Кнопка

Моторный Максим Владимирович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Они провели меня по длинному коридору и, наконец-то сняв наручники, развязали мне повязку, закрывавшую глаза. Я осмотрелся. Это была тесная комнатка с белыми стенами, в которую умещалось только два предмета – низкий деревянный стул и узкий стол, вросший в стену.

– Садитесь, – сказал Агент. – Это и есть ваше рабочее место.

Когда меня вербовали, то утверждали, что работа будет тривиально простой, недолгой, безопасной и, что главное, очень хорошо оплачиваемой. Идя к стулу, я терялся в догадках. Что меня заставят делать? Сдавать семя в Международный фонд? Писать рецензии на графоманские романы? Тестировать новые компьютерные игры? Или же меня просто обвели вокруг пальца, втянув в подозрительную аферу?

Усевшись, я увидел еще две вещи – красную электрическую лампочку и ровно под ней большую пластмассовую кнопку с ложбинкой. Я положил палец в нее. Кнопка была очень удобна, казалась упругой и податливой одновременно, словно гашетка хорошего джойстика, и вызывала желание плавно вдавить ее в стол до упора.

– Не нажимайте, – вскрикнул Агент. – Уберите пока с нее палец, – сказал он уже спокойнее. – Еще не время.

– Не время, – повторил за ним я. – Значит, моя работа – нажимать эту вот кнопку?

– Совершенно верно, – серьезно сказал Агент.

Дурацкая улыбка расползлась по моему лицу.

– Не иронизируйте, – продолжил Агент. – Просто внимательно выслушайте и запомните все, что я сейчас скажу. Отныне каждый раз, когда в этом возникнет необходимость, вас будут привозить сюда. В ваши обязанности входит следить за лампочкой. Как только она загорится, раздастся дополнительный оповещающий сигнал – прозвучит звонок. Он будет продолжаться до тех пор, пока вы не нажмете на кнопку. Итак, вы слышите звонок и меньше, чем через минуту жмете на кнопку. Вам все ясно?

– А если… – начал я.

– Не стоит затягивать с этим, – перебил меня Агент, – это может повлечь очень серьезные последствия.

Я предпочел не уточнять, что это будут за последствия.

– Я повторяю, вам все ясно? – раздельно произнес Агент, тем самым подчеркивая важность вопроса.

Что-то неконкретное крылось в постановке задачи, и я явно что-то не понимал и хотел спросить, но не знал что. Переборов нерешительность я ответил:

– Да.

За спиной послышался звук закрываемой двери. Я встал и, желая проверить, толкнул ее. Она действительно была заперта, притом очень крепко.

Вернувшись назад за стол, я стал следить за лампочкой, подперев голову руками. Она не заставила себя долго ждать. Вспыхнула светом и замигала красная точка. Зазвучал громкий и резкий звонок, словно кто-то трусил новеньким медным колокольчиком прямо над ухом. Я медленно поднял палец и нажал на кнопку. В комнатке вновь воцарилась тишина.

В коридоре послышался звук шагов, и дверь распахнулась.

– Пойдемте, – сказал Агент, – на сегодня ваша работа окончена. Они вели меня по проходам и лифтам неизвестного здания, а я внезапно понял то, что хотел бы знать: что случилось с прежним хозяином моего теперешнего "кабинета", и что же делает эта таинственная кнопка?

Меня оставили одного в комнате. Я подошел к столу и, отодвинув стул в сторону, уперся в столешницу ладонями. В комнате как всегда было тихо, только за правой стеной раздавались неясные звуки. Я внимательно прислушался. Источник звуков приблизился, и я услышал крик.

– Нет, – кричал кто-то. – Не надо! Не надо же, сволочи, – молил плачущий голос. – Нет! Не-е-е-е-т!

Раздался щелчок, как будто закрылись наручники. И две пощечины. Тут же загорелась лампа, и зазвучал звонок. Я мгновенно нажал кнопку.

– А-а-а! – послышалось из-за стены. А звон не исчез. Лампочка горела по-прежнему. Я нажал кнопку снова. На этот раз послышался даже не крик, а клокочущий стон. А лампочка все горела. Я нажал и, не отпуская, давил кнопку. Вопль за стеной бессильно угас, а звонок все верещал сухим треском…

Я проснулся. В дверь настойчиво звонили.

– Кто там, – глухо спросил я, поднявшись и подойдя к двери.

– Собирайтесь, – услышал я голос Агента, – ваше присутствие срочно требуется на работе.

Мысли о кнопке не покидали меня ни на мгновенье. Меня могли привезти на работу глубокой ночью или ранним утром – в любое время суток. Регулярных выходных у меня как таковых не было, но бывали дни, когда за мной не приходили вовсе. Я был вынужден постоянно носить на руке браслет, даже когда спал, чтобы они быстро могли меня отыскать. За мной всегда приходил всегда один и тот же Агент с двумя вооруженными не то охранниками, не то надзирателями. Они завязывали мне глаза, цепляли на запястья наручники и куда-то везли. Откровенно говоря, я не был уверен даже в том, что меня каждый раз везли в то же место, хотя обстановка в комнатке всегда оставалась неизменной. Я терялся в мыслях. Положение усугубилось, когда мне выдали мою первую зарплату. Сумма была настолько внушительной, что я окончательно убедился в мысли – за кнопкой кроется что-то нехорошее и почти наверняка противозаконное.

Часто мне снится такой сон. Сырая холодная камера. На испещренной стене – четыре грубых металлических захвата. Сквозь решетки окна виден осенний закат. Чаще всего моросит дождь, и тогда я вижу струйки, бегущие по поросшей зеленым мхом стене.

Звякая ключами, в комнату входит надзиратель. Вслед за ним – священник. Затем двое солдат втаскивают избитого узника. Они тащат его к стене и пристегивают захватами. Узника смотрит на каждого из них, ища поддержки, но не находит ее ни у кого. Даже у бородатого попа в рясе и с Евангелием в черном массивном переплете. Четверо уходят. Щелкает в ржавом замке ключ.

И тут стена напротив узника вздрагивает и начинает двигаться. Остановившись, она обнажает дула четырех скорострельных пулеметов. На моем столе вспыхивает лампочка.

И тогда узник смотрит на меня. Меня нет в комнате, но я знаю, что он смотрит на меня, ища во мне поддержки, как прежде искал ее в тех четырех.

Он ее не находит. Я прижимаю кнопку большим пальцем. Она такая упругая и податливая одновременно, что хочется подержать ее подольше.

Тонкие дула мечутся из стороны в сторону. Свинцовый дождь рушится на стены, выщербляя в ней новые и новые дырки. Пули входят в череп, руки и туловище узника, заставляя содрогаться уже мертвое тело.

Я ненавижу этот сон.

В тот день мне пришлось ждать пятнадцать минут, прежде чем за мной пришли. Этот и дало мне время собраться с духом. Мне уже собрались было завязать глаза, но я остановил их, взяв Агента за руку. Она показалась мне холодной.

– Подождите, – сказал я.

– Я вас слушаю, – ответил Агент.

– Я могу знать, – мой голос почему-то дрожал, – могу ли я знать, что происходит, когда я нажимаю на кнопку.

Я ожидал любой реакции вплоть до пули во лбу, но случившегося я ждал меньше всего, именно потому, что очень на это надеялся.

– Конечно, – согласился он. – Но боюсь, вас это очень… – он тщательно подыскал слово, – разочарует.

– Мне все равно, – сказал я. – Я хочу знать, что я делаю.

Он смотрел на меня с любопытством, предвкушая эффект от слов, которые готовился сказать.

– Тогда вам следует знать еще одно: если вы узнаете ответ на ваш вопрос, мы будем вынуждены вас уволить.

Я задумался, но ровно на секунду.

– Пусть так, – согласился я. Теперь я знал ответ на еще один вопрос – что же случилось с моим предшественником.

– К следующему разу, я думаю, все будет готово, – заверил меня Агент. Они надели на меня все свои атрибуты и повели. Я подумал: а что, если сейчас вырваться? Вот я выскальзываю из наручников, ударяю ведущих меня друг об друга, бью Агента в лицо, выхватываю у него пистолет, вбегаю в первую попавшуюся дверь. И вижу в ней… Нет, ничего не выйдет. Остается только надеяться на их искренность. И ждать.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.