Волчья жена. Глава 4

Виноградова Ольга

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Я кивнула, убралась в избу и закрыла окошко. Зачем себя травлю и его? Да только как отказаться? Разум словно отказал...

И я тянула время. Каждый день обещала что вот сегодня, сегодня непременно соберу вещи, запряги подлеченную конягу в телегу скрипучую и трону поводья, но к вечеру вновь сидела на лавке напротив своего охотника и улыбалась ему, ни о чём разговаривая. А потом и Лешего приплела. Неужто откажет мне в просьбе? Не выведет за два дня до Соснового Бора. Я же добра с ним была, да и он меня привечал. Экая малость дорожку к окаянному мужу сплести! Поймет он меня, как не понять? Обманывала я себя, знала об этом, но сердцу своему отказать не могла. Не хотела.

Пока Вадька строго не наказал:

- Что ж, ты, Янэ, на драку меж мужиками посмотреть хочешь? Завтра уж первая седмица седьмого месяца начинается, а ты все не собралась. Ну-ка марш одежонку собирать, да травки какие в дороге пригодятся!

Я вспыхнула. Злость мгновенно пробрала.

- Умный, да?
- Кривая усмешка уродливым пятном расползлась по лицу.

- Чай не дурак, хоть и соображаю медленно, - не испугался моего гнева охотник.
- Ты давай собирайся, на стол собрать и я сам могу, - Вадимир встал, отобрал у меня крынку с молоком и на стол поставил.
- А завтра утречком к Лешему на поклон и в дорогу.

- Не хочу!
- Ногой топнула.

- И я не хочу тебя отпускать, но надо, Янэ, надо. Не запросто так же едешь, а за нас с тобой просить. Если всё так, как говоришь, как я вижу, то сможешь. А я подожду, но если не вернешься, то выручать отправлюсь, - мужчина коснулся моей щеки. Погладил пальцами запрокинутое лицо.

- А что ты видишь, Вадь?
- И снова в глаза его смотрю.

- А то, что любишь ты меня, хоть и не призналась, но мне и не надо. Я когда рядом, то такой жар от тебя чувствую, что с трудом сдерживаюсь. Так что езжай, пока я к кузнецу не пошел.

- Это зачем?
- Удивилась я.

- Да за трусами железными! Я другого способа удержаться не вижу!

- Тьфу, охальник!
- Я оттолкнула мужчину, засмеявшись.

А он ничуть не смутился, по спине моей рукой провел и к кладовой подтолкнул. Сам за крынку схватился и выдул молочко разом. И к колодцу махнул.

Я сложила смену белья в корзину, сунула немного снадобий в кошель, пару серебряных монет в потайной кармашек положила, личные вещи - гребешки да ленты присовокупила. Еду утром заверну, а пока надобно с Лешиком поговорить. Далеко он, долго звать буду. Вадьке кивнула и к лесу дернула.

Дневной жар уступил вечерней прохладе. Бабки на лавочках расселись, как курицы на насестах, семечки лузгали, да о деревенских шептались. Со всех сторон охи-ахи раздавались. Пару раз имя свое уловила, да мимо прошла. И так знаю что говорят: мол живем неженатые, дурной пример подаем. У меня на это один ответ: тем кто смотрит, своей головой думать, а не с чужой руки мед слизывать!

В лесу я дерн сняла, костерок развела, пару слов прошептала, да пучок травок сожгла, и ждать принялась, авось дойдет мое послание.

Дошло.

Лешик появился маленький, бледненький, на грибок похожий. Завертелся на пне поганкой, заругался:

- Ты чего, девка, удумала? Ты меня за сколько верст от дома родного зовешь?! Уморить хочешь?

- Лешик, миленький, прости, не просто так я тебя позвала, а по надобности. Помоги мне, сплети дорогу короткую, иначе опоздаю я и быть мне волчьей женой до старости, а я влюбилась, понимаешь?
- На колени перед пеньком упала и уже рыдать приготовилась. Лешик, он, жалостливый, авось слезы проймут сердце лесное.

- Ой, да не стони ты, - Хозяин леса взмахнул тоненькими ручонками.
- Помогу я тебе безголовой! Мне же крови в лесу не надобно. Кровь она сердце леса портит. Только... что там про любовь сказала?

- Ой, спасибо тебе, Лешик, выручил. Завтра с утра тогда в путь тронусь. будет время у Агнешки погостить, а потом обратно своим ходом, тебя тревожить не стану, - вопрос про любовь я пропустила. меньше знаешь - крепче спишь. Да и сболтнула я лишнего. Хозяин он не только со мной дружит. Вацлава тоже привечает и как знать не донесет ли...

- Завтра, так завтра, - кивнул Лешик.

- Вот и ладненько, пойду я, а то еще собираться, - соврала без зазрения совести, с колен поднялась и... это что такое? Ноги будто в землю вросли.

- Куда ж ты пойдешь?
- Насмешка в голосе.
- Я тебе вопрос задал, с ты сбежать надумала? Ах ты моль лесная, тебе что было сказано? Сидеть тихо и носа не казать на улицу, а ты шашни завела! Ты об какую корягу споткнулась, Янэшка?

Я дернулась, но сила держала крепко. Ведь не отпустит, поганец, пока все не выложу. Эх, укоротят мне когда-нибудт язык и за дело!

- Вадимиром корягу звать. человек он. Охотник.

- И что же ты: раз поглядела и втрескалась по самую маковку?
- Съехидничал Леший.

- Не раз. Я долго к нему присматривалась. Хороший он, - села на землю. Что ноги зря протирать? Разговор скорее всего затянется.

- Лучше Князюшки?
- Не унимался грибок.

- Даже не сравнивай!
- Ощерилась я.
- Что я хорошего от Князя видела? Зуботычины сплошные и подзатыльники, а Вадька, он... он подарки мне носит, по хозяйству помогает и ласки не чурается!

- От врет и краснеет! Вацлав тебя и пальцем тронул!

Ага, зачем ему руки, когда словами больнее ранить можно? И помню я все про воспитание. Никогда этих слов не забуду! От них сразу сердце пеплом осыпалось. разве можно так с живыми людьми поступать?

- Ну, все выспросил или еще пытать будешь?

- Да что с тобой разговаривать? К киморы и то у нее будут!
- Плюнул Хозяин Леса.
- Приходи завтра поутру. сюда же приходи. Тут и тропинка будет. За день не доедешь, уж больно много верст мотать надо, а тат слаб я, но денька за два доберешься, коли ворон считать не будешь. И с дороги не сходи! Как увидишь ручеек посередь тропы, так на ночь останавливайся прямо на дороге. Чужой не пройдет, зверь не тронет. И...
- Леший вздохнул.
- Уж не знаю кого о милости просить, но надейся, что все обойдется. Кровь оно завсегда плохо...

И я не знаю.

А просить не буду.

Сами разберемся. Не будет же Вацлав с ненавистью в собственном доме мириться, с иного я ему предложить не могу.

Леший исчез. Я разворошила костер, прикрыла тлеющие угли дерном и поспешила домой. Вроде и говорили всего ничего, а стемнеть успело.

***

Я встала с первыми петухами. Проверила поклажу, отнесла ее в телегу, перекусила наскоро холодненьким и начала собираться. Развела настойку жгученника в тазу, половину сразу с бутыль темного стекла перелила, рядом положила тряпицу и разделась. Запах следовало уничтожить. Не думаю, что насквозь Вадимиром пропахла, но повод для помешательства давать Вацлавау не хотелось. Мне жить хочется. Особенно теперь.

Я поневоле улыбнулась. Вадька обещал проводить до ворот деревеньки. Тяжело, но лучше так расстаться, чем без вовсе прощания. Так и вижу...

Тряпица заскользила по телу. Лучше бы это не тряпица была, а Вадькины руки... Они у него большие. Пальцы широкие. Я вздохнула. Ой, это же не я! Распахнула глаза и уставилась на непрошеного гостя.

- Янэшка...
- простонал охотник и шагнул ко мне. Заорать бы, прикрыться, выгнать, а я только тряпку судорожно сжала и смотрю на мужчину. Жду.
- Янэ...
- он вздохнул. Шумно.
- Что же ты со мной делаешь...

- Что же?
- Свой голос не узнала. Высокий. Ломкий, будто солома прошлогодняя.

- Ты меня без ножа режешь. Прикройся, будь ласкова, - не глядя на меня попросил Вадимир.

- А если нет?
- Вздернула подбородок. Ой, и бесстыжая я! Откуда взялось только. Или это к всех баб к сроку просыпается?

Промолчал. Подошел мягко, волосы тронул, поднес прядь к носу и вдохнул с упоением. Спину ласково погладил. на бедре задержался. Одним пальчиком только круг обвел, а следом за рубашкой моей потянулся. Грубая ткань коснулась кожи. Вадимир сам завязал верхние тесемки и затянул потуже. Следом я сама справилась.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.