Энси - Хозяин Времени

Шустерман Нил

Серия: Энси Бонано [2]
Жанр: Детская проза  Детские    2015 год   Автор: Шустерман Нил   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Энси - Хозяин Времени (Шустерман Нил)

1. Истинная причина того, почему люди сидят как идиоты и смотрят парады

Это была моя идея. Как обычно, дурацкая. Впрочем, иногда меня посещают и гениальные. Правда, зачастую это случается без участия моего разума. Знаете, как говорят: засади за компьютеры четырнадцать тыщ обезьян, и лет через сто в сотворенном ими виртуальном мусоре обнаружишь по крайней мере один шедевр (это помимо груды мертвых обезьян). А потом этот шедевр включат в школьную программу. Вот когда ты почувствуешь себя полным ничтожеством! Ведь если даже обезьяна сумела создать что-то гениальное, то почему ты не в силах сляпать вместе каких-то жалких пять предложений на уроке английского?

Эта идея — не знаю, была ли она гениально-обезьяньей или глупо-Энсиевой — изменила жизнь многих людей.

Я назвал ее «времяжертвованием». Наверняка это вовсе не то, что вы подумали. И всякие там машины времени здесь тоже ни при чем. Лучше выслушайте историю с самого начала. Никто не собирается отправляться в прошлое и пришить там Наполеона или снабдить Иисуса Христа мобильником. Путешествий во времени в моем рассказе не будет. А вот люди умирать будут, причем при странных, загадочных обстоятельствах. Если вы склонны верить во всякую мистику.

Я просто пытался помочь другу. Мне и в голову не приходило, что моя затея раздуется в нечто масштабное, наподобие того, что случилось с гигантским воздушным шаром с рекламой фирмы «Мейсис» на борту, который участвовал в параде на День благодарения и был унесен прочь сильным порывом ветра.

С чего, собственно, и началась вся эта история.

Утром Дня благодарения Айра, Хови и я развлекались у меня на чердаке. Раньше мы тусили в нашем подвале, где отбывала ссылку старая потертая мебель и стоял телевизор, а в углу зияло обширное пустое пространство, где со временем предполагалось воздвигнуть бильярдный стол — как только у нас появятся на него деньги, а появятся они не раньше, чем события «Звездного пути» начнут происходить в действительности. А потом в подвале образовалась ядовитая плесень, и мы вынуждены были изолировать его от всего остального дома, боясь, что зловредный грибок, чего доброго, сбежит и начнет сеять вокруг всякие беды: мозговые травмы, раковые опухоли и прочее в том же духе, а то и, чего доброго, захватит власть над миром. Даже после того как плесень вычистили, мои родители продолжали относиться к подвалу так, словно это зона радиационного заражения, непригодная для жизни в течение как минимум трех поколений.

Так что теперь мы бездельничаем на чердаке, забитом новой старой мебелью, а свободного пространства там столько, что едва поместился бы стол для игры в «Монополию» вместо бильярдного.

Короче, в то праздничное утро мы с Айрой и Хови смотрели футбол, переключаясь во время рекламных пауз на репортаж с парада, чтобы поржать над марширующими оркестрами.

— Ой, мама! Нет, вы только поглядите! — сказал Айра со странной смесью восторга и ужаса на лице.

Надо отдать оркестру должное — он исполнял очень даже неплохую аранжировку песни «(I Can’t Get No) Satisfaction» («Я не получаю удовлетворения», ну, вы помните — клевая такая композиция Роллинг Стоунз), но их розово-оранжевая униформа портила все впечатление.

Хови трясет головой:

— До тех пор пока на них такая упаковка, удовлетворения им не видать.

— Энси, у тебя, кажется, есть рубашка такого цвета, правда? — спрашивает Айра.

Мое имя вообще-то Энтони, но народ уже так давно называет меня Энси, что, наверное, придется переименоваться официально. Ничего не имею против: в нашем микрорайоне такое количество Энтони, что, когда мамаша одного из них выкрикивает имя своего отпрыска в окошко, на ее зов несется целое стадо — аж дорожное движение останавливается. Зато Энси только один, если не считать того наглеца, который вдруг тоже начал называть себя так; я тогда стал писать свое имя как «Энси®» и пригрозил пацану, что надеру ему задницу за попытку кражи моих персональных данных.

Короче, про рубашку — вынужден признать: у меня действительно есть одна такой расцветки, хотя там другой оттенок розового.

— Ну и что, что есть, это же еще не значит, что я в ней хожу! — парирую я. Это был подарок на день рождения от моей тети Моны, у которой нет ни детей, ни здравого смысла. Догадайтесь с одной попытки, сколько раз я надевал эту одежину после своего четырнадцатого дня рождения.

— По-моему, если долго смотреть на эту твою рубашку, случится припадок, — говорит Хови. — Как думаешь, кто-нибудь исследовал этот вопрос научными методами? Может, стоит нам попробовать?

— Очень хорошо. Сейчас пойду надену, и можешь таращиться на нее хоть шесть часов подряд. Вот и увидим, забьешься ты в конвульсиях или нет.

Хови серьезно задумывается.

— А прерываться на еду можно?

Попробую-ка я разъяснить вам, что это за чудо такое — Хови. Если вы когда-нибудь звонили в какой-нибудь сервис, то помните противный голос телефонного автоответчика, который бессовестно транжирит время вашей жизни, прежде чем поставит вас на очередь к живому консультанту? Так вот, Хови — это музыка, которую включают на время ожидания. Нет, он вовсе не глуп, он очень даже неплохо соображает, когда дело касается всяких сухих аналитических материй вроде математики; но воображение у него — как зима в Антарктиде, где пингвины так и не научились плавать.

Тем временем розово-оранжевый оркестр уже почти прошел, и в отдалении замаячили гигантские парадные воздушные шары. Один из них представлял собой персонажа классического мультика «Енот — Жертва Аварии» — у него еще на спине отпечаток автомобильной шины. Но только мы собрались переключить телевизор обратно на футбол, как Айра заметил нечто неладное.

— Мне это только кажется, или Енот вышел на тропу войны?

Действительно — Жертва-Енот брыкался и метался из стороны в сторону, как Годзилла в Токио. И тут могучим порывом ветра с музыкантов срывает шапки, а Енот, видимо возжелав покинуть бренную землю, улетает в облака. У тех, кто его держал, хватило ума отпустить веревки, кроме трех болванов, которые решили пойти ко дну... то есть вознестись в небеса вместе с кораблем.

Парад становится куда интереснее, чем футбол.

Хови вздыхает:

— Я всегда говорил, что гелий — смертельно опасное вещество.

Камеры больше не следили за парадом — все они были нацелены на Енота, поднимающегося вертикально вдоль Эмпайр-стейт-билдинга. С воздушного шарика-переростка свешивались трое недотеп, болтаясь на веревках, словно циркачи-акробаты. Енот, похоже, намеревался унестись не иначе как на луну, потому что скакнул прямиком на самый верх Эмпайр-стейт и, напоровшись на шпиль, лопнул. Меньше чем за минуту шар полностью сдулся и покрыл вершину небоскреба резиновой енотовой шкурой, с которой по-прежнему свисали веревки с цеплявшимися за них не на жизнь, а на смерть бедолагами.

Я первым сорвался с места, заорав:

— Пошли!

Некоторые события в жизни лучше пережить лично, а не по телевизору.

Мы сели на подземку до Манхэттена. Обычно тут не протолкнешься, но сегодня, в День благодарения, поезда шли почти пустые, если не считать таких же любопытствующих, как мы, направлявшихся к Эмпайр-стейт-билдингу за живыми впечатлениями.

Айра, находившийся в подозрительно страстных отношениях со своей видеокамерой, любовно протирал линзу, готовясь запечатлеть сегодняшние события для будущих поколений. Хови читал Стейнбека «О мышах и людях» — нам задали по английскому. Эта книга — чистое надувательство. Мы, бесхитростные ученики, ведемся на заманухи учителей, потому что она тоненькая; вот только потом оказывается, что она... как бы это... ну, глубокая, поэтому приходится перечитывать ее дважды.

В вагоне напротив нас сидел Гуннар Умляут [2] — парень, приехавший с родителями в Штаты из Швеции, еще когда мы ходили в начальную школу. У него были длинные белокурые волосы (когда его спрашивали: «Почему не стрижешься?», он никогда не снисходил до ответа) и глаза, взирающие на мир с истинно скандинавской безнадежностью; неудивительно, что девчонки так и тают от одного его взгляда. А если всего этого недостаточно, то на помощь приходит легкий акцент, который Гуннар всегда подпускает, общаясь с юными леди. И неважно, что он живет в Бруклине с шести лет. Не подумайте, что я ему завидую. Я восхищаюсь людьми, которые умело используют свои козыри.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.