Фантазии Старой Москвы

Михеев Геннадий Александрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Фантазии Старой Москвы (Михеев Геннадий)

Геннадий Михеев

Фантазии

Старой

Москвы

Геннадий Михеев

Фантазии

Старой

Москвы

ПРЕДИСЛОВИЕ (И ПРЕДУСМОТРЕНИЕ)

Здесь соединены два проекта: литературный и фотографический. Если в текстовой части я в меру дарования напряг свой фантазийный аппарат, визуальная сторона абсолютна документальна. Собственно, это все, что я хотел сказать в качестве вводных замечаний.

НЕЗНАКОМКА И ХАРИТОНИЙ-ОГУРЕЧНИК

...Пробившись к краю платформы, Сергей узрел картину, достойную кисти Репина: промеж рельсов на коленях стояла согбенная фигурка, а перед ней громадиной возвышался поезд. Свет фар опалял безумца, а за стеклом угадывался впавший в ступор машинист. Цепляли абсолютно пустые его глаза.

Еще минуту назад слышался адский скрежет металла, а после - истерические визги. А теперь – адский гомон. Похоже, машинист оказался героем ситуации и вовремя вдарил по тормозам. Народ живо обсуждал инцидент, слышались едкие комментарии: "Дураков давить надо... Как повезло... Не было печали... Опоздаем... Какой кошмар..." Многие, лыбясь, фоткали.

Эпизод затянулся, как будто остановилось время. Наконец, минуты через две, видимо, когда сняли напряжение с контактного рельса, с платформы спрыгнули менты и принялись поднимать жертву. Та безвольно не сопротивлялась. Именно "та": когда самоубийцу втаскивали на платформу, прикрикивая на пассажиров, чтобы раздвинулись, Сергей увидел, что это девушка. Ее лицо почему-то сияло блаженством. Прекрасная незнакомка третьего тысячелетия от Рождества Христова. Жаль, что крышу снесло.

И только бронзовые изваяния сталинских суперменов и супервуменов все так же взирали на метросуету в буддистском всеприятии. Они уж столько всего этого наповидались...

Поезд все так же стоял, машинист продолжал тупо созерцать бесконечность. Сергей не стал дожидаться, ринулся вниз, в переход на "Театральную". Теперь разбирала только досада за поломанный ритм дня. Мало ли теперь городских сумасшедших – в Третьем Риме у многих крышу-то сносит.

Прошло около недели. Сергей сидел с приятелем Андрюхой в дешевой кафешке. Мужчины уминали фаст-фуд и лениво спорили. На сей раз - о природе экстремизма. Андрей вещает:

- Вся агрессия от веры. Во что человек верит - за то он готов убивать. Даже если речь идет о вере в торжество справедливости и... эти... идеалы свободы.

- Ну, почему, - парирует Сергей, - убивают и просто так. Это в книжках все мотивировано и детерминировано, а в жизни большое место оставлено его величеству случаю. Подруга не дала - пошел крушить ларек.

- Это тоже вера. В то, что подруги должны давать.

- Какая на хрен вера. Либидо и гормоны. Плюс царя в голове вытравили. При помощи зомбоящика.

- Бессмысленный и безобразный русский бунт локального масштаба - всего лишь хулиганство. Я же говорю о вопросах высшего порядка.

- От злостного хулиганства к безмерному злодейству меньше половины шага.

- Если ты имеешь в виду пусси раойт и пляски в храме, здесь все логично. Да они лишь б...и, верящие в то, что б.....о может быть искусством. Противоположная сторона наоборот верит в то, что искусство - это б.....о.

- Да одна это сторона! По большому-то счету. Православные экстремисты - лишь частный случай. Эрос подавляется многочисленными табу. Ну, и стыд разбирает за системные нарушения постов. Я конечно имею в виду не социальные сети, а религиозные... посты. И кстати про пуси-муси. Что девки бесновались в храме, ты запомнил. А что он там напели?

- Это… что-то там про Путина.

- За – али супротив?

- Да какая хрен разница. Сережа...
- Ох, не любит Сергей это уменьшительно-ласкательное, его прям бесит это "Сережа", но видно коллега испытывает желание побесить.
- Краткое сравнительное религиоведение. Возьмем эту вот забегаловку. Здесь сидят разные люди. Вбегает человек и кричит: "Христос воскресе!" Многие ответят: "Воистину воскресе!" Ежели человек крикнет: "Ом мане падме хум-м-м!", никто не отреагирует - чё, псих или хипстер. При возгласе "Алла акбар!" все без исключения попрячутся под столы.

Невольно Сергей глянул окрест себя. И взгляд его внезапно остановился на неожиданно знакомом лице. Это была та самая девушка, которая пыталась покончить собой на "Площади революции". Она сидела одна и как-то украдочно уничтожала бутерброд. Тут же взъелось сомнение: она - или похожа? А лицо-то простое, без особого гламура и косметики… таких вообще полно. Хотя… именно намек на блаженную улыбку и помог вспомнить. Еще вдруг подумалось: предположим, сидит рядом старуха, ковыряется в тарелке, кряхтит и чавкает. Жесть. Или ребенок, ковыряется в тарелке, кряхтит и чавкает. Покатит. А приятная девушка даже если отрыгнет - норм, ведь молодице всё к лИцу. Это к вопросу о природе приятия. Андрюха вот не кряхтит и не чавкает, но уже раздражает...

Андрей вывел Сергея из "грогги":

- В принципе я не против б....й, но наверное все же не стоит б....м дозволять плясать там, где поют.

- Б...ь, Анд-рюша - это ведь всего лишь любительница.
- Сергей ответил на "Сережу". Он приметил краешком глаза, что до нее, то есть, до метрожертвы, слово "б...ь" донеслось, и она вздрогнула. Непонятно отчего, Сергея получение самоубийцей "месседжа" даже как-то окрылило. Да нет - понятно: брутальный, чё.
- И кстати... почему-то любителей потрахаться и альфа-самцов нехорошими словами не называют.

Между тем Сергей размышлял только об одном: подкатить - или... а вдруг - не она? Даже если она - что он ей скажет... "Здрасьте-пажалста, я имел честь быть свидетелем вашего суицида!"

Два приятеля - логисты, если по-старинке - складские работники. Ну, да - Сергей с Андреем все же бело-синие воротнички, забивают в компьютеры базу данных, а не ящики ворочают. По большому счету, планктон. Несмотря на возраст опытных мужиков, неженатые - и не были. Тренд, что ли, такой.

И все же Сергей решился. Сказал приятелю: "Чуть задержусь...", причем Андрей посмотрел на визави удивленно. Меньше анализа - больше решимости. Подойдя к столику со знакомой незнакомкой, уверенно и без спроса сел. Та допивала кофе, с близи лицо показалось совсем уж простоватым.

- Меня Сергеем зовут.
- Заявил он нагло.

- Зовут - иди.
- Ответила она тотчас.

- Уже.

- Что?

- Пришел.

- Разве тебя подзывали?

- Разве я собачка, чтобы по призыву.

- Отвали.

И все-таки она, заключил Сергей. А еще делает вид, что типа мало прожито - много пережито.

Вытерев ротик салфеткой, девушка резко встала и пошла к двери. Сергей, выдержав паузу, двинулся вслед. Незнакомка свернула на улицу Солженицына (бывшая Коммунистическая, а до того - Алексеевская). Сергей глупо пристроился метрах в пяти сзади, наблюдая тощую, обтянутую джинсами задницу, темно-русые волосы, забранные в хвостик и худые плечи под черной кофтой. Как раз плечи более всего узнаваемы: сто процентов она! Именно такой он впервые увидел ее на путях "Площади революции": дура, противостоящая гигантской железной массе, извергающей холодный светодиодный поток. Так они прошагали метров двести. Она, резко остановившись и не обернувшись, произнесла:

- Ты же не собака.

- Я просто боюсь тебя потерять.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.