневеко­вого арабского судоходства в международных водах, неизвест­ная вчерашнему востоковедению.

Забывая о блестящем прошлом мореходного дела у ара­бов, западные ученые-востоковеды нередко изображали араб­скую культуру как культуру кочевников пустыни. Между тем, если корабли индийских купцов посещали гавани Красного моря и Восточной Африки, а китайские торговцы бывали в южной Аравии, Могадишо и Малинди, то на просторах Индийского океана господствовали арабские мореходы. Тор­говля вдоль всех берегов Индийского океана, от Софалы на юге Африки вплоть до Суматры, находилась в руках купечест­ва из багдадского халифата. Европейские мореплаватели XV века во многих отношениях были учениками арабских капитанов. Португальские мореплаватели использовали опыт арабских судоводителей Северной Африки, усовершенствова­ли навигационные инструменты и карты и создали новый тип каравеллы, имевшей хорошую парусную оснастку. Все это в конечном счете способствовало успешным географическим открытиям португальцев.

Предлагаемая книга содержит много других неожидан­ных фактов, о которых наша читающая публика узнает с интересом и пользой для себя. Работа обогащает представле­ния об историческом прошлом арабских народов, показывает их вклад в изучение и освоение морей, их несомненный приоритет перед европейцами в навигации на просторах Ин­дийского океана.

Президент Географического общества

Союза ССР, академик А. Ф. Трешников

Так представляли себе арабы в далеком средневековье истоки Нила

ИССЛЕДОВАТЕЛИ ДАВНИХ ТАЙН

...Рукописи ревнивы: они хотят владеть вниманием человека целиком и только тогда показывают свои тайны...

И. Ю. Крачковский

Минуло полтора столетия с той поры, когда турецкий адмирал Сиди Али Челеби завершил свой труд «Всеобъемлю­щая книга по науке о небесах и земных морях» — послед­ний луч вечерней зари классического арабского мореплавания, и его тема вновь заблистала, уже в другом преломлении, на этот раз под небом Европы. В 1704 году были изданы во французском переводе сказки «Тысяча и одна ночь», куда вошел цикл из семи морских путешествий багдадского купца Синдбада. К этому времени из памяти веков окончательно выветрились воспоминания о том, что на исходе первого тысячелетия н. э. пять арабских военных флотов были власте­линами Средиземного моря, что одновременно и позже араб­ское торговое судоходство и шедший за ним ислам подчинили своим целям ряд стран на берегах Индийского океана. Европейская колонизация позднее сделала свое дело — исто­рическое прошлое стран, утративших независимость, все более одевалось дымкой легенд и наконец растворилось в них. Остались одни предания, отрывочные и неясные, которые в глазах европоцентричного читателя преобразились в увлека­тельные сказки Шехерезады. Сравнительно небольшие по объему повести Синдбада Морехода тонут в калейдоскопе событий «Тысячи и одной ночи», происходящих на суше, а по содержанию они идут вразрез с укоренившимися пред­ставлениями об арабах как сухопутном народе.

5

Однако пытливые умы слышали в глухих отголосках боль­ше, чем того требует занимательная литература; интуиция говорила им, что повести Синдбада рождены не игрой фанта­зии, коей предназначено расцвечивать страницы сказок, а реальной историей, с чьего лика и пишет позднейшее время более или менее правдоподобные портреты. В этой связи характерна мысль Т. Эрмана: «Еще в тот период, когда вся Европа лежала в глубоком сне, арабы являлись торговой, морской, любящей искусства, предприимчивой нацией». Ско­рее догадка, нежели обоснованный вывод, это высказывание выдающегося немецкого географа, прозвучавшее на исходе того же восемнадцатого столетия, знаменовало начало ново­го, критического века в летописях европейского востоковеде­ния.

Неутомимый австрийский исследователь, несправедливо забытый И. Хаммер-Пургшталль, чья востоковедческая деятельность, в частности, сыграла небезынтересную роль в творчестве Бальзака и Гёте, опубликовал между 1834 — 1839 годами серию переводов из энциклопедии стамбульского адмирала и поэта Челеби по рукописи, приобретенной в Константинополе. Открытие венского ученого, эпохальное для своего времени, сохранявшее первостепенную научную цен­ность на протяжении всего XIX века, было одним из тех раа51кш, как говорят финны, опорных камней, на которых десятилетием позже Рено смог воздвигнуть величественное здание своего «Общего введения к географии восточных наро­дов». Учитывали его, конечно, и более поздние авторы, на­пример Бонелли, отдавший много труда изучению другой — неапольской — рукописи книги Челеби. Последним из круп­ных памятников эпохи Челеби в европейском востоковедении является издание в 1897 году немецкого перевода топографи­ческих частей энциклопедии турецкого флотоводца, осущест­вленное Максимилианом Биттнером и Вильгельмом Томаше-ком; интересно оно главным образом тридцатью приложенны­ми картами, на которых ясно видна зависимость данных Челеби и португальской географии Индийского океана от арабских морских справочников позднего средневековья.

Все эти достойные свершения, как и сопутствующая им серия небольших по объему этюдов, посвященных частным вопросам, оказались, однако, вехами предыстории. Такую же судьбу испытали появившиеся в том же XIX веке и самом начале XX работы, в большинстве своем вдохновленные ис­следованиями труда турецкого мореплавателя: издания «Из­вестий о Китае и об Индии» Абу Зайда Сирафского (Лангле и Рено, 1811, 1845) и «Чудес Индии» Бузурга ибн Шахрийара (Ван дер Лит, 1883), «Император Василий Болгаробойца.

6

Хроника Яхьи Антиохийского» В.Р. Розена (1883), «Византия и арабы» A.A. Васильева (1902). Произошла эта переоценка в связи с тем, что в 1912 году наука дождалась нового открытия.

Оно принадлежит французским ученым Г.Феррану(1864— 1935) и М. Годфруа-Демомбиню (1862—1957). Разыскивая в фондах Парижской национальной библиотеки материалы для капитального свода известий о Дальнем Востоке в ближневосточной литературе (этот шедевр филологии увидел свет через два года под названием «Relations de voyages et textes gйographiques arabes, persans et turks relatifs а l'Extrкme-Orient du VIII-e au XVПIП-e siиcles»), увлеченные исследователи случайно обнаружили две арабские рукописи, заключавшие в себе сочинения XV и XVI веков по море­ходству. Одна из них поступила в библиотеку за полвека до описываемых событий, другая, не привлекая ничьего внимания, хранилась в ней еще с начала восемнадцатого столетия. Имена авторов этих сочинений — Ахмад ибн Ма-джид и Сулайман ал-Махри. Молено не удивляться много­летнему пренебрежению к ценным рукописям, если помнить о психологическом барьере между средневековой действитель­ностью Азии и новой наукой Европы: при всей глубине ис­следовательской мысли, неукротимо и последовательно про­никавшей в суть явлений под воздействием духа Возрождения и рационализма XVIII века, Восток представлял для Запада чужой мир, где многие детали ускользали из поля зрения европейца, другие забылись, растворившись в море общих представлений; лишь одиночки, личности науки, догадывались, что прошлое дальних народов было богаче и ярче расхожих представлений. С другой стороны, в ходе европейской коло­низации множество документов истории восточных стран погибло и подверглось либо намеренному уничтожению, либо сильной — до неузнаваемости — переработке в метрополиях, что тоже не способствовало прояснению картины. Об араб­ских источниках, касающихся мореплавания, принято было думать, что они безвозвратно исчезли и невосстановимы; следовательно, никто и не надеялся найти их в двух старых рукописных сборниках под рядовыми четырехзначными но­мерами...

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.