Бонус рейтингом 17+ к книге "Прекрасный секрет"

Лорен Кристина

Серия: Прекрасный подонок [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Рейтинг отрывка: NC-17

[Согласно кино-рейтингам, лица до 17 лет и младше на сеанс не допускаются – прим. переводчика]

Она недовольно заворчала и потянула меня за волосы.

Я провел пальцем по ее горлу вниз, к грудной клетке.

– Ты не захотела бы задерживаться на этих идеальных местечках: теплая кожа здесь, одинокая родинка там. Не стала бы целовать эти ребра.

Я наклонился поцеловать ее прямо под лифчиком, скользя рукой под спину, чтобы расстегнуть крючки, когда она выгнулась, извиваясь на кровати и поскуливая. С ее левого плеча соскользнула бретель, и я поцеловал открывшуюся мне кожу под ней.

– Мне снять его? – приподнимаясь на матрасе, спросила она.

– Пока нет.

Тяжело дыша, она замерла, когда я начал посасывать кожу под ее грудью, одновременно с этим стягивая ее юбку вниз по бедрам.

– Найл?

– М-м-м?

– Мне больно.

Мой смешок согрел ее кожу.

– Правда?

– Ты можешь оставить на мне все, что угодно, только прикоснись ко мне.

– Когда буду готов, я прикоснусь. Доверяй мне, – никогда раньше я не уделял этому внимание, смакуя и наслаждаясь. По сравнению со временем, проведенным с Руби, мой предыдущий сексуальный опыт ощущался, как неверный программный код.

Я наклонился, посасывая кожу мягких выпуклостей. Ее грудь такая полная и упругая. Со стоном я прижался к ней зубами. Мне хотелось кусать, сосать и поглощать. Вид ее груди превращал меня в дикаря, желающего схватить, вонзить зубы и… господи, просто трахнуть. Я воображал, как ползу вверх по ее телу, прижимаю свой член между ее грудей и скольжу; эгоистично гонясь за собственным удовольствием в жажде утонуть в ней, рядом с ее кожей, запахом и хриплыми задыхающимися звуками.

Небольшая часть меня инстинктивно замерла от такой неприкрыто грубой мысли, но голос Руби в моей голове звучал все громче: «Отпусти, ­– сказала она. – Покажи мне, что тебе нужно. Возьми то, что хочешь».

Рыча, я сел на нее верхом, стиснул вместе ее груди в лифчике, посасывая кожу в месте их соприкосновения и погружаясь языком внутрь восхитительной ложбинки.

У нее перехватило дыхание, и она выгнулась, возвращая руки в мои волосы и обнимая меня ногами, после чего притянула мои бедра ближе к себе, чтобы покачиваться и потираться об меня.

Я спустил бретели ее лифчика вниз по рукам и отбросил его в сторону. Ее соски были такого же тепло-розового оттенка, что и губы, и, не задумываясь – не засомневавшись даже на секунду – я наклонился и втянул один в рот, жадно посасывая и сжимая ладонью другую грудь.

Руби выгнулась на кровати, вскрикнув и потянув меня за волосы так сильно, что ощущение балансировало на грани удовольствия и боли.

– Найл, – выдохнула она. – О боже. Господи.

Ее ответная реакция была настолько яркой, что это чуть не прикончило меня; и причиной был я, просто проводящий языком по ее груди и накрывающий ее своим телом. Я хотел сохранить в памяти этот отклик, осторожно завернув и спрятав в укромное место. Мои мысли переместились от потребности освободить собственную боль к желанию дать ей больше этого удовольствия. Мне нужно напитаться ее реакцией до тех пор, пока она не будет потная и кричать подо мной.

Ее кожа словно светится от моих прикосновений; губами я очертил линии ее живота, окружность пупка и острую выпуклость тазовой кости. Следом за пальцами, стремящихся познать каждый сантиметр, провел зубами по каждому из этих открытий. Прижавшись бедрами к матрасу, я ощутил, как нарастает отчаянное желание освобождения.

Руби металась подо мной, безумная и умоляющая; на ее груди выступили капельки пота. Мои волосы всклокочены от движений ее рук и ногтей.

О-о, она охрененно чудесная.

– Дай мне попробовать тебя, – упрашивала она. – Позволь прикоснуться.

Ее слова пустили электрический ток вниз по спине и по всей длине члена.

– Подожди, дорогая.

– Не могу.

Я немного приспустил ее трусики, целуя мягкую кожу ее пупка и прямо над лобковой костью.

Она ахнула: «Да-а-а», и порывисто вдохнула, когда я стянул светло-желтое кружево вниз по ее бедрам, полностью раздевая ее.

Руби лежала абсолютно обнаженная и чертовски идеальная.

Я почувствовал на себе ее взгляд, когда провел рукой по ее ноге, глядя на свои загорелые пальцы на ее светлой коже. Внутренняя сторона ее бедра была такой нежной, какой я еще никогда не чувствовал, и мои пальцы слегка задрожали, когда я двинулся выше. Сердце в груди колотилось, как отбойный молоток. Конечно, я касался ее между ног и раньше, но тогда это было стремительно и интенсивно. Сейчас же в моем распоряжении были долгие часы. Я мог бы ночь напролет держать ее в своих объятиях и ртом ласкать ее грудь, ребра, живот.

Мои пальцы достигли бедренной складки, и я остановился в сантиметре от места, где она хотела меня больше всего. Дрожа под моей рукой, она приподняла бедра.

– Ты дразнишь и убиваешь меня, – схватив меня за запястье, прошептала она. – Клянусь, я кончу в ту же секунду, когда ты коснешься ко мне.

Сама эта мысль и то, как она ее произнесла – что одного моего прикосновения может быть настолько достаточно – было достаточно, чтобы я чуть не рухнул на нее. Прижавшись с улыбкой лицом к ее бедру, я скользнул по ней пальцами, застонав от ее пронзительного вскрика. Она истекала влагой, такая гладкая и теплая, и я едва не наклонился поцеловать ее там или – что еще более заманчиво – приподняться над ней и просто скользнуть внутрь.

Я был благодарен барьеру из собственных брюк, и мои мысли все еще занимала капля сомнений, как постоянное напоминание продвигаться не спеша.

Было невозможно удержаться от сравнения этого опыта с тем, что у меня еще был – поздней ночью в пабе, эти неловкие ощупывания и касания – хотя чувство вины затолкало это воспоминание в дальний ящик. Понимаю, что не должен думать о Порции в такой момент, даже в ключе своей независимости от нее, но вид лежащей передо мной обнаженной Руби разрывал мой мозг на куски при мысли, что к такому возвышенному чувству удовольствия я совершенно не привык. Руби освободила меня, открыла что-то такое во мне, что захотелось быть более откровенным с самим собой и с ней.

И как только я ее коснулся, даря удовольствие сначала двумя пальцами, а затем и тремя, я позволил собственным мыслям стать необузданными. Так я и должен себя чувствовать – быть в близости, дарить наслаждение тому, кто его так жаждет, когда оба партнера просто сдаются всему этому. Она открылась мне сегодня – в этом и был смысл ее признания – и в свою очередь дала мне свободу стать расслабленным с ней и в происходящем. С каждым круговым движением моей руки и с каждым стоном, срывающемся с ее губ, моя уверенность множилась в разы, пока я не стал убежден, что ни один мужчина так не хотел ни одну женщину, как я ту, что рядом со мной сейчас.

Я хотел целовать ее, облизывать и трахать, но примитивная часть меня – нечто темное, чего я никогда до сих пор не признавал – хотела в большей степени владеть ее губами, ее сияющей кожей, всхлипами, мягкими бедрами, и – я позволил себе в этом признаться – самой красивой сочащейся влагой киской, о какой я когда-либо только мог мечтать. Я хотел в более глубоком понимании видеть, что она моя.

Она начала сжиматься вокруг моих движений, и в восторге я ощутил, как все мои внутренности закипели. Как забавно, подумал я, что мое тело ломит от одного вида изгиба ее плеча, впадины пупка и биения пульса на ее шее.

Наблюдая за ее освобождением от моих прикосновений, я почувствовал, как мое сердце, казалось, буквально бьется где-то в горле. Я оторвал взгляд от места, где касался ее, чтобы приподняться выше и с силой пососать ее грудь, когда она замерла и показалась спокойной – ее дыхание стало медленным и глубоким – и тогда она откинулась головой на подушку и почти закричала, когда оргазм разорвал ее на части, сжимая мои пальцы внутри.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.