Пятерка с хвостиком и другие веселые повести

Нестайко Всеволод Зиновьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Пятерка с хвостиком и другие веселые повести (Нестайко Всеволод)

МОЙ ДРУГ ВСЕВОЛОД НЕСТАЙКО

Это было давно. Группа киевских писателей пригласила меня на охоту. Самым молодым среди нас оказался Всеволод Нестайко,который, как выяснилось, ещё ни разу в жизни не брал в руки ружья. И вот приехали мы на речку Удай. Живописные, неповторимые кругом места. Петляет, петляет Удай. Уходит в камыши, убегает вдаль. Островки раскинулись на реке, кое-где низко к воде наклонились ивы. И солнце светит. Тишь и простор. Всё, казалось бы, обещало удачу, однако охоты не вышло. Перехитрили нас утки. Остались целы и невредимы. Прощай, Удай. До новой встречи.

Не предполагал я, что новая встреча будет столь необычной. Прошло два года. Всеволод Нестайко подарил мне свою книгу-«Приключения Робинзона Кукурузо». Читаю я её — что такое? Знакомые места. Так это же речка Удай! Под другим названием, правда, с её островками, петлями в камышах, омутами, ивами и перекатами. Вспомнил я нашу охоту, понял: принесла она Всеволоду Нестайко трофей гораздо более редкий, чем подстреленная дичь,- радость приобщения к родной украинской природе, её воздуху, её просторам и красоте. И главное — новую книгу.

Детство у Всеволода Нестайко было очень нелёгким. Он рано лишился отца, малым ребёнком в начале тридцатых годов пережил страшный голод на Украине. Мальчишкой видел войну со всеми её ужасами. На его глазах фашист убил его товарища. Он и сам чуть не погиб, попав однажды под сильный артиллерийский обстрел. Половина четвёртого класса, в котором он учился, была угнана гитлеровцами и погибла в страшном Бабьем Яру. Да и учиться, чтобы не забыть родной украинский язык, пришлось в подпольной школе. Да, трудное досталось ему детство, а вот книги его, обращённые к нынешним детям, очень весёлые, радостные. Отчего же так? Не оттого ли, что в них он как бы по-новому пережил, «исправил» своё детство, подарив своим читателям то, чего сам был в детстве лишён?

У Нестайко много книг. «Шура и Шурко», «В стране солнечных зайчиков», «Это было в Киеве», «Спутник Лира-3», «Космо-Натка», «Незнакомец из тринадцатой квартиры», «Приключения Грицка Половинки», «Чудеса в Гарбузянах», «Пятёрка с хвостиком», «Тайна Вити Зайчика» и, конечно же, «Приключения Робинзона Кукурузо». Всех книг не перечислишь. Читают их не только украинские и русские ребята, но и дети Чехословакии, Германии, Болгарии, Венгрии, Румынии, Англии, Америки, Испании, Индии, ребята арабских стран. Книги Всеволода Нестайко переведены на языки многих народов мира. Пишет он не только рассказы, повести и сказки, но и пьесы для детей, которые с успехом идут на многих сценах нашей страны. Вот некоторые из них: «Марсианский жених», «Витька Магеллан», наш добрый друг «Робинзон Кукурузо». Всеволод Нестайко создаёт ещё и киносценарии, а фильм по его книге «Тореадоры из Васюковки» был удостоен высоких наград сразу на двух очень престижных международных киносмотрах — Гран-При в Мюнхене (ФРГ) и главной премии на Международном фестивале в Александрии (Австралия). Тридцатилетняя творческая работа писателя увенчана победами на всесоюзных и республиканских литературных конкурсах. Он также лауреат республиканской премии УССР имени Леси Украинки. И премии имени Миколы Трублаини. Международное жюри включило его имя в Особый Почётный список Г. К. Андерсена, в который вносятся самые лучшие детские писатели мира.

Живём мы с Всеволодом Нестайко в разных городах и, к сожалению, видимся нечасто. Но каждая встреча с ним праздник для меня. Я люблю его как писателя, люблю его и просто как человека — очень доброжелательного, весёлого и остроумного. И нахожу, что книги похожи на него: своим героям он сумел передать черты своего характера — жизнерадостность, фантазию и какую-то чисто детскую способность сочувствия людям. Я завидую ребятам, которые впервые возьмут в руки его книги: их ждёт много удивительных встреч и открытий.

Радуюсь, что у меня есть такой замечательный друг — Всеволод Нестайко.

Сергей Алексеев

ПРИКЛЮЧЕНИЯ РОБИНЗОНА КУКУРУЗО

Глава I

Метро под свинарником

— Вот архаровец, авантюрист желторотый! Ванька-а! Вылазь сейчас же! Во такого чёсу задам — неделю вспоминать будешь. Вылазь, слышь — вылазь!

Мы лежим в густом бурьяне за овином, уткнувшись в землю носами, и не дышим.

— Вылазь, убоище, бо хуже будет! Ты ж меня знаешь!

— Знаю, знаю, — еле слышно вздыхает мой друг и наконец отваживается подать голос. — Диду! — жалобно отзывается он.

— Давай, давай!

— Диду! — ещё жалобнее повторяет мой друг. — Вы отойдите за хату, мы вылезем.

— Они ещё мне условия ставят, вышкварки! А ну вылазьте!

— Да мы ж не хотели. Мы ж хотели метро, такое, как в Киеве.

— Я вам дам метро. Я вам такого метра дам, что…

— Мы ж не знали. Мы сейчас всё зароем — ничего и видно не будет. Ещё и свинарник почистим. Отойдите, диду.

Долго ещё продолжаются переговоры. Наконец дед в последний раз ругнулся, закашлялся, сплюнул и, шаркая, поплёлся за хату.

Мы вылазим из бурьяна.

Возле свинарника нас встречает гундосым хрюканьем пятипудовая свинья Манюня, противная и пятнистая, как географическая карта.

— У-у, скотинище!

Это из-за неё мы попали в такую неприятность.

У нас была прекрасная благородная идея — прорыть под свинарником метро. Это должно было быть для всех сюрпризом. Первая линия метро в Васюковке. Станция «Овин», станция «Кривая груша». Три копейки в один конец. Родственники — бесплатно. С учительницы арифметики — пять копеек.

Мы уже подрылись почти до половины свинарника, и вдруг произошла непредвиденная катастрофа — проклятая свинья Манюня провалилась в наше метро. Провалиться-то она сумела, а вот вылезть — дудки! И подняла такой визг, что прихромал дед. Ну и…

Тяжело вздыхая; мы засыпаем метро. Время от времени воровато оглядываемся — как бы опять внезапно не появился дед, чтобы надрать нам уши. Хоть и обещал он, что не тронет, пока не кончим, но кто его знает… Надо быть начеку. Вы б послушали, как он ругался, когда вытаскивал Манюню. Ох и ругался! И где он только словам таким научился — ни в одном словаре не найдёшь!

Впрочем, деда не видать. И, пока мы работаем (а дело это долгое, нудное и противное), я вас познакомлю со своим другом.

Вы, конечно, знаете, что есть такой остров — Ява. В Индийском океане. Тот, что Ява, Суматра, Борнео, Целебес. Большие Зондские…

Ну так Ява — это не остров.

Ява — это и есть мой лучший друг и напарник. Ява Рень.

Наверное, вы думаете: что это за имя такое странное — Ява? Так должен вам сказать, что это он сам себя так назвал, когда ему ещё и года не было. То ли он хотел сказать «я Ваня», а получилось «Ява». То ли «Иван» у него так прозвучало (потому что на самом деле его Иваном звать), но только прицепилось к нему это «Ява», как репей к собачьему хвосту. Даже милиционер товарищ Валигу?ра, что живёт в нашем селе, так его называет.

У них вообще вся семья интересная.

Папа на скрипке играет. Корова Контрибуция называется. А дед Вара?ва (вы уже с ним знакомы) охотник заядлый. На охоте, когда стреляет, левый глаз платком завязывает. Потому что левый глаз у него без правого не прищуривается. Если левый прищурит, правый сам собой закрывается.

Но зато и меткий же дед Варава. Ох же и меткий!

Городские охотники, которые на «Волгах» из Киева приезжают, только ахают.

«Вы, дедушка, абсолютный чемпион», — говорят.

В честь старого Реня даже полевое озеро, что возле нашего села, люди Реневым назвали.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.