Три

Симмонс Кристен

Серия: Статья Пятая [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Три (Симмонс Кристен)

Кристен Симмонс

Три

Глава 1

Сон менялся. Я чувствовала это, даже не приходя в себя.

До сих пор он заключался в том, что нас с мамой, которую я держала за руку, тащило по нашей безлюдной улице ко все той же жестокой цели – дому, солдатам и крови. Постоянно к крови. Но теперь что-то изменилось. Стало непривычным. И это терзало меня изнутри, как загадка, ответ на которую я не могу понять.

Асфальт оставался все таким же растрескавшимся. Район, погруженный в настороженную тишину, выжидал, а на каждой приговоренной двери красовался плакат со Статутом, будто предупреждение о чуме. Сверху с одной стороны в другую раскинулось плоское небо, и вдруг я оказалась одна.

А потом рядом со мной, там, где должна была стоять мама, появился Чейз.

Не повзрослевший Чейз, а мальчик, которого я повстречала много лет назад: лохматые черные волосы и любознательный, дерзкий взгляд восьмилетнего сорванца в белых носках, торчавших из-под джинсов, из которых он уже вырос. Он стрелой помчался по переулку, и я, хихикая, побежала следом.

Он оказался быстрым. Каждый раз, когда я его догоняла, он умудрялся увернуться и мои пальцы оказывались в нескольких дюймах от его раздувающейся футболки. Его смех наполнял меня чем-то теплым и забытым, и некоторое время вокруг не существовало ничего, кроме радости.

Но небо начало наливаться синим, и беспечность, с которой он пнул камень, послав его вперед по центру дороги, внезапно встревожила меня. Он был слишком мал, чтобы знать, что происходит. Что это место больше не безопасно. Я настойчиво схватила его за руку.

– Комендантский час, – сказала я. – Пора домой.

Но он сопротивлялся.

Я попыталась потянуть его за собой, но безуспешно. Его маленькая ладошка выскальзывала из моих пальцев. Угасающий свет усиливал мой страх.

Они приближались. Их шаги отдавались у меня в груди.

Опустилась темнота, угольно-черная и такая же плотная. Я больше не различала домов, остался только невинный ребенок рядом со мной да разрушенная дорога, на которой мы стояли.

К нам подошел солдат в аккуратно отглаженной форме. Его стройная гибкая фигура казалась знакомой даже на расстоянии. Золотистые волосы блестели в безлунной ночи, словно нимб.

Я знала, к чему это идет, но мое сердце все равно колотилось где-то в животе. Я старалась оттолкнуть мальчика себе за спину, чтобы укрыть его от человека, который убил мою маму.

– Ты его не тронешь, – сказала я Такеру Моррису, но с моих губ не сорвалось ни единого звука. Тем не менее крик, раздавшийся в моем сознании, кажется,

только придал Такеру скорости, и внезапно он оказался близко, всего в трех футах от нас, нацелив ствол прямо мне между глаз.

Я крикнула мальчику, чтобы он убегал, но прежде, чем успела повернуться и сделать то же самое, мой взгляд упал на лицо мужчины.

Это был не Такер. Передо мной стоял другой солдат, с бледной кожей и давно мертвыми глазами. В его груди зияла дыра, из которой сочилась кровь. Тот самый, которого мы убили в Чикаго во время побега из больницы.

Харпер.

Я задохнулась, споткнулась и упала на спину, так что больше ничто не прикрывало мальчика позади меня от пистолета.

Харпер выстрелил, и звуковая волна встряхнула мир и взломала асфальт. Когда все кончилось, маленький мальчик остался лежать без движения, в его грудной клетке была пробита дыра размером с кулак.

Я резко проснулась, готовая к бою. Образ солдата, Харпера, которого Чейз застрелил, когда мы вытаскивали Ребекку из чикагского реабилитационного госпиталя, померк, но оставил после себя неприятный осадок. И я знала, что больше не засну.

Мое дыхание успокоилось, и я стала различать звуки сна: глубокое дыхание и периодическое похрапывание. Твердый пол под спиной напомнил о том, что мы нашли убежище в заброшенном доме недалеко от пляжа, на котором спали предыдущие три ночи. Большая, почти полная луна заглядывала в лишившееся стекол окно и помогала глазам привыкнуть к темноте. Место Чейза рядом со мной оказалось пустым.

Я размотала пляжное полотенце, которым накрывала ноги. В комнате спали шестеро человек. Люди, которые так же, как и я, добрались до побережья в поисках убежища – единственного известного спасения для тех, кому удалось сбежать от притеснений ФБР, – только чтобы обнаружить, что оно уничтожено. Каким-то чудом нашлись следы, ведущие прочь от развалин. И наша небольшая команда пошла по ним на юг, оставив позади раненных во время нападения в Чикаго. Они ждали нас в небольшом магазинчике, за пределами радиуса удара, с мизерными запасами пищи и припасов, не имея никакой защиты, кроме нескольких здоровых человек.

Спустя несколько ударов сердца я окончательно стряхнула с себя сон и вспомнила, что Такера с нами не было. Три дня назад он уехал с перевозчиками, чтобы рассказать остальным ячейкам сопротивления о том, что случилось с убежищем. Они должны были выйти на связь, как только достигнут первого места, но до сих пор этого не сделали.

Как бы я ни желала, чтобы он ушел, теперь, когда он оказался далеко от меня, я не могла спокойно вздохнуть, несмотря на всю помощь, которую он оказал нам в последние несколько недель. По крайней мере, когда он был рядом, я могла за ним следить. А теперь у меня было такое чувство, словно я уронила нож с закрытыми глазами и мне оставалось только надеяться, что он не вонзится мне в ногу.

Кто-то забормотал во сне. Возможно, Джек, один из выживших членов чикагского сопротивления. Он так и не пришел в себя с тех пор, как Милиция Нравов разбомбила тоннели и мы все едва не оказались погребенными заживо. Его худое тело звездой раскинулось у входа в здание, а другой парень из Чикаго по кличке Крыса, очень низкий в противоположность высокому Джеку, лежал на боку сразу за ним. Шон заснул, прислонившись к старому дивану, свесив голову и положив руки на бедра ладонями вверх, как будто медитируя. На диванных подушках за его спиной свернулась калачиком Ребекка, держа в руках вместо юноши, который явно хотел бы там оказаться, металлические костыли.

Хотя ей следовало остаться в мини-маркете вместе с ранеными, Ребекка настояла на том, чтобы идти вперед. Ее телу сложно было поддерживать общий темп, но она не жаловалась. Это меня беспокоило. Она будто пыталась что-то доказать.

Еще двое, растянувшиеся в столовой, тоже были из чикагского сопротивления и не оставили надежду на то, что их семьям каким-то образом удалось пережить атаку на убежище, что они сумели сбежать и направились на юг.

Снаружи послышался хруст веток. Я тихо поднялась и стала пробираться мимо спящих к открытой двери. Воздух, свежий и застоявшийся одновременно, пах солью и плесенью. Из-за песчаных дюн раздавался шепот океана, плеск волн, шорох высокой травы между пляжем и этой старой прибрежной деревней, где мы устроили лагерь. Она называлась Дебор-как-то. Надпись «Добро пожаловать в...» много лет назад пала жертвой чьих-то упражнений в меткости, ее правая сторона была усеяна маленькими ржавыми дырочками.

Когда-то Дебор-как-то был шикарным местом. Ворота, которые не пускали бедноту, рухнули, но все еще были здесь: их свалили за сгоревшей будкой охраны. Во время Войны здесь бунтовали, как и в большинстве богатых поселений. От пустых пляжных домиков, раскрашенных, как пасхальные яйца, остались только руины: обугленные пальцы несущих балок, тянущиеся к небу, наполовину обрушившиеся фундаменты на старых сваях, стены, покрывшиеся слоем песка и соли, с кляпами из перекрещенных досок на месте окон. Где-то неподалеку стукнула ржавая сетчатая дверь.

Нижняя ступень крыльца снова тихо скрипнула. Это был всего лишь Билли, который сгорбился так, что торчали острые локти и лопатки. Он сдирал кору с ветки и, кажется, не замечал моего присутствия.

Я недовольно скривила губы. Если дежурит Билли, значит скоро рассвет. Он сменил Чейза ночью. Но Чейза не было на месте. Полотенце, на котором он спал, валялось около окна, рядом с мусорным мешком, в котором лежали наши пожитки: две чашки, ржавый кухонный нож, зубная щетка и кусок веревки, найденный среди обломков.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.