Трое в одном

Залуцкий Амит Тимофеевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Трое в одном (Залуцкий Амит)

Глава 1. Таинственная коллекция

Этот вечер, казалось, ничем не отличался от многих других. Но именно с этого вечера начались удивительные события, в которых Асылбеку невольно пришлось принимать такое близкое участие.

Асылбек ни о чём и не подозревал, когда приглашал своего друга Бориса Стропилина. Он и не думал, что этот вечер будет последним из всех, которые они провели вместе. И потом он часто вспоминал до последней мелочи эти недолгие часы…

В этот вечер Борис и Лена пришли слишком рано.

— Именинник звонил, что вернётся через час, — сказал Асылбек, встречая гостей. — Вместе с ним придёт и Акбар.

— Подождём, — коротко ответил Борис и поставил на стол две бутылки шампанского.

А Лена предложила:

— Может, тебе помочь?

— Конечно! — обрадовался Асылбек.

И кивком указал на стол, заставленный посудой.

Лена повязала вместо фартука полотенце и принялась за мытьё. Асылбек вытирал тарелки. Борис тоже хотел присоединиться к ним, но Асылбек отмахнулся:

— Сиди! Без тебя управимся.

Чтобы его друг мыл посуду! Нет, Асылбек этого не позволит.

Асылбек — двадцатилетний юноша в массивных четырёхугольных очках — был моложе Бориса Стропилина на пять лет. Он старался держаться с Борисом как с равным, с дружеской грубоватостью, как положено мужчине с мужчиной. И всё-таки преклонялся перед ним. Ещё бы! Кто из знакомых Асылбека мог похвастаться такой силой и ловкостью, как этот молодой инженер! Борис был великолепным спортсменом: играл в теннис, в волейбол, был неплохим штангистом, а в институте увлекался велосипедными гонками.

Нравилась Асылбеку и Лена. Совсем недавно — всего месяц назад — Борис познакомил Асылбека со своей невестой.

Было это в маленькой комнатке общежития, где с двумя другими молодыми специалистами жил и инженер-строитель Борис Стропилин.

В тот день Асылбек забежал к другу чем-то взволнованный. Хотел рассказать Борису что-то интересное, но осёкся — у стола сидела худенькая, коротко остриженная девушка и перелистывала альбом. Борис стоял перед зеркалом и старательно повязывал галстук.

— Познакомься, — сказал он. — Это Лена.

Асылбек мельком взглянул на друга, словно спрашивая:

— Она?

И Борис, не отворачиваясь от зеркала, утвердительно прикрыл глаза:

— Она!

Юноша смущённо пожал протянутую тонкую руку и невнятно пробормотал:

— Орлов, Асылбек.

— Асылбек и… Орлов? — удивлённо переспросила девушка.

Борис усмехнулся и сказал:

— Вечная история. Всегда все удивляются, почему Асылбек стал Орловым. Имя киргизское, фамилия русская.

— А в самом деле — почему?

Юноша недовольно махнул рукой:

— Разве Борис вам не рассказывал?

— Ещё бы! — язвительно сказал Борис, затягивая узел галстука и ворочая шеей. — Мы только и делали, что говорили о таком выдающемся человеке. Это наша излюбленная тема. Как только встретимся, так сразу же вспоминаем Асылбека Орлова.

Асылбек сделал кислую мину, но промолчал. А Борис, полюбовавшись только что выполненной работой, наконец отвернулся от зеркала и снисходительно сказал:

— А вообще-то история довольно любопытная. Ты, Лена, попроси его рассказать, пока я пальто почищу.

Он снял с вешалки пальто, взял щётку и, выходя в коридор, на секунду замешкался и добавил:

— Не стесняйся, Асыл. Человечество должно знать твою биографию. Перед тобой сидит будущий филолог. Не упускай момента, старик!

— Пошёл к черту!

Борис вышел и так долго возился со своим потрёпанным студенческим пальто, вычищая из него следы извести и цемента, оставленные стройкой, что Асылбек не только перестал стесняться Лены, но и в самом деле успел ей рассказать о том, как давным-давно, сразу же после войны, его — воспитанника детдома — усыновил профессор Орлов.

Потом Лена вместе с Борисом раза три заходила к Орловым и познакомилась с Александром Ивановичем. А сегодня Асылбеку уже казалось, что он знает эту девушку чуть ли не с самого детства.

Ему уже надоело молчать, и он искренне обрадовался, когда Лена, вытирая тарелку, указала кивком головы на портрет, который висел на стене, и тихо спросила:

— Кто это?

Это был плохонький портрет молодого человека в офицерской форме девятнадцатого столетия.

— Он учёный?

Асылбек усмехнулся.

— Это не учёный. Это полковой лекарь. Хотя Александр Иванович говорит, что этот офицер мог бы стать великим учёным, если бы родился в другое время.

— Как его фамилия?

— Орлов.

— Тоже Орлов?

— Да. Илья Фёдорович Орлов. Дед Александра Ивановича. У него была очень интересная судьба.

— Чем же она интересна?

— Он бывший крепостной. Ровесник Пирогова и Гоголя. Так же, как и Пирогову, ему удалось закончить медицинский факультет Московского университета, и он стал врачом. Жилось ему трудно, и Илья Фёдорович был вынужден поступить в армию и стать полковым лекарем.

Несколько секунд девушка молчала, с любопытством разглядывая портрет. На неё чуть иронически смотрели умные, проницательные глаза полкового лекаря.

И Лена подумала, что Александр Иванович чем-то похож на своего деда: тот же крупный, мясистый нос, те же густые, лохматые брови, а под ними — те же маленькие, глубоко запавшие глаза.

У обоих в лицах было что-то простонародное или, как говорили раньше, мужицкое. Но эти грубоватые и сами по себе некрасивые черты придавали общему выражению лица столько одухотворённости, в нём угадывалось столько недюжиного ума и воли, что само лицо невольно становилось красивым.

Девушка почему-то вздохнула и тихо спросила:

— А за что его так ценит Александр Иванович?

— За что?

Асылбек задумчиво потёр лоб.

— Дедушка многое рассказывал о нём. И я понял, что Илья Фёдорович был очень любознательным человеком и искусным хирургом. Его интересовали большие проблемы…

Юноша помолчал и неожиданно спросил:

— Ты знаешь, что такое анабиоз?

— Нет. А что это?

— Это такое удивительное явление природы, когда жизнь в организме на время приостанавливается. Это бывает у многих животных и особенно у насекомых… Ты слышала о замечательном русском физиологе Бахметьеве?

— Нет.

— Вот он как раз и изучал явление анабиоза. Мне дедушка рассказывал об интересных опытах, которые делал этот учёный.

— Что это за опыты?

— Он наблюдал за зимней спячкой летучих мышей. Когда мыши засыпали, он помещал их в особый холодильник и постепенно снижал температуру их тела до девяти градусов ниже нуля.

— Так ведь они же могли замёрзнуть! — воскликнула с удивлением Лена.

— Вот именно. Он вытаскивал их из холодильника, и они были твёрдые, как камушки. А потом, когда Бахметьев отогревал их, мыши оттаивали и снова оживали.

Девушка рассмеялась:

— Как пельмени!

— Ты слушай, — недовольно сказал Асылбек. — Я тебе серьёзные вещи рассказываю, а ты хохочешь. Так вот, Илья Фёдорович Орлов задолго до Бахметьева заинтересовался анабиозом. Но он был хирургом и его больше интересовала проблема консервации тканей человеческого тела. Понимаешь? Он пытался сохранить живой часть человеческого организма. Словом, Илья Фёдорович думал над тем, что гораздо позднее заинтересовало Кравкова.

— А кто такой Кравков? — спросила Лена.

Прежде чем ответить, Асылбек с достоинством помолчал.

Ему нравилось, что студентка четвёртого курса доверчиво расспрашивала его, первокурсника.

Конечно, заслуга в том, что Асылбек кое-что знал о трудах некоторых учёных-медиков, принадлежала Александру Ивановичу. Именно он любил рассказывать Асылбеку обо всех этих вещах.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.