Исторические шахматы Украины

Каревин Александр

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Исторические шахматы Украины (Каревин Александр)

От автора

Помнится, со времен приснопамятной перестройки в нашей (тогда еще общей для России и Украины) стране стало модным утверждение о непригодности для истории черно-белого измерения. Разными словами этот тезис повторяли ученые, писатели, журналисты. Все они указывали на то, что нельзя исторических персонажей изображать однозначно белыми (ах какими хорошими!) либо однозначно черными (ух какими плохими!). Нельзя, ибо не бывает людей совсем без недостатков или совсем без достоинств. Добро и зло содержится внутри каждого человека, хотя, конечно, в разных пропорциях. Поэтому, дескать, не следует при описании исторических событий и личностей ограничиваться только двумя цветами (белым и черным). История – наука красочная. Цветов и оттенков у нее много, задействовать надо все.

Утверждение в целом верное. Но недаром говорится, что нет правил без исключений. Некоторые фигуры прошлого сами окрасили себя в один определенный цвет. Окрасили своими поступками. Причем так густо, что, сколько ни ищи там других цветов, сколько ни пытайся добавить другие оттенки, сделать этого не получится. Выискивать белое в черном, а черное в белом можно, но толку-то?

Например, Адольф Гитлер в молодости был, говорят, неплохим художником. Ну и что? В историю он вошел не как художник. И какими бы замечательными ни являлись написанные им картины, сей персонаж не станет от этого менее черным.

Или другой пример – Александр Пушкин. Если подходить к нему с мерками пуританской морали, то, наверное, можно найти повод для обвинений в «безнравственности» (ну любил Александр Сергеевич женский пол!). Только опять же что из того? Пушкина мы оцениваем не как моралиста (каковым он и не являлся), а как поэта. Поэтом же он был великим. И, будучи таковым, безусловно, окрасил себя в белый цвет. Тут важно лишь не путать грешное с праведным, не распространять величие Пушкина-поэта на абсолютно все, совершенное им в жизни. Иными словами, не обожествлять пусть и выдающегося, но грешного человека, как это произошло в Украине с другим поэтом, одним из персонажей данной книги.

Книга эта представляет собой сборник исторических портретов разных личностей, живших в различные эпохи и занятых в разнообразных сферах деятельности. Объединяет их всех то, что так или иначе все они связаны с Украиной. Связаны происхождением, деятельностью или хотя бы местом рождения.

А еще герои книги объединены тем, что по крайней мере к большинству из них черно-белое измерение вполне подходит. Большую часть персонажей, о которых пойдет речь, однозначно следует охарактеризовать как «белых» или как «черных». Собственно, потому книга и получила название «Исторические шахматы Украины». Здесь, как в шахматах, тоже есть белые и черные фигуры.

Черных, надо признать, больше. Таким образом, нарушен паритет. Дело, однако, в том, что на протяжении всей украинской (или, правильнее сказать, малорусской) истории черные были заметнее. И внимания к ним, соответственно, должно быть больше. В современной же Украине фигуры этого цвета явно имеют численный перевес. Так, кстати, бывает и в классических шахматах. Только вот количественное преобладание не всегда гарантирует окончательную победу в шахматной игре. Особенно в исторических шахматах, где партия длится гораздо дольше.

Кроме того, в исторических шахматах, помимо белых и черных фигур, есть и иные – пестрые. Они тоже представлены в книге, хотя и в меньшем количестве, чем фигуры однотонной расцветки.

Разумеется, нельзя объять необъятное. Далеко не обо всех значительных исторических персонажах рассказано в данном повествовании. Чтобы охватить всех, понадобилось бы многотомное издание. А пока бы писались и выходили очередные тома, появились бы новые фигуры, требующие к себе внимания. Этот процесс будет продолжаться, покуда продолжается сама история.

Очень рассчитываю, что и мне удастся продолжить работу над «Историческими шахматами». Только вот ситуация в моей стране ныне такова, что невозможно загадывать не то что на день, а и на час вперед. Всякое может произойти. По этой причине выношу на суд читателей то, что есть на данный момент.

Александр Каревин

Март 2015 года

«Святой» душехват Иосафат Кунцевич

«История христианской церкви». Так назывался специальный проект Украинского радио – цикл передач, транслировавшихся на Первом канале. Вел их Роман Коляда, известный радиожурналист и по совместительству диакон «Киевского патриархата» (псевдорелигиозной политической организации, пытающейся подменить собой православную церковь в Украине).

Передачи, надо признать, получались довольно интересными. Наверное, не в последнюю очередь потому, что являлись не сугубо религиозными, а скорее историко-просветительными, рассчитанными на светскую аудиторию. И к тому же посвящены они были теме, с которой плохо знакома широкая публика. Следовательно, у радиослушателей появлялась возможность узнать что-то для себя новое.

Поначалу впечатление от радиоцикла портили лишь отдельные ошибки, допускаемые авторами. Скажем, курьезно звучало сообщение о печенегах, якобы враждовавших в I веке со скифами в причерноморских степях, тогда как сам союз тюркских племен, известных нам как печенеги, сложился в VIII веке далеко от Причерноморья (там они появились только в конце IX века).

Однако ошибки такие были нечастыми и вряд ли обуславливались злым умыслом. Так, повторюсь, было вначале, пока речь шла о древнейшей истории, говорилось о событиях, споров, как правило, не вызывающих. Но чем ближе подходили авторы к страницам прошлого, напрямую связанным с нашей эпохой, тем больше погрешностей обнаруживалось в радиопередачах. И причина здесь, вероятно, уже не только в недостаточной образованности журналистов, но и в их нежелании быть объективными.

Наглядный пример – выпуск программы, озаглавленный: «Становление Украинской греко-католической церкви». Разговор повелся об униатском архиерее Иосафате Кунцевиче, названном в передаче «образцом чистого служения Господу». Утверждалось, что Кунцевич, живший в «эпоху, менявшую ориентацию украинского общества с восточного направления на западное», совершил «духовный подвиг», показывая «талант любви к Богу в каждом помысле и деянии». Процитировали авторы и римского папу Иоанна Павла II, объявившего упомянутого униата «апостолом национального единства».

Поскольку сей исторический персонаж известен сегодня далеко не всем, видимо, имеет смысл рассказать о нем подробнее.

Он родился в 1580 году во Владимире-Волынском в православной семье. Отец его занимался сапожным ремеслом. Сына своего он обучил русской и польской грамоте, а когда тот подрос, отдал в услужение богатому купцу из Вильно (так тогда назывался Вильнюс), куда и переехал Кунцевич-младший, заняв должность приказчика.

То было время начала унии…

Жил приказчик неподалеку от Свято-Троицкого православного монастыря и регулярно ходил в монастырскую церковь на богослужения. Постепенно он сдружился с монахами, любил беседовать с ними на религиозные темы. Когда же монастырь в приказном порядке обратили в униатский, Кунцевич, по примеру большинства тамошних монахов, безропотно подчинился и тоже стал униатом.

Вскоре он оставил работу у купца, перешел жить в монастырь и начал усиленно посещать занятия в иезуитском коллегиуме. «Здесь-то, – напишет потом православный биограф Кунцевича, – ему и была внушена непримиримая ненависть к вере его предков».

В 1604 году Кунцевич постригся в монахи под именем Иосафата, после чего принялся ревностно проповедовать унию. Очевидно, он умел убеждать, поскольку смог увлечь многих. Православные называли его душехватом. Кто-то даже нарисовал огромного размера картину, где Иосафат изображался в виде дьявола, с рогами и с зажатым в руке крюком, которым тащил к себе людские души.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.