Лес за пределами мира

Моррис Уильям

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Annotation

Это не перевод, а скорее несколько вольный пересказ одного из первых (или самого первого) произведения в жанре фэнтези (1913 год). Хотелось бы, чтобы опытные переводчики обратили на него внимание и перевели его так, как он того заслуживает.

Уильям Моррис

Уильям Моррис

Лес за пределами мира

ЛЕС ЗА ПРЕДЕЛАМИ МИРА

Уильям Моррис,

1913

Глава I: Золотой Уолтер и его отец

Некоторое время тому назад, некий молодой человек проживал в большом процветающем городе, стоявшем на берегу моря и называвшемся Лэнгдон на Холме. От роду ему было двадцать пять зим, с красивым лицом, светловолосый, высокий и сильный; обладающий мудростью, обычно не свойственной молодым людям его возраста; храбрый и добрый; немногословный, но учтивый в речах; не гуляка, не задира, миролюбивый, но знающий, как вести себя в стычке: не было случая, чтобы он показал врагу спину или оставил товарища в беде. Его отец, у которого он жил в то время, когда начинается наша история, был весьма состоятельным торговцем, богатым более, нежели правитель земли, главой самых почтенных жителей Лэнгдона и капитаном Порта; он происходил из рода Голдингов, а потому получил прозвище Золотого Бартоломью, а сын его, соответственно, Золотого Уолтера.

Вы, возможно, думаете, что юноша, подобный описанному нами, был во всем счастливым человеком и несчастья обходили его стороной; но вот случилось событие, омрачившее его жизнь, ибо он встретил прекрасную женщину, опутавшую его сетями любви, и взял ее в жены, а она, казалось, была рада отдать ему руку и сердце. Шесть месяцев прожили они вместе, и только тогда ясно увидел он знаки, что она вовсе не такова, какой он представлял ее себе, что добродетели ее вовсе не таковы, какими он наделял ее; он утратил покой, он ненавидел ее за ложь и ее отношение к нему; и все же, звук ее голоса, когда она приходила в дом и уходила из дома, заставлял его сердце биться сильнее; вид ее пробуждал в нем желание, он жаждал, чтобы она была ласкова с ним и добра к нему, и думал, что если будет так, то он простит ей все то зло, которое она причинила ему. Но этого не происходило; стоило ей увидеть его, как лицо ее менялось, он видел на нем следы неприязни, которую она к нему питала, и как бы ни была она мила с другими, с ним она была резка и неприветлива.

Так продолжалось до тех пор, пока дом его отца, даже улицы родного города стали ненавистны для него; и тогда он подумал, что мир огромен, а он - молод. И тогда однажды, оставшись наедине с отцом, он подошел к нему и сказал:

- Отец, сегодня я был на причале, я смотрел на корабли, которые готовятся к отплытию, и мне показалось, что один из этих кораблей принадлежит тебе. Скоро ли он отправится в плавание?

- Нет, - ответил отец, - этот корабль, именуемый "Кэтрин", простоит в гавани еще пару дней. Но почему ты меня об этом спрашиваешь?

- Лучше, если я буду краток, отец, - сказал Уолтер.
- Я хочу отправиться в плавание на этом корабле и посмотреть другие страны.

- Куда же ты хочешь отправиться, сын?
- спросил торговец.

- Мне все равно, - ответил Уолтер, - потому что здесь я несчастен, отец, и ты это знаешь.

Некоторое время отец молча смотрел на сына, ибо сильно любил его, но, в конце концов, сказал:

- Хорошо, сын, может быть, это лучшее для тебя; но может случиться так, что мы больше не увидимся.

- И все же, если нам доведется встретиться вновь, отец, ты встретишь нового человека.

- Пусть будет по-твоему, - сказал Бартоломью, - но поскольку мне известно, кто есть причина твоего удаления из родного дома, причина нашей разлуки, она тоже не останется в моем доме. И чтобы впредь она не могла стать причиной раздоров между своими родственниками и нами, она должна уйти, чтобы с ней не случилось чего-либо худшего.

- Прошу тебя, отец, не относись к ней строже, чем она того заслуживает, - склонил голову Уолтер, - позор, который ляжет на ее голову, ляжет на мою и на твою головы тоже.

Бартоломью снова помолчал некоторое время, потом спросил:

- Она ждет ребенка, сын мой?

Уолтер покраснел, и ответил:

- Не думаю; между нами не было ничего, что могло бы привести к появлению ребенка.

Они оба помолчали; первым тишину нарушил Бартоломью.

- Что ж, сын, сегодня понедельник; в среду рано утром ты взойдешь на борт "Кэтрин" и я прослежу за тем, чтобы в путь ты отправился не с пустыми руками. Шкипер добрый и верный человек, он прекрасно знает море; мой слуга Коротышка Роберт, ответственный за груз, надежен и мудр, он, подобно мне, из любого дела стремится извлечь выгоду. "Кэтрин" крепкое, новое судно, ей должна сопутствовать удача, ибо она находится под покровительством святой, в честь которой названа, и в церкви этой святой был крещен ты, а прежде тебя я и твоя мать; моя мать и мой отец нашли в ней последнее упокоение, как тебе известно.

Сказав так, старейшина отправился по своим торговым делам, и ни слова не было больше ними сказано по этому поводу.

Глава II : Золотой Уолтер и отплывающий корабль

Когда на следующее утро Уолтер спустился к "Кэтрин", здесь его ждал шкипер Джеффри, встретивший его с почтением; пробурчав что-то ободряющее, он, как мог скоро, показал ему его каюту на борту судна и множество товаров, присланных его отцом и уже складированных на пристани. Уолтер в душе поблагодарил отца за его любовь, но торговые дела мало занимали его, и большую часть времени он с любопытством рассматривал гавань, суда, встающие под разгрузку или неторопливо направляющиеся с товарами к выходу из гавани, матросов и прочий люд, снующих тут и там: все это напоминало ему искусные изображения на гобеленах.

Затем, когда они вернулись обратно на "Кэтрин", он приметил парусник, на который прежде не обратил внимания, готовый к плаванию, и шлюпку возле него; мужчины, казавшиеся ему матросами и сидевшие в шлюпке, ждали, когда появится один или несколько пассажиров и будет отдан канат, чтобы налечь на весла.

Уолтер без всякого интереса рассматривал парусник, когда приметил - о чудо!
- людей, проследовавших мимо него к трапу. Их было трое; первым шел карлик, с кожей темно-коричневого оттенка, уродливый, с длинными руками и большими ушами, с клыками, торчавшими, словно у дикого зверя. Он был одет в богатый костюм желтого шелка, был опоясан широким ремнем и сжимал в руках согнутый лук.

За ним шла девушка, юная, как казалось, неполных двадцати лет; прекрасное лицо, подобное цветку; серые глаза, темные волосы, полные красные губы, хрупкое нежное телосложение. Ее наряд был прост: короткое, облегающее зеленое платье, так что было видно железное кольцо на правой лодыжке.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.